Гваль потер ладонями виски, поморщился и пошел в комнату сестры. Придется проверить ее вещи, может быть хоть что-то станет ясно.

Комнатка Анайры, тоже маленькая, но посветлее, с эркерным окном, встретила грустной пустотой. На письменном столе горкой лежали учебники, тетради, на аккуратно прибранной кровати сидел лупоглазый белый медведь, заслуженный и замусоленный за много лет. Гваль снял со спинки стула школьную сумку, порылся в ней, выкладывая вещи на стол. Дневник, тетрадь с заметками о самонаблюдении, учебник истории, учебник алгебры - все в аккуратных обертках. Гваль раскрыл тетрадь с заметками на последних страницах, вгляделся в мелкий старательный почерк.

Обычные записи - о занятиях, о пробежках по утрам, режим дня… на полях тетради быстро набросанные картинки. Гваль поднял бровь - как-то не помнил, чтобы сестра раньше рисовала крылатых ангелов и каких-то тварей со щупальцами.

“Из-за полуночных налетов в Химере теперь комендантский час… каждый гражданин Найфрагира должен что-то сделать для того, чтобы победить грозного врага… моя сестра дежурит в госпитале, а я помогаю в школе делать обереги из рябины и боярышника, рисуем на фанерках руны и раздаем их жителям нашего района… мой брат ранен во время несения военной службы на корабле и лежит в госпитале в Аннаэ, я очень за него переживаю…” снова закованный в цепи косенький длинноволосый ангел с крыльями, накаляканный синей ручкой на полях. Или это не ангел.. на руках видны когти. “Чтобы победить Полночь, мы должны быть сильными, очень сильными… держать полуночных тарей на поводке…” а вот это что-то новенькое. ” Даго говорит, что нужно чудо…”

Кто такой, к марам, этот Даго?

В тетрадь была вложена бумажка с планом улиц, криво подписано карандашом, нужный дом помечен крестиком. Гваль задумался, потом сунул бумажку обратно и забрал тетрадку. Надо показать все это человеку, который занимается делом пропавшей Анайры.

***

“Ушел из школы после уроков, но до дома не дошел”, “ушла вечером к подруге, но у подруги не появлялась”, “ушел на занятия, но на занятиях не был и домой не вернулся”, “не вернулся с тренировок”, “не вернулась с практики”… отдельно несколько случаев “потерялся во время воздушной тревоги”, “пропал без вести при налете”. Больше полусотни случаев, из них тридцать четыре - в районе Среднего города, от алаупской фуникулерной линии до станции Синие Камни. Два последних случая - только за вчера.

Киаран поглядел на истыканную красными булавками карту. Охотничья территория какой-то большой твари со странной избирательностью отлавливающей подростков от двенадцати до шестнадцати лет.

Почему не всех подряд? Откуда такое гурманство?

– Нож, скажи, пожалуйста, чем человеческие подростки привлекательнее взрослых? Энергии и жизненной силы в подростке по объему меньше, чем во взрослом. Но по качеству - лучше. Может быть. Не всегда.

Анарен Лавенг расхаживал по кабинету Комрака взад-вперед - сидеть на месте больше пятнадцати минут он не мог.

– Человеческие подростки стремятся к независимости, они недоверчивы к старому и доверчивы к новому. Они ищут свое место в жизни и желают, чтобы это место было блистательным - во всех возможных смыслах. Я ведь прав, капитан?
– Нож остановился, оглянулся на Комрака, который не поднимал головы от папок.
– Вспомните свою юность, она ведь была не так давно. Кружила, шумела, морочила вам голову… вспомните, капитан, что вы делали в шестнадцать лет?

– Лупил всяких арисократиков-задавак, - тот устало потер пальцем переносицу, но на Ножа не взглянул.
– Украшал их смазливые рожицы кровавыми соплями.

– Фууу, - огорчился Нож.
– Это был предел ваших мечтаний?

– Они метили на мое место.
– Комрак отложил папку, достал портсигар, выбрал папиросу и принялся заботливо проминать ее и покручивать в пальцах.
– На мое блистающее место первого вассала герцога Астеля. Для сына докера и прачки это был довольно таки отдаленный предел.

Он щелкнул бензиновой зажигалкой, затянулся и выпустил струю едкого дыма.

– О-о, какая биография! Какой неукротимый напор!
– Нож, морщась, помахал рукой, разгоняя дым.
– Вы шагали по поверженным аристократам? Большими шагами?

– Ваши вопросы относятся к делу, господин консультант?
– Комрак, откинулся на спинку стула и, наконец, воззрился на фыркающего принца.
– Я бы хотел услышать ваше мнение о твари, которая ловит и жрет детей среди белого дня, а не о моем бурном прошлом.

– Извините, - вставил Киаран, смущаясь и прижимая уши (табак все-таки крепко вонял), - я думаю, что детей она не жрет. В смысле, не жрет сразу. Я хочу сказать, что, может быть, некоторые из пропавших еще живы.

– А вот отсюда подробней, пожалуйста, - повернулся к нему капитан.

– Конечно, это надо проверить… я не хотел бы заранее обнадеживать… Ап-чхи!

– А ты, пожалуй, прав, олененок, - Нож тоже повернулся к слуа, сложил на груди руки и взял себя за подбородок.
– Вся эта история поразительно напоминает то, что происходило в Катандеране с химерками. Там дети тоже уходили из домов, а потом в один прекрасный день, вернее, ночь, все попрыгали с крыш. Был разовый, но мощный прорыв Полночи, последствия разгребают, наверное, до сих пор. Эта тварь, - Нож потыкал пальцем в карту, - наймарэ не мелкого разлива, и он готовит себе множественную добровольную жертву.