Стало еще теплее. Стал таять вдруг снег. И кругом стояли в межгорьях глубоких ложбин огромные лужи. Снег стал стекать с гор, и кругом текли целые реки воды. И вездеход буквально плыл по ним обруливая, снова высокие с выступающими скалами горы.

Алексей еще не видел других повстанческих отрядов. И вот они уже были в двадцати километрах внутри еще одного ракетного бункера.

— Чеж ты нас киданул полковник? — произнес Кравцов.

— Не понял, майор? — произнес полковник Гаврилов — В чем вопрос?

— С конвоем то вышла труба — произнес недовольно майор Кравцов — Ложную вы нам сунули информацию поковник. Теперь в нашем бункере меня живьем сожрут без продовольствия то. Жрать нечего. Одни консервы остались и те не свежие.

Полковник Гаврилов был высокого роста и худощавым не в комплект, в сравнении с Кравцовым. Тот был широкоплечий невысокий и как крепыш, плотно сбитый вояка. Они друг напротив друга интересно смотрелись, особенно в венной форме ракетчиков.

— Как так вышло то полковник — Кравцов не по рангу нагло наезжал на полковника.

— Успокойся, Виктор — произнес, назвав по имени первый раз, Гаврилов — Оно и к лучшему, что была деза.

— Это как? — удивился майор.

— А то пацанов бы сопляков своих погубил — произнес полковник Гаврилов — А, они еще не стрелянные. Машинам насрать в кого стрелять и кто перед ними. Ты стреляешь они в тебя и все. Конвой перехватил Ващенко в районе ГЭС. Отбил, почти весь. Часть себе забрал. Часть уже должна быть давно у вас, пока вы у стен Скайнет в весеннем свежее выпавшем снежке валялись.

— Вот как?! — громко нервно прорычал майор Кравцов — Это че это, значит, вы все сговорились против меня че-ли?! Остапенко и ты вместе с Ващенко?!

Алексею показалось майор Кравцов становился не в себе от того что его обманули. Да еще при его бойцах желторотиках. И, похоже, дело шло к драке. Прямо в самом центре в прошлом управления пуском баллистических ракет. Теперь местным главным штабом полковника Гаврилова. Также как и в их бункере. Со старой уже не нужной и непригодной в угол сваленной техникой и приборами.

Светлана Лескова прижалась боком к Алексею, стреляя зелеными наглыми девичьими глазками на него. И ей как будто было все равно, что Кравцов с Гавриловым могли сцепиться. Она буквально пожирала Алексея своими теми любовью обжигающими женскими глазками. Смотрела и молчала. Пока Кравцов наезжал на Гаврилова.

— Тебя с ребятами Кравцов вызвали вообще не за этим — произнес полковник Гаврилов.

— Да, а зачем, меня сдернули с позиции — произнес Кравцов — Если иформация говно, полковник я сваливаю отсюда наплевав на ваши карты и этот стол.

— Да, успокойся ты, майор — проговорил уже сам нервничая и срываясь от грубостей Кравцова Гаврилов.

— Ну, я весь во внимании — Кравцов произнес с ехидством и сделал, типа, серьезного военного лицо.

— Дэриел — позвал Гаврилов.

Вышел высокий широкоплечий в военной камуфляжной форме на вид молодой человек.

— Дериел прибыл к нам издалека. Из самого главного штаба на Урале — произнес Гаврилов — Он не совсем человек. Но, главное не это, а то, что работает на нас.

— Это, что, робот?! — произнес возмущенно Кравцов и рукой схватился за кобуру с пистолетом.

Но его за руку сам схватил Гаврилов.

— Да, робот, Виктор! — произнес громко Гаврилов — Не делай глупости! Ты подведешь сейчас здесь всех! И наших и ваших!

— Откуда он здесь в вашем бункере?! — прокричал майор Кравцов. А все кто был из первого и второго отрядов встали за его спиной и выставили плазменные винтовки в сторону стоящей перед ними как живой машины.

— Тебе этого, как и вам всем не понять, Виктор — произнес, удерживая руку Кравцова на кобуре, полковник Гаврилов — Не делай глупостей, майор. Он наш.

— С каких пор машины стали нашими — проревел, глядя в глаза бешено и дико Кравцов — Ты, что завел дружбу с роботами, полковник?!

— Я же сказал тебе, майор — произнес Гаврилов. И его военные, тоже еще совсем молодые ракетного бункера солдаты, тоже встав напротив Кравцова, направили такие же винтовки в сторону Федотова Степана, Алексея, Светланы Лесковой и Гарика Резвого.

— Он не отсюда майор — произнес спокойно Гаврилов.

— А откуда, черт тебя дери, полковник?! — произнес все еще возмущенный и взбешенный Кравцов.