– Дела. Так что так и грохнуть можно?

– Понятия не имею. Но Искин именно так сказал.

– Вот. Что это за фигня Искин.

– Ис первые буквы от слова искусственный ин от интеллект. В фантастике такое придумывали. Тоже типа компа. Но умней целого правительства.

– Там тоже дураков немерянно, нас этим не запугать.

– Ты Павел кушать хочешь?

– Я даже и пожрать бы согласился – ухмыльнулся он

– Тогда лови инструкцию, как пользоваться всей этой машинерией.

– А не опасно это? Сообщения ловить?

– Э э э если честно не знаю. Но почти уверен, что не опасно. А вот давай спросим.

– У кого? Тут только мутноглазый крутится.

– Искин администратор. Просветите. Приём и отправление сообщений опасен?

– Нет, Игнат. Подобные манипуляции не опасны. Экспериментальная нейросеть защищена от подобных атак. Опасность программ, о которых вам говорили, в неверном управлении процессами и дальнейшем неумении оператора выполнять необходимые работы. Именно потому они запрещены.

– Это нас тут слушали?

Створки стола разъехались и там появились тарелки с заказом и емкость с соком. Я принялся за еду.

– Павел это общественное место, моя деятельность как искина администратора, подразумевает контроль за подобными помещениями.

Пока я ел, Павел тоже получил заказанное и принялся уплетать. Похоже, не один я оголодал

Вскоре в зале уже собралось несколько человек. Вид у всех был болезненный и немного чумовой, народ явно не понимал радоваться или печалиться. И как вообще реагировать на случившееся. Доев, я попрощался и пошёл прогуляться по залу. Народ всё прибывал. Люди разбивались на группки. Разговаривали. Обсуждали случившееся. Мало кто сдерживал голоса и основное настроение, царившие тут удручало. Вариант с белочкой или шизой Павла не был редким исключением. Многие тут не отбрасывали подобные мысли, но долго, тщательно и мнительно их пережёвывали. Еще существенная часть, считали, что их хотят сделать рабами, засунули в головы какую-то дрянь, и стоит им эту самую дрянь один раз послушно запустить и всё, план вражин удался. Водились тут и 'демократы' убежденные, что у них есть права, и все присутствующие обязаны требовать, чтобы их вернули на землю, ну естественно вылечив по ходу дела ведь если смогли убрать боли и обещают излечить, то значит могут, а если могут, то обязаны и вылечить и вернуть. Конечно, настроение всех присутствующих выяснить было проблематично, но я решился все же поискать хоть кого-нибудь адекватного. Я просто не верю, что в такой толпе взрослых людей не найдётся нескольких которых я мог бы посчитать разумными. Прогулявшись, я сообразил, что две тысячи народа это довольно много, и среди такой толпы самые неумные или самые бесполезные наверняка будут самыми шумными. Нужно искать тех, кто сидят в тишине, а ещё лучше тет-а-тет и спокойно общаются.

'Нео. Определи мне в этом сборище, тех, кто сидит небольшими группами и спокойно обсуждает ситуацию. Можешь воспользоваться помощью искина, если он не против' К счастью, Нео, не оплошал. И в воздухе возникла стрелочка. 'Нео. Указатель виртуальный или его и прочие видят?'

– Виртуальный.

У отдельного столика пристроились четверо, причём все энергично общались и делали это стоя. Двое в весьма почтенном возрасте. Один невысокий, суховатый, бодрый старикан. Морщинистый, энергичный, будто с бесконечной батарейкой – эдакий живчик. Второй высокий статный с бородкой, крупноголовый, благообразный с точной уверенной жестикуляцией. Они с немалым энтузиазмом общались друг с другом. Ещё двое стояли рядом, и по большей частью только слушали. Рыхлый, полный, мужчина шатен средних лет, с доброжелательным выражением лица и хитрыми глазами. Второй чуть постарше – худой, брюнет с обильной сединой, с обтянутыми кожей скулами, больными глазами, весь какой-то мосластый, и при этом самый болезненный на вид из всей четвёрки.

– Здравствуйте. Позволите, на время присоединиться? Я Игнат.

Полный мужчина протянул рыхлую ладошку – мы тезки, два Сергея. Вот он – и указал на высокого – Борис Яковлевич, ну и четвёртый Виктор Петрович. Названный последним тот самый бодрый старичок тут же спросил.

– Ну а вы молодой человек случаем не профессор?

– Хм каюсь, нет.

– Жаль, были бы пятым.

– Вы все профессора?

– И это лишь одно из обнаруженных нами совпадений. – Он улыбнулся. – Мы из одного города, профессора, все любили фантастику, косвенно друг с другом были знакомы, ну за исключением Серёжи – и он кивнул на болезненного брюнета– с ним мы давно знакомы.

– Тогда позвольте дополнить

– Интересно

– Вы все трое оказались в последнее время приговорены к смерти, приговорены болезнями и диагнозами врачей.

Переглянувшись, они все подтверждающее кивнули. А Серёжа брюнет добавил. – Это тривиально, и можно было не упоминать, ведь сразу сообщили.

– Сказать можно всё. Лучше получить подтверждение из первых уст.

– Я полагаю, что соотношение ээ сил таково, что вариант примитивного обмана и принуждения можно не рассматривать, – заметил Борис Яковлевич

– Мы не в том положении, что бы отбрасывать подходы. Необходимо учитывать все возможности.

– Простите молодой человек, вы не подскажете нам вашу специализацию?

– Увы, ничего полезного. Торговля и немножко компьютеры. Позвольте и мне полюбопытствовать вашими сферами деятельности?

– Я искусствовед и художник улыбнулся Борис Яковлевич.

– Психиатрия – вставил полный Сергей

– Электротехника, причём больше электро чем техника – сказал второй Сергей

– Ну а я всю жизнь увлекался конструированием различной машинерии, большей частью механикой – вставил Виктор Петрович.

– И, пожалуй, задам ещё один вопрос вы уже выбрали каюты для жительства?

Обведя взглядом лица своих товарищей, ответил за всех Виктор Петрович – похоже, что этот пункт мы совершенно упустили из вида. Я признаться предполагал, что мы будем ютиться в том ящичке, где очнулись.

– Виктор Петрович. А с контрактом вы ознакомились?

– Да. Именно его мы и обсуждали.

– И какие есть мнения?

– Кот в мешке. С одной стороны, а с другой непонятно за счёт каких ресурсов его выполнить и как наверстать 60 дней.