Хаос, беспорядок, ужас, крики и волнение вокруг, - все настолько нравится ему, что модельер испытывает настоящее наслаждение от грядущего показа?

– Ты не против, что мы слегка изменим твой макияж и прическу? – спрашивает другой мужчина, по видимости, визажист, - Для тебя Бен, красавица.

– Вив, - я улыбаюсь, соглашаясь и на это, а девушка, сидящая рядом со мной, недовольно смотрит на меня, выпячивая губки.

– Я должна была надеть это платье, - я чую в ее голосе ненависть и отвращение и закрываю глаза.

– Милая, поговори с Марком, но, думаю, все и так решено, - отвечает визажист, добавляя больше теней на веки.

Девушка недовольно топает ногой, а затем встает.

– Кажется, я отняла у нее работу, - тихо шепчу я, но Бен воспринимает мое волнение лишь за шутку.

– У этой куколки есть еще два наряда, - он расплетает мою французскую косу, которую я лишь усовершенствовала в парикмахерской, и уже девушка включается в работу, создавая на моей голове подобие гнезда.

Но, посмотрев на окончательный результат прически, я вижу лишь красивое переплетение волос, а казавшийся огромным объем выглядит вполне умеренным. Мне показывают платье, и я замираю, не в силах оторваться от него. Передо мной живое ночное небо, отдающее синевой на востоке и чернеющее на западе, с миллиардами звезд и созвездий, ставших маленькими и едва заметными стразами в шелковой и нежной ткани. Кажется, я никогда не хотела надеть ни одно платье так сильно, как это.

Оно не чувствуется, словно становится частью моего тела. Черт, в известности отца есть такой небольшой плюс.

– Вивиан!
– я слышу писк Элизабет и ощущаю себя неловко, - Это твое платье!

– К сожалению, нет, - я усмехаюсь, а затем встаю на каблуки, которые, впрочем, оказались не такими уж и большими и удобными.

Надеюсь, я выдержу несколько десятков метров.

– Вивиан Грей, на выход, - говорит кто-то из помощников, и я бегу к подиуму, лишь ощущая нежность прикосновений шелка к своей коже.

Я иду в ритм спокойной музыке, стараясь улыбаться людям и слыша овации. Замечаю Тео, жадно следящего за каждым моим шагом, и пытаюсь сдержать смех. И, дойдя до конца дорожки, я вижу, как он, опираясь о стену спиной, пожирает меня глазами.

Кристиан Грей.

Он молчит, изучая мое тело, платье, а затем… начинает хлопать, и на его лице мелькает улыбка. Я стою на месте, окончательно растерявшись, а поступок отца выбивает меня из колеи.

Я должна идти.

Вызов брошен, и Кристиан Грей повержен собственной дочерью. Развернувшись, тем же неспешным шагом, улыбаясь, следую обратно, и через пару минут выхожу вместе с модельером, которому достаются самые громкие аплодисменты. Я ищу силуэт отца, но не нахожу его в толпе.

Он исчез.

***

– Ты была великолепна! – Чарльз произносит Элизабет, нежно целуя ее, а я смотрю за парочкой с улыбкой, чувствуя прикосновение к своей талии.

Ощущаю, как пальцы скользят по позвоночнику вверх, ненавязчиво и осторожно, а затем слышу знакомый голос.

– То платье было сшито для тебя, - Тео шепчет мне на ушко, а я смущенно краснею.

– Убери, пожалуйста, от меня свои руки, - с усмешкой, я вижу фотографа.

Тот, заметив нас, стоящих так близко друг к другу, успевает сделать пару кадров.

– Я могу заплатить ему, чтобы фотографии не распространились, - холодно произносит Тео, немного отойдя от меня и внимательно следя за парнем с фотоаппаратом.

Еще несколько мгновений я могу спокойно любоваться скулами и подбородком парня, мрачно смотрящего вдаль.

– Не стоит, - произнеся, я улыбаюсь, а Тео от неожиданности поднимает бровь, - мне все равно, что обо мне думают.

– Или, - он игриво касается пальцем кончика моего носа, - что думают о нас.

– Еще слово о нас, мистер Эванс, и я буду вынуждена применить особые методы, - стараясь скопировать интонацию парня, я смеюсь.

– Может, прогуляемся? – улыбаясь, говорит Тео, и я киваю.

Мне необходим свежий воздух, чтобы обдумать и осмыслить все, что произошло в ближайшие два часа. И я не собиралась оставаться на вечеринке, предоставив это удовольствие Чарльзу и Элизабет.

– Пиджак? – Эванс снимает свой пиджак, накидывая мне на плечи.

– Спасибо, - шепчу я в ответ, и мы молча шагаем два квартала.

– У меня есть идея, - говорит парень, усаживая меня в такси и называя адрес водителю.

– Эйфелева башня? – я улыбаюсь, доставая блэкберри.

Пусто.

– Нет, нечто чуть менее популярное, - Тео смеется, но, заметив мой взгляд, мрачнеет, - Что-то случилось? Я видел, как ты замерла в конце подиума, глядя куда-то, - парень осторожно касается моих пальцев, но я убираю руку.

– Я видела отца, - я шепчу, глядя в окно и выдыхая вместе со своим ответом, - и… он похлопал мне.

– Похлопал? – я слышу удивление.

– Да.

– Может, он рад, что твой первый выход в свет оказался таким блестящим? – улыбается парень.

Я не говорила, что не была на светских мероприятиях.