Отто Херре. Не пойдет! Вся сволочь успеет спастись. А впрочем (таинственно), послушай, что я тебе скажу: под городом есть минные ходы. Еще с того времени, как пытались отвести реку, которая здесь протекает. Мы ведь живем там, где в древности было русло реки. Эти древние подкопы начинаются за домами и с двух сторон охватывают весь город. Их надо найти. Их надо наполнить порохом, динамитом и всякими другими взрывчатыми веществами. Потом подвести электропровод… Ха-ха-ха! Вот бы обнажились и разлетелись во все стороны грязные и смрадные потроха!

Эльза. Урраааа! То-то будет чертям жаркое!

(Вырывает бутыль у Андерса Колла и жадно пьет.)

Андерс Колл. Но ведь эдак-то и мы взлетим?

Эльза (передавая бутыль Отто Херре). А разве мы тоже взлетим?

Отто Херре (смотрит на нее свысока и пьет, затем передает бутыль Андерсу). Что может быть прекраснее! Я ведь много раздумывал о том, как я, Отто Берг Херре, помру. И вот как это будет! Вместе с тысячами людей я ринусь в рассветное пламя бессмертия! По моей команде все эти люди, как рабы восточных владык, забудут о своих привычках и последуют за мною, как на праздник. Подумать только: оставить жизнь, озаренную великими порывами, но полную трудностей и лишений, а часто не сулящую признания, для того, чтобы хоть в последний миг выполнить свое назначение. Это ведь восшествие на престол! Подумать только: мы увидим свое имя, начертанное золотом, читаемое всеми народами. Мы воссядем на курульном кресле, [8] сооруженном из костей миллионеров. А, ха-ха-ха! Попирая ногами их мешки с деньгами! Удивление и проклятия человечества, гремящие, как величественный оркестр! Как море оваций! А, ха-ха!

Женский голос (как прежде — сверху, справа). Идут! Идут!

Андерс Колл (испуганно). Кто идет?

Эльза (в один голос с ним). Кто?

Отто Херре (в один голос с Андерсом и Эльзой). Кто идет?

Женский голос. Похоронная процессия! Они еще наверху!

Эльза. А, ну тогда у нас еще много времени!

Андерс Колл (тихо). Все эти минные ходы, знаешь ли… да, да… многие поговаривают о них… но до них ведь не доберешься…

Отто Херре. В том-то и дело! В том-то и дело!

Андерс Колл. И вода в них и всякое прочее…

Эльза. Да, да, я тоже слышала.

Отто Херре. Вот они каковы, рабские души! Довольно малейшего препятствия — капли воды, малой песчинки, — чтобы они отказались от мысли о мести, испугались своего стремления к свободе и свету!

Женский голос. С ними священник!

Отто Херре (встревоженно). Священник! Пастор Братт!

Женский голос. Нет, тот, другой, настоящий священник.

Андерс Колл. Фалк?

Отто Херре. Да какой он священник! Просто шарлатан. Я ему это и в глаза скажу в любой момент. Разве я не знаю его еще со студенческой скамьи!

Эльза. Ну, так я пойду.

Отто Херре (тихо). И я сейчас приду.

Андерс Колл. И ты… ты скажешь это священнику?

Отто Херре. Что?

Андерс Колл. То, что ты сейчас сказал… как ты назвал его?

Отто Херре. Шарлатан? А что? Думаешь, не скажу?

Андерс Колл. Если, если ты осмелишься сказать ему это в глаза — ты получишь целую крону. Да, да, получишь, уж я не обману!

Отто Херре. А ты давай вперед!

Андерс Колл. Н-н-еет!..

Отто Херре. Давай, давай!

Андерс Колл. А что, если не скажешь?

Отто Херре. Сию минуту прямо подойду к нему и скажу. Честное слово! Ну?

Андерс Колл. Тогда бери пока половину! На!

(Похоронная процессия приближается сверху.)

(Гул поезда доносится с моста. Фалк, в штатском, идет за толпой провожавших, несколько в стороне. Когда он приближается, Отто Херре подходит к нему и нерешительно обходит его.)

Фалк. Господи! Да это же, кажется, Отто Херре. Наш magister bibendi! [9]

Отто Херре (приветствуя Фалка). Да, ваше преподобие. Точнее будет сказать: это то, что осталось от Отто Херре!

Фалк (про себя). Господи ты боже мой!

(Начинает шарить в карманах.)

Отто Херре. Конечно, если все обсудить и обдумать, я сказал бы, что осталось-то самое лучшее. Но время не было ко мне милосердно, ваше преподобие!

Фалк. Да, да! Я вижу это!

(Тихо.)

Приходи ко мне, когда тебе будет очень плохо! Видишь ли… сегодня, я… право же, я роздал всю мелочь, какая была при мне. Вот все, что у меня осталось — полкроны.