Отец, постоянно выбираясь наружу, разгребал сугробы, лопатой снега, откапывая дверь в их жилище. Тоже самое, делали и другие. Это единственное что необходимо было делать, для поступления через небольшие щели воздуха внутрь вместе с ледяным морозом. Алексей помнит этот холод. Пронизывающий до костей его еще ребенком и помнит маму, согревающую его своим телом вместе с братом Иваном прижав к себе и укрывшись на постели шерстяными вязанными покрывалами. Он помнил также, что все, то время они никогда толком не раздевались. Все время были в одежде и даже не мылись. Было холодно, как ни пытались отапливать свое под тем снегом жилье. Но глубокий снег и одновременно всех их спасал. Он не пропускал лютый атмосферный охлажденный крайне минусовой холод. Грела сама тайга. Отец говорил, что в лесу теплее, чем где-нибудь, например, у реки или на открытой продуваемой всеми ветрами местности. Так они и выживали. Чем питались Алексей уже и не помнил. Отец уходил в лес и иногда что-то приносил. Иногда даже мясо. Значит, что-то еще было и водилось в их лесу глубоко по Мане. Не все звери еще видимо погибли от ядерного удара и лютых заморозков и вечной пурги. Однажды, по словам самого отца, отец чуть не заблудился в такой вот ледяной пурге в лесу. Думал все конец, но вот тогда он первый раз встретил робота. Он и понятия не имел кто это, потом только когда пришли военные и стали прочесывать на снегоходах лес прикрытые несмолкающей пургой он понял, кого видел. Отец принял его за человека. Человека стоящего у скошенной сосны в глубоком под ней сугробе. Он пытался поговорить с ним, и он даже видел, что тот смотрел на отца. Так они стояли друг напротив друга какое-то время. Затем тот человек, если это был человек ушел прямо по сугробам, да так быстро, что отец вообще ничего не понял. Он ничего не сделал отцу, а просто ушел. Кто это был или что, Алексей не знал и понятия не имел до того пока не увидел своими собственными сейчас глазами. Его того о ком говорил отец. Одного из них. Того кого люди называли врагом или железным выродком. Того о ком говорил подполковник Остапенко, и люто кого ненавидел майор Кравцов. О ком трещал, не умолкая ни на минуту вслух весь бункер. Это был тот, с кем воевало уже не один год все выжившее чудом человечество по обе стороны океана. Это был Скайнет. Алексей увидел его в тех горящих красным ярким огнем глазах стоящей перед ним живой почти как человек машины. Удивительно подвижной и мыслящей как они люди. Это было невероятно! Алексей своими глазами смотрел на первого в своей жизни робота. Он сейчас стоял чуть в стороне у стены бронированного железобетонного отделенного бронированной дверью ото всех отсека. Держа в руках какие-то инструменты, Алексей наблюдал за работой ученых во главе с Семенцовым. Те, открыв спину сидящей перед ними на табурете странной машины, что-то рассматривали внутри ее.

— Удивительно, Палыч — сказал кто-то один из них Семенцову — Смотри, Т-200, а начинка вся от восьмисотника, точно восьмисотника и генератор и батареи, точно как ты говоришь. Как только затолкали это все сюда! В эту старую модель! — они там что-то упорно рассматривали и трогали осторожно руками, прямо под внешней обшивкой корпуса машины.

Та повернула голову с горящими красным светом глазами своих зрительных окуляров камер в сторону Алексея, и он первый раз услышал, как разговаривают роботы — Что мучаешься и стоишь солдат. Больно смотреть. В ногах говорят, правды нет. Иди, хоть сядь, что ли.

То, что он услышал, потрясло его. И он чуть не выронил инструменты из своих рук. То говорила не машина, то разговаривал человек. Да самый настоящий человек. Машина была не совсем машиной и об этом знали теперь все в бункере. Кто это был Алексей пока не, знал и он, осторожно смиряя дрожь в ногах, испуганно подошел ближе к ученым со стороны спины робота и сел на стоящий здесь же свободный табурет, положив инструменты на колени.

Кто это?! Но кто бы это, ни был, он позволил спокойно копаться ученым в своей спине. Алексей увидел первый раз внутренности странной машины. Он видел почти все внутренние механизмы робота со стороны спины, через раздвинутые раскрытые настежь листы корпуса. Он видел светящуюся внутри батарею машины и ее генератор, внутреннюю неподвижную пока в инертном состоянии гидравлику и стальной сочлененный металлическими дисками позвоночник. Видел даже что-то похожее на лопатки похожие на человеческие, но из металла соединенные странными подвижными соединениями и креплениями. Но, самое, странное, машина разговаривала с учеными. Разговаривала также как и с ним. Не как робот, а как человек.

Семенов встал спереди робота, пока другие продолжали копаться у него в спине, рассматривая содержимое внутренностей машины и начал диалог с беглым пришельцем. Алексей видел хоть и со спины машины, как двигалась ее голова и, по-видимому, сейчас смотрела теми горящими красными глазами на Семенцова.

— Так значит, вы утверждаете, что там много пленников? — спросил Семенов — Там есть женщины дети? Так?

— Именно так — раздался снова голос робота — Откуда я ушел там ставят эксперименты. Эксперименты на людях. На их сознании. Там в особом лагерном бункере под землей есть машина по перенесению человеческой души в тело робота. Там же есть секретный сектор Зет, где занимаются обучением машин человеческой психике. В этом секторе работают люди. Добровольцы согласившиеся сотрудничать со Скайнет. Изменники.

— Мне как доктору и ученому прагмату в это даже трудно поверить, но то, что я сейчас вижу перед собой, потрясает.

— Что потрясает, док! — вдруг громко сказал андроид — То, что я стал роботом!

Семенов снял свои вспотевшие от волнения очки, и протер их, надев снова на глаза — Значит вы именно оттуда?

— Да, именно оттуда — ответил, снова спокойно, робот — Я самая первая модель этого эксперимента. За мной последуют многие в более совершенной оболочке и с большими возможностями. И что самое страшное для вас, то, что они уверывали.

— Уверывали, во что? — спросил удивленно Семенцов.

— В своего Бога — ответил робот — В Скайнет. Они его паства и слуги, а он их Отец и Мать, и если хотите и новый Создатель. Они по своим возможностям превосходят теперь все прочие аналоги машин, потому, что уже не роботы, а новое население Земли. Новое человечество ты понимаешь меня док?

— А почему вы сбежали к нам? — спросил вдруг Семенов — И как вы нашли дорогу в наш бункер?

— Я здесь был до этого — ответил робот — Я знаю здесь всех.

— Были ранее здесь, и утверждаете, что знаете майора Кравцова, и он знает вас? — спросил снова профессор Семенцов.

— Я вам сказал только то, что знаю, доктор Семенцов — ответил робот — Большего мне не дано. То, что я рассказал должно вам помочь в борьбе со Скайнет и пусть Кравцов сделает то, что обещал. Я не могу так дальше жить в этом искусственном железном теле. Я ненавижу Скайнет и то, что он делает и ненавижу то, в кого он меня превратил. Семенцов я хочу умереть. Пусть Кравцов сделает это. Он имеет полное на это право.

Ученые закончили копаться в деталях робота и, закрыв его спину, подошли к Семенцову — Что будем делать Палыч? Что будем делать с ним? — спросил один из них у Семенцова.

Тот молчал. И тогда подошел к ним и Алексей. Он посмотрел в светящиеся глаза машины, и вспомнил того робота которого встретил в тайге его отец. Кто он был тот робот. Наверно такой же неудачный эксперимент Скайнет, который также сбежал из-под его надзора. Может он хотел, обратится, также за помощью, но не решился, а просто убежал.