14 апреля 2032 года.

Восточная Сибирь.

Бывший Красноярск.

Территория Скайнет.

Лагерь S9А80GB18 «TANTURIOS».

Левый берег. Цитадель А.

Блок Х19.

Сектор В-10.

04:50 утра.

Было не по-зимнему тепло. Тепло за долгие годы и месяцы ледяного холода. Холода и летом и зимой. Причем ядерное лето было холодней, чем сама ядерная зима. Было темно, хоть глаз выколи, но тепло.

Как-то было даже непривычно. Снег и тепло. Словно, не было уже ядерной зимы. Теплое весеннее апрельское тепло. И лежал снег. И пока еще не таял. Хотя стоял апрель.

Их выгнали из барака военных сектора В-10, блока Х19, на левой стороне базы и крепостной цитадели А. под горящие ярким огнем прожектора. Выстроив в одну шеренгу. И потом, посадив в специальную машину на широких больших колесах. Затолкав затрещинами железных рук роботов серии 600 и 700 в сам закрытый полностью без окон металлический кузов. Человек шесть. Из массы военнопленных. Отобрав наугад и направив на уборку территории Крематория базы Скайнет. Там, где до этого сжигали труппы и останки тех, кто шел на эксперименты и на разделку как на скотобойне скот. Все сжигалось именно здесь. Когда-то. Но сейчас крематорий почему-то закрыли. И его круглая и высоченная возвышающаяся над базой Скайнет труба больше не дымила черным дымом на всю близ лежащую округу. Разбрасывая серый человеческий пепел. Окрашивая собой белый вокруг базы рыхлый снег.

Почему закрыли крематорий? Никто даже из пленных сидящих в бараках на территории самой базы и лагеря S9A80GB18 «ТАNTURIOS» не знали. Но, что-то изменилось. Что-то. Роботы стали вести себя иначе. Были утеплены их руками все на поверхности лагеря базы бараки. Стали давать чаще пищу. И даже появился детский сад. Даже, детский сад. Ближе к самому центру базы. В специальном блоке Х50. Медсектора базы, секторе В-12. И там под присмотром машин охранников были женщины. Которым доверили, как матерям присматривать за маленькими пленными детьми. Там же велось наблюдение за их поведением. Причем пристальное и крайне внимательное. За поведением детей и женщин.

Детсадом заведовала машина из жидкого металла полиморфа серии Т-1001. Очень продвинутая в своей программе машина. Она по слухам самих пленных, даже общалась с женщинами лагеря базы и наблюдала за ними, как и охранники. Эта машина являлась одной из самых главных на этой базе Скайнет. Она занималась программированием остальных машин базы и клонированием. Заведовала всеми лабораториями в недрах самой базы и близко общалась с самим хозяином. С самим Скайнет.

К садику в секторе В-12 и была пристроена следом больница блока Х50 и стационар для больных пленных и подростков и маленьких детей. А так же женщин воспитательниц этого садика. Они не общались больше с остальными пленными и жили теперь только здесь и под присмотром машин.

Все это было невероятно странно. Странно для роботов. Странно для машин захвативших землю и ведущих войну с человечеством. Все было столь необычно и странно. Об этом говорила вся база в обоих крепостных цитаделях на обоих сторонах Енисея. Информация каким-то образом просочилась из недр самой базы. Из ее глубоких бункерных бетонных подземелий на поверхность. Но вот, новость за пределы базы просочилась только благодаря беглецу. Роботу андроиду Т-200 с начинкой киборга Т-800. Машине с человеческим Я внутри. И не без умысла самих машин. Очень много интересной и важной информации о самом Скайнет. И о том, что твориться сейчас на его территории. Именно тогда, все до последнего человека в подземном ракетном бункере за сорок километров от базы Скайнет, узнали о машине по пересадке души человеческой в тело робота. И о создании гибридов, аватаров и суррогатов. Именно здесь на этой базе велось обучение роботов психике человека. И будто бы сюда были доставлены через океан из штата Колорадо с другой базы Скайнет S9A80GB17 «ТANTAMIMOS», роботы новой серии Т-888. Несколько, пока машин. На специальном грузовом транспортнике ОУ HK-AERIAL «ТRANSPORT» V2.

И именно сейчас, Джон и Фредерик и еще четверо военнопленных из военных бараков были направлены машинами на работы на территорию лагерного крематория.

Еще стояла темнота, но их уже везли на правую территорию цитадели Б. За реку. По одному из нескольких бетонных арочных мостов. Соединяющих правый и левый лагерь и базу Скайнет под охраной машин охранников. Нескольких шестисотников.

— Что ты все оглядываешься на них Фредерик? Русских никогда не видел? — спросил на их общем родном языке товарища американец Джон.

— Не видел, Джон — произнес стоя лицом к лицу и держась за поручень тюремной металлической каталашки пленный американец — Так близко вижу в первый раз.

— Не смотри так на них — снова ответил товарищу Джон — Ты привлечешь их к себе внимание.

— Они военные, Джон? — произнес Фредерик.

— Думаю, да — произнес Джон — Тебе до этого что?

— Никогда не видел русских пленных военных — произнес Фредерик — Вообще, никогда не видел так близко русских.

— Ну и что, Фредерик? — ответил ему тихо, почти шепотом его товарищ — Какая теперь разница Фредерик. Я тоже не видел. И что с того? Мы все в одной теперь упряжке. Все будем подыхать здесь. Да, их тут больше всего. В нашем теперь тюремном бараке. В противовес прочих национальностей со всего света.

— Слушай, Джон — обратился Фредерик к Джону — Почему они выбрали именно нас для этой работы?

— Не знаю Фредерик — ответил Джон — Может мы им понравились. Джон горько иронично хихикнул, скривя глупую ухмылку.

— Че, ты там рожи корчишь! — раздалось из дальнего угла людской стальной на толстых резиновых колесах автоматической тюремной скотовозки.

— Ты, америкашка чертов! — прокричал им двоим, один из русских пленных. Здоровый и крепкий на вид солдат — Че, тебе смешно, что ли?! Смешно уроду?! Да?!