– дайте только приказ!
– теребил он чуть ли ни каждый день главнокомандующего сектора Вега.

– и я разнесу ихние леталки в пух и пах.
– вот такое вот сумасшествие происходило вокруг. к слову о сумасшествии: Эдик с Евой тоже вели себя как то странно, они вроде бы не встречались, но постоянно держали в курсе друг друга, кто куда пошел. как то Ева напросилась к Дахе на чаек, пока я был на работе, а Эдик все это время прождал ее на лавочке внизу. в конце месяца Штааль собрал нас всех в конферент зале и сообщил, что в связи с кризисом финансирование полигона резко снизилось, и до конца годы мы все остаемся без премий. вы даже не представляете, как мы были благодарны начальству.

следующая плохая новость ждала меня прямо первого сентября. Демидов написал мне СМС с просьбой явиться на наше с ним секретное место встречи, данное место встречи находилось в мужском туалете на втором этаже. именно там Петр Сергеевич как-то поймал меня при попытке сделать из унитаза локальный телепорт, с тех пор мы и начали там секретничать. ФСБэшник с печальным видом стоял около писсуара, он нервно протянул мне руку.

– ну вот и все, Герман.
– сдавленно сказал он.

– убирают меня отсюда.
–

– как это?
– вырвалось у меня.

– отзывают в Москву.
– печально сказал он.

– скорее всего посадят на бумажную работу.
–

– а как же мы?
– простонал я.

– завтра к вам пришлют нового бугра.
– усмехнулся Демидов.

– кого именно мне сообщить не потрудились, но вряд ли он будет прикрывать ваши задницы. объект передадут одному ОАО принадлежащему крупному коррумпированному чиновнику, и все его ресурсы пойдут на войну, но я тебе ни о чем не говорил. грядут большие перемены, причем не очень хорошие.
–

– ясно.
– вздохнул я.

– меня начали щупать после того, как я начал щупать этот проклятый раскопанный город.
– продолжил рассказывать Демидов.

– а я уж и забыл о нем со всей этой свистопляской.
– честно признался я.

– ничего кроме того, что мы видели по телевизору я там не узрел.
– сказал Петр Сергеевич.

– но что-то там есть, раз военные так его охраняют. даже мне со своими возможностями не удалось получить доступ к информации.
–

– ничего себе.
– выдохнул я.

– кажется рептилойды взялись за нас в плотную.
– посетовал Демидов.

– но от работы в нейтрино я не отказываюсь.
–

– ну хоть что-то радует.
– улыбнулся я.

– приказ пришел сегодня утром.
– продолжил он.

– завтра я уже должен быть в Москве.
– Демидов протянул мне руку. я крепко пожал ее.

– удачи вам.
– прошептал ФСБэшник и пошел прочь. я остался один на один со своими тревожными мыслями в царстве бурлящих унитазов. трындец подкрался незаметно!

новый бугор оказался маленьким лысеньким человечком неопределенного возраста и крайне неприятной наружности. звали его Юрием Бенедиктовичем ни фамилии, ни звания он открыть не пожелал. начал он свою деятельность с того, что вызвал каждого по очереди в кабинет к Модесту и мягко намекнул, что все мы должны стучать друг, а друга, это приветствуется в противном же случае... короче я сделал вид, что все понял, и был великодушно отпущен во свояси.

– стучать заставлял?
– спросил меня Палыч, когда я переступил порог ВЦ. я согласно кивнул.

– а ты что?
– задал он следующий вопрос.

– покивал и вышел.
– тихо ответил я.

– я тоже.
– хихикнул Старков.

– но все рано держи ухо востро. у девочки.
– ткнул он в Юлю.

– просто могут не выдержать нервы в такой обстановке, а некоторые с большим удовольствием пойдут доносить на ближнего, в экстремальной ситуации люди сразу сбрасывают маски и открывается их истинная сущность!
–

война в Сирии продолжалась, беженцы продолжали откочёвывать в сладкую Европу. некоторые государства уже начали закрывать свои границы, и стада голодных Арабов штурмовали заставы. другие же цивилизованные страны предлагали помочь странам востока деньгами, лишь бы они забрали обратно своих граждан, но те грубо отказывались. Арабы же вели себя в Европе по-хозяйски, уже даже были случаи нападения на белых женщин, как пояснили задержанные, девушки были слишком вызывающе одеты, в их мире подобное не приемлемо. тогда Европейские власти призвали своих женщин одеваться по скромнее.

– вот до чего доводит их гребанная толерантность.
– заметил мой друг Прохор, во время вечерней покурки на улице, а я вот был от части согласен, одеваться действительно надо скромнее, а то летом в маршрутке спокойно не проедешь.

в середине месяца я получил еще один удар серпом по яйцам. дело в том, что каждую субботу я играл по вечерам миксы в клубе ядро. у нас в клубе было однозначное табу: никаких наркотиков. и вот в один прекрасный день наш охранник пенками выставил за дверь парня, в кармане которого был найден кокаин. паренек тот оказался сыном местного прокурора, и его папаша наслал на бедный клуб кучу проклятий, начиная с рос. потреб. надзора и заканчивая гос. нарко. контролем. все улики были сфальсифицированы, и ядро закрыли по подозрению в обороте наркотиков и за полную антисанитарию. так я потерял нехилую подработку.