– да хранит Господь ваш союз.
– прошептала она. я оказалась на улице, прямо перед воротами церкви. ступить внутрь я не решалась, встала в сторонке и принялась ждать неизвестно чего.

– и помни!
– послышался в голове голос Анны.

– храни тайну Германа, царя рыбы и Юты.
– я послала ей мысленный воздушный поцелуй. прощай! прощай! моя подруга, и спасибо тебе за все!

рассказывает Леонид Машутский:

я наверное стал алкашом. увидел себя в зеркале одного из хроноэктазов и обомлел. морда красная, вся заросшая, глаза непонятно где и с кем. руки трясутся, ноги еле ходят. да уж пьянка еще никого до добра не доводила. сил больше не было, хотелось бросить все это, вернуться домой и завалиться спать. может Герман уж давно подох, ищи его по болотам мироздания. но долг был при выше всего, я снова открыл уже ненавистный мне алкогольный напиток и сделал глоток. как всегда тело покачнулось, а в глазах помутнело. я оказался в каком то ночном городе, присмотрелся и узнал Рязань, в кармане лежал мой потрепанный, видавший виды телефон, значит я снова в своем родном мире. но ведь в бутылке было больше половины, рано мне еще домой. а может быть все доступные хроноэктазы закончились и начался второй круг. а значит еще пара хлебочков, и я снова окажусь в советском мире, из которого мне позвонил Герман. я в очередной раз схватился за бутылку, но чья то мягкая пятерня перехватила мою жилистую лапу. я обернулся и увидел симпотичную шатенку в белой блузке, потертых джинсах и кроссовках. ее волосы, когда то были роскошными, но в последнее время за ними видимо плохо ухаживали, лицо, когда то красивое было измождено морщинами и следами долгих и мучительных дум.

– кого-то ищешь, красавчик?
– спросила она нежным грудным голосом. на вид тетеньке было лет тридцать, ну или около того.

– а вы откуда знаете?
– заикаясь спросил я.

– а я все про всех знаю.
– улыбнулась незнакомка.

– и про тебя Машутский наслышана.
–

– меня зовут Алексей Машуков!
– заученно отчеканил я.

– ты Леонид Машутский!
– уверенно ответила женщина.

– тебя называют ходячей аномалией.
–

– это ложь!
– взревел я.

– ах ложь!
– улыбнулась девушка.

– значит прав был твой друг Серега и следственный комитет города Ульяновска, ты всего лишь на всего ревнивый маньяк и серийный убийца!
– ну это уже было слишком. я смотрел в бесстыжие глаза нахалки, а она ухмылялась мне в лицо. ее изможденное лицо стало наливаться румянцем, губы расплылись в обворожительной улыбке, и я понял, вот он мой идеал женской красоты. рыжая Настя была просто детской влюбленностью, всю свою жизнь, я искал именно такую девушку.

– да не дыши ты на меня.
– смеялась она.

– и отойди подальше, я не охотно пускаю убийц в свое личное пространство.
– я покорно отошел. вдали замаячили купола.

– вон лучше сходи в церковь, покайся.
– сказала девушка.

– я не убийца.
– прошептал я.

– там разберутся.
– отмахнулась она.

– а еще ты найдешь, там то, что так долго ищешь. а мне пора, нельзя знаешь ли надолго появляться в вашем мире, мое место на его изнанке.
–

– а ты, когда ни будь вернешься?
– с надеждой спросил я.

– всему свое время Машутский.
– прошептала девушка, целуя меня в щеку, а затем развернулась и пошла прочь.

– как хоть звать то тебя, незнакомка?
– крикнул я ей в вдогонку.

– так же, как мать короля Людовика четырнадцатого!
– обернулась она и растворилась в воздухе.

– Анна Австрийская что ли?
– буркнул я и поплелся в сторону церкви. за спиной болтался поредевший рюкзак...

и снова рассказывает Герман Хватов:

служба окончилась, и все пошли целовать крест, затем толпа прихожан направилась к выходу. кто то еще остался святить пасху, куличи и пасхальные яйца. мне святить было нечего, и я пошел к выходу. на улице было темно и тихо, редкие машины проносились по дороге. трасса была мокрой. толи ее ночью мыли, толи окропили святой водой. я как и положено поклонился храму, перекрестился и пошел дальше. толпа сочилась сквозь храмовые ворота. все спешили расползтись по норам. мне это показалось, или народу и впрямь стало больше, чем было в начале службы. в уголке у церковного забора я увидел знакомую тоненькую фигурку. глазам своим не верю, это была Даха! моя девочка, как то нашла меня. не обращая внимания на толпу прихожан, я бросился к любимой.

– Даша!
– закричал я.

– ты жива?
– моя благоверная устало обернулась.

Герман!
– прошептала она, и бросилась ко мне на шею. наши губы сплелись в сладком поцелуе. люди смотрели на нас без всякой укоризны.

– ты вернулся ко мне!
– шептала Даша.

– но как?
– недоумевал я.

– бог помог нам найти дорогу друг к другу.
– ответила она. мы простояли так еще минут десять.

– пошли домой.
– наконец сказала жена.

– но в каком мы мире?
– глупо спросил я.

– не важно.
– ответила она.

– главное, что вместе.
–

народ у церкви разошелся, я взял жену под руку, и мы пошли домой. вдруг нам на встречу из кустов вылетел какой-то заросший ханыга с рюкзаком на плечах. от этого гражданина за версту пахло перегаром, от чего-то его лицо показалось мне смутно знакомым. я присмотрелся и узнал Леню Машутского, запустил он себя конечно

– а вот вы где.
– радостно проговорил он, бросаясь ко мне на шею.

– а ты что здесь делаешь?
– подозрительно спросил я.

– не поверишь, вас ищу.
– крякнул Леня. Дарья вежливо попросила его не дышать.

– Демидов поручил ему наши поиски.
– пояснила Даха.

– а ты откуда знаешь?
– теперь с подозрением спросил Леня.

– пойдемте домой.
– попросила Даша.

– там все и расскажу, я так устала!
–

– меня все еще интересует вопрос, что это за мир?
– не унимался я.

– да наш родной!
– ответил Машутский, вынимая свой телефон.

– только здесь можно найти такое убожество!
– значит я дома! вы даже не представляете, какое это счастье, взять и просто вернуться домой. мы шли по дороге к моему дома весело смеялись. в одном из дворов у подъезда одиноко курила девушка.