Лорд Мураками выделялся как никто другой среди самураев.

Воины Нагао предпочли держаться на почтительном расстоянии от могучего воина.

Никто из них не смекнул, что мы устали от дороги. Но, к счастью, Кагэтора, быстро раздав указания, велела показать новоприбывшим шатры для отдыха.

По дороге мы с девушками разглядывали лагерь изнутри. Сразу же бросалась организованность лагеря и порядок, царивший в нём.

– - Вот ваш шатер. Прошу, располагайтесь для отдыха...

– - Постойте. Но тут только один шатер...

– - Извините. Свободных нет, мы не знали, что вместе с госпожой прибудет столько людей.

Сказав это, самурай быстро удалился от греха подальше.

Мужчина и женщина не должны были спать в одной комнате, не связанные супружеским долгом. Вскоре рядом не было никого, от щекотливых ситуаций самураи стремились держаться подальше.

Убедившись, что за нами никто не наблюдает, мы вошли в шатер. Из-за усталости, нас не заботили пустые домыслы...

Не знаю, сколько я провел в блаженном сне, но, к моему огорчению, выспаться мне не дали.

– - Вы, там, госпожа зовет вас...

Войдя в шатер, посланный воин слегка подзавис. В шатре было сумрачно, и из-за проникшегося света я не сразу увидел выражение на лице самурая. Никогда не думал, что служивые могли выразить столько эмоций: от гнева до замешательства.

Его смущало то, что на футоне валялись две девушки, а по середине лежал парень. Я смутно помнил, что принцесса Ю и Нобуцуна ставили свои футоны по краешку, но никак не рядом.

Замешательство воина было мне понятно, с одной стороны мы не были самураями, а с другой -- приехали в лагерь вместе с Кагэторой. Будь мы служивыми, то самурай не закрыл бы глаза на происходящее.

Две сладко спящие девушки убедили воина, что тут пахло развратом. Когда наши взгляды встретились, принцесса Ю теснее прильнула ко мне, а Нобуцуна так и вовсе запрокинула ноги на меня.

От происходящего мой сон словно рукой сняло.

– - Эт-это не то, что Вы подумали, -- еле смог проговорить под ошалевшим взглядом воина.

– - Конечно, конечно, -- ответил самурай, не веря моим словам.

Бросив взгляд и, как бы оценив девушек, самурай хмыкнул, и будто вспомнил зачем явился:

– - В лагере госпожи собирается совет. Девчонок можешь не брать с собой, но ты обязан явиться. И не заставляй господ ждать...

По самураю было видно, что он не понимал, зачем я был нужен на совете. Меня это, конечно, тревожило, но в этом я увидел неплохой шанс. Так сказать, увидеть будущих врагов за делом...

Пробормотав что-то о нравах и временах, самурай удалился.

Не стоит говорить, каких усилий мне стоило выйти из футона, не разбудив девушек. Я смутно представлял, что девушки не обрадуются таким событиям.

Восток -- дело тонкое, и тут, как нигде, чтят чистоту и непорочность.

Даже легкая тень могла повлиять на будущее девушек.

Стоило мне выйти из шатра и пройтись не далеко, как тут же я уловил разговорчики. Признаться, сперва подумал, что воины и вовсе шумно обсуждают обо мне с девушками. Но, к счастью, я ошибся, дело было куда серьезней. Вскоре должна была начаться нехилая заварушка.

Найти главный шатер было не трудно. Как положено, он был расположен в центре лагеря. Войдя в него подумал о том, что посланный самурай не был треплом. Ведь пожелай он почесать языком, как тут же в разговорчиках среди воинов послышалось бы грубые смешки.

По царившей атмосфере внутри и задумчивым взглядам собравшихся, я пришел к мнению, что передо мной творилась история.

Никто не обратил на мое появление внимание. Никто, кроме Кагэторы. Девушка сидела в центре, справа и слева от нее сидели вассалы. На ней были легкие доспехи, так что девушка просто смогла встать и окинуть взглядом собравшихся воинов.

– - У нас нет времени на обсуждения. Враг уже расположился лагерем и готов отразить нападение...

Слова Кагэторы взбудоражили людей, ведь эти воины делали все от них зависящее, чтобы вражеские воины клана Дзимбо не смогли узнать о предстоящей атаке.

Момент неожиданности играет не последнюю роль в битвах, и упустить его означало поражение.

Провинция Эттю с давних времен враждует с Этиго. Клан Дзимбо из Эттю успел насолить прежнему лорду, отцу Кагэторы. Вообще, клан Нагао давно бы завоевала Эттю, если бы не внутренние распри, тянувшиеся из-за поддержки смутьянов кланом Уэсуги. Ведь некогда Нагао был вассалом рода Уэсуги. Провозгласив о независимости, клан Нагао по определению стал врагом Уэсуги.

Пока другие самураи искали выход из сложившейся ситуации, Кагэтора и ее советник, старик Усами, и вовсе стояли, не выражая какую-либо озабоченность.