Еще только выйдя на своей остановке, я увидела, что машины нет, значит бабушка работает. Я достала мобильный и набрала ее.

– Привет. Во сколько заканчиваешь?
– спросила я.

– Буду поздно, сейчас делаю небольшой фоторепортаж для "Рочестерского прохожего", а потом поеду снимать пресс-конференцию в центре.

– Понятно, к ужину не ждать значит?

– Не жди.

– Ладно, пока.

– Пока, дорогая.

В отсутствии бабушки я обошлась сэндвичем и соком. Закончив со школьными заданиями, я от нечего делать слонялась по нашему небольшому коттеджу, смахивая пыль с попадавшихся под руку предметов, до возвращения Роуз.

Ночью, уже засыпая, я вспомнила как со мной поздоровался Тайлер. Это было достаточно неожиданно для меня. Ведь со мной никто с самого первого дня в этой школе, кроме этой рыжей девчушки и Майлза, больше не пытался познакомиться. Даже мои соседки по шкафчику, я ведь даже не знаю как их зовут, просто говорю им "привет" каждое утро и все. И все же я надеюсь, что он не захочет становится моим другом. Одного Майлза мне хватает за глаза!

На следующий день я с тяжелым сердцем шла на математику. Миссис Грант, вручив мне мой листок, неодобрительно покачала головой, но промолчала. О нет, это означает, что Роуз сегодня позвонят и обо всем доложат. Я, конечно, не собиралась от нее скрывать свои оценки, но здесь важно как эту информацию преподнесут они и как это могу сделать я. Отстой. Надо позвонить первой.

Как только прозвенел звонок, я быстро сгребла свои вещи и вылетела в коридор, на ходу набирая номер бабушки.

– Привет, Роуз.

– Привет. Что-то случилось.

– Ничего страшного. Ну почти. Я получила "F" за тест по математике.

На том конце провода послышался тяжелый вздох.

– Не переживай, я ее исправлю.
– это вряд ли, но Роуз об этом не обязательно говорить.
– Некоторые задания в тесте мы не проходили, они были очень сложными!

– Невада, только из-за нескольких заданий тебе не могли поставить такой балл. Я полагаю, ты почти ничего не решила?

– Ну... да. Но математика для меня темный лес, я в ней ничего не понимаю!

– Ты же понимаешь, что с этим надо что-то делать, иначе не видать тебе колледжа.

– Понимаю. Я буду стараться, обещаю!

Мой почти умоляющий тон возымел действие и бабушка, еще раз напомнив мне как важно хорошо учиться, попрощалась.

Ну вот, дело сделано. Теперь, когда позвонит администратор, он уже не сможет сильно разозлить Роуз.

Ко мне подошел Майлз.

– Привет, с кем говорила?
– он указал взглядом на телефон у меня в руках.

– С президентом США.
– съязвила я.

– С Роуз? Объясняла ей свои плохие оценки?

– Ага.

– Ну и как она восприняла?

– Как обычно - рассказывала как плохо быть неучем.

Майлз усмехнулся.

– Она права, Нэв.

– Ты-то хоть не приставай с нравоучениями!

– Ладно. Пошли сегодня ко мне на работу?

Майлз работал в закусочной официантом, и я иногда ходила с ним, мне частенько перепадала чашка кофе за счет заведения.

– У меня сегодня теннис.

– Жаль.

Я выбрала своим факультативом теннис. Все остальное мне не подходило. Все эти хоры, оркестры, классы искусств - не для меня. На теннис, на удивление, было записано мало народу. К тому же это вид спорта не командный, практически идеально для меня.

Мы с Майлзом попрощались и я направилась в раздевалку. Там я сняла школьную форму, которая являлась еще одной причиной моей нелюбви к этой школе. Высшая школа Джона Маршалла не была частной, но все ученики были обязаны носить форму, темно-синий пиджак с эмблемой школы, белая рубашка, синий галстук, для парней - брюки, для девушек клетчатая юбка в складку. Невероятно скучно и официально. Но самое главное - неудобно! Последний раз я носила юбку лет в двенадцать.