— Да, ты мне нравишься, маленькая копия Сюзанны. Ты вскоре будешь думать так же, как и я. Мы вместе все разработаем, — с этими словами он ушел.

Меня тошнило от страха. Что теперь мне делать?

В дверь моей комнаты постучали. Я вскочила, испугавшись, что вернулся Гарт.

— Кто там?

— Джанет.

Я открыла дверь.

— Боже, что случилось?

— Ничего, — пробормотала я. — Все в порядке, Джанет.

— Мне лучше знать. К тебе приходил Гарт. Что он задумал?

— Он знает, Джанет.

— Я догадалась. Между ним и Сюзанной что-то было. У нее было со многими. Она не могла пройти мимо мужчины спокойно, а мужчинам это очень нравится в женщине.

— О, Джанет, что мне делать? Не надо мне было изображать Сюзанну.

— Что сделано — то сделано. Благодаря этому ты попала в замок, а это твое родовое гнездо. Только надо было приехать и сразу сказать, кто ты такая. Я уверена, тебе бы разрешили жить здесь.

— Джанет, а Гарт… Кто его отец?

— Дэвид, естественно. Предполагалось, что Элизабет вдова, но у нее никогда не было мужа. Она всегда была любовницей Дэвида, еще до переезда в замок. Гарт — результат их связи. Она назвалась вдовой и приехала под крышу к любовнику. Такие уж они, Мейтленды. Леопард не может изменить свою пятнистую окраску, а Мейтленды не меняют привычек.

Кровь Мейтленда, подумала я. Конечно, Гарт, а не Малком. Я вздохнула облегченно, убедившись в непричастности Малкома.

И я выложила Джанет все, что узнала. Это такое облегчение, излить душу другу. Я даже рассказала ей, как в детстве я однажды встретила Дэвида, и как Анабель приехала забрать меня с собой.

Она внимательно слушала, ей хотелось узнать о жизни Анабель на острове, о ее счастье.

— Она когда-нибудь вспоминала обо мне?

— Конечно, и всегда с чувством признательности.

— Она должна была взять меня с собой, — упрекнула Джанет. — Но в таком случае, я бы взорвалась на том острове, и кто бы присматривал за тобой?

— Что мне делать, Джанет? — спросила я. — Надо признаться. Я все расскажу Малкому завтра.

— Да, но сначала давай все обдумаем, — согласилась Джанет.

Она долго пробыла у меня. Потом я легла и от усталости сразу заснула. К моему удивлению, я проспала до утра.

Утром я узнала, что Малком уехал по делам и вернется поздно вечером. Мне предоставлена еще одна отсрочка. Ведь я решилась признаться в своем маскараде.

Завтракала я одна и смогла проглотить только кофе. Дворецкий доложил, что ко мне пришел Джек Чиверс.

— Я опять из-за Ли…— начал он.

— Начались роды?

— Нет. Это из-за ее отца. Она вас просит прийти к ней как можно скорее.

Я переоделась в костюм для верховой езды, взяла лошадь и отправилась в коттедж к Ли. Она ждала меня с тревогой в глазах.

— Мой отец оставил вам записку. Велел передать вам в собственные руки.

Я прочитала следующее:

«Я хочу вам кое-что сказать, мисс Сюзанна. Вы пытались убить мистера Эсмонда, и мой брат помогал вам в этом. Брат был хороший, а вы — ведьма, а против ведьм мало кто может устоять. Теперь вам придется заплатить за это. Я хочу, чтобы вы записали за мной ферму в аренду до конца моих дней и чтобы потом она перешла к моим сыновьям. Мне нужны новые инструменты, чтобы сделать ферму прибыльной. Можете называть это шантажом. Может, так оно и есть. Но вы не сумеете выдать меня, не выдав и себя. Приходите в сарай, где повесился наш бедный Сол. Приходите в 9 часов вечера с подписанной бумагой, где будет написано все, что я прошу. Я вам дам слово молчать о том, что знаю. Если вы меня подведете, то на следующий день все узнают, что вы получили от Сола, и почему он повесился».

Невидящим взором я смотрела в записку, потом свернула ее и убрала в карман.

— О, мисс Сюзанна, надеюсь, все не слишком плохо, — встревожилась Ли.

Я с грустью посмотрела на Ли. Жаль, что я не увижу ее ребенка, когда он родится, я буду далеко отсюда. А где? Пока не знаю. Я больше не увижу замок. И никогда не увижу Малкома.

Не помню, как я дожила до вечера. А днем я показала Джанет записку от Джекоба Крингла.

— Пахнет шантажом, — решила она.

— Он ненавидит Сюзанну, и я его понимаю. Он обвиняет ее в смерти Сола.

— Тебе нельзя ходить туда ночью… одной.

— Я скажу Малкому.

— Да, надо облегчить душу. Уверена, он не слишком рассердится. Вы ему нравитесь. Вы такая противоположность настоящей Сюзанны. Он ее терпеть не мог.

— Мне придется уехать, Джанет.

— Вы вернетесь. Я это чувствую. Но надо все сказать Малкому Это самое лучшее решение.

Я ушла из замка, чтобы не обедать со всеми. Проведу здесь последний день, ведь Малком вернется позже. Сегодня не удастся с ним поговорить. Завтра.