Они посмотрели на меня оценивающим и недоверчивым взглядом. Бристл сморщила носик, но уходить не стала.

— Книга Августо с тобой? — спросила Грэсия.

— Дома осталась. Я как-то и не рассчитывал…

— Алекс, перо, бумагу.

— Ох, что-то мне уже не нравится эта затея, — отозвался Дэсмет, но плащ отстегнул. Взялся за шнуровку рубашки. — Насколько я помню там из очищения только «полевое». Контуженных магов с поля боя выносить.

— Потому, что у вас на поле боя не целители, а коновалы в зеленых балахонах, — парировала госпожа Диас.

Пока Рауль переодевался, принесли небольшую чернильницу и несколько желтых листков. Грэссия минут пять выводила на них формулу, затем протянул мне. Заклинание заняло три страницы. Я попытался вникнуть, но потерялся в хитросплетении узора.

— Смотри, я покажу, — она создала большую светящуюся точку, из которой во все стороны полезли белые нити. Несколько секунд и они сложились в простенький узор. — Это первая часть. Вот вторая. Это чтобы ты почувствовал каналы закрытые каналы.

Первая часть получилась сразу, а вот вторая попытки с пятой. Рауль успел раздеться до пояса, и пока я практиковался, сидел укрытый пледом. Только когда я был готов, он снял маску, чтобы госпожа Диас могла контролировать его состояние. Она заглянула ему в глаза, по очереди оттягивая каждое веко.

— Давай, со второй части, — сказал она.

Ощущения от заклинания оказались странными. Я словно увидел Рауля насквозь. Слева под ключицей появилась серая нить, которая петляя, шла к позвоночнику. Ниже, между ребрами, чуть левей сердца, была еще одна. Если присмотреться, то справа под ключицей что-то было. Очень похоже на старую, тоненькую суровую нить грязно-серого цвета. Еще две обнаружились в районе солнечного сплетения. При этом одна из них была не серая, а темно-коричневая, будто бы высохшая.

— Два канала, чувствуешь их? — спросила Грэссия.

— Скорее вижу. Еще пара закрытых и один…, как бы сказать, высохший, что-ли.

— Отлично. Логика такая, аккуратно проталкиваешь заклинание там, где она проходит, и пропускаешь как можно больше чистой силы через них. Заклинание расширит каналы и появится возможность вывести оттуда загрязнение. Метод, конечно, кардинальный, но простой и действенный как палка.

Управлять сразу тремя белыми нитями было скорей непривычно, чем сложно. Через два открытых канала заклинание прошло легко, долго петляя по протоку, пока нити не вышли из спины. С третьим пришлось повозиться.

— Одна из трех застряла. Вошла на два пальца и дальше никак.

— Потому, что в закрытый канал тычешь ею. Два других прошли? Пропускай через них силу. Разом.

В себя я пришел от резкой боли в голове. Словно мне в мозг воткнули раскаленное шило. Я рефлекторно дернулся, взбрыкнув ногой и, судя по ощущениям, крепко пнул кого-то. На ноги тут же опустилось что-то очень тяжелое, прижав их к земле.

— Держу! — сквозь боль прорвался голос Бристл.

«Аущ», — сказал я одними губами, так как мне в рот засунули что-то мягкое.

Еще одна иголка вонзилась в мозг, но дернуться второй раз не получилось. Держали меня крепко. Кто-то надавил мне на грудь, от чего я резко выдохнул носом, основательно высморкавшись. Зато дышать стало легче.

— Быстро пройдет, — голос Грэсии.

Отголоски боли, словно круги на воде разбежались в голове и постепенно растаяли. Я несколько удивленно открыл глаза, так как внезапно почувствовал себя настолько здоровым, насколько это вообще возможно. Словно никакой боли и не было, а я замечательно выспался, а потом еще полежал полчаса, прежде чем проснуться.

Прямо надо мной склонилась Грэсия сосредоточенно глядя в пустоту перед собой. Скосив взгляд я увидел Бристл, прижавшую мои ноги. Алекс, держащую мою руку справа и лекаря в белом, державшего мою руку слева.

— А чего было то? — озадаченно спросил я. И кляп куда-то пропал.

Грэс вышла из состояния задумчивости, отодвинулась. Алекс поспешила на помощь, усаживая меня. Бристл не спешила выпускать ноги, для надежности усевшись на них.

— Чего…? — не успел повторить я вопрос, так как госпожа Диас почти без замаха влепила мне пощечину.

Удар у нее, я вам скажу, как дубиной. Аж в глаза на секунду потемнело. Хорошо меня держали. Удивиться я не успел, так как вторая пощечина прилетала с другой стороны. Вот теперь, как и положено, у меня в голове гудело, лицо горело и все вокруг медленно вращалось по часовой стрелке.

Грэсия достала платок и принялась вытирать испачканную в крови ладонь.

— Завтра же, на второй курс, к заклинателям рун..! — зло сказала она.

— Меня? — спросил я, запоздало попеняв на свой несдержанный язык. Алекс, вооружившись платком, принялась вытирать мне подбородок и щеки от крови.