Ник вздрогнул и уронил на землю ключи.

— Чёрт возьми, Джо. Ты напугала меня. Что ты здесь делаешь?

— Я хочу знать, почему ты избегаешь меня.

Он наклонился, чтобы поднять ключи от машины, а потом медленно выпрямился.

— Я избегаю тебя? Не понимаю, о чём ты, — ответил Ник.

— Правда? А где ты был на ланче? И на четвёртой паре?

Ник смотрел на неё пустыми глазами.

— Прости за оба мои отсутствия.

— Это из-за Тони? — выпалила Джози. — Если хочешь, давай поговорим об этом. Я здесь, с тобой.

Ник вздрогнул.

— Ты что, моя мать?

— Я твоя девушка, — вспыхнула Джози. Она не была уверена, на кого сейчас разозлился Ник. Возможно, на них обоих.

— Прости, что?

— Ты слышал меня. — Она уже не могла сдерживать отчаяние в своём голосе.

Джози вытащила ожерелье из-под воротника свитера.

— Помнишь эту вещь?

— Ожерелье твоей мамы? Какое отношение оно имеет разговору?

У Джози пересохло во рту.

— Ожерелье моей мамы?

— Я говорил тебе в тот день, когда отдал его назад.

Вернул? Вот что имел ввиду мистер Бирн. Джози чувствовала себя так, будто кто-то зарядил кулаком ей в живот. Это не был подарок. Просто Ник вернул ей что-то.

— После аварии ожерелье смешалось с вещами моего брата, — продолжил Ник, подчёркивая каждое слово, будто разговаривал с маленьким ребёнком, до которого трудно доходит.

— Авария... — Джози покачала головой. Может, именно поэтому мамы Джо не было рядом? Это была автомобильная катастрофа или вроде того? Что-то случилось с Тони?

Ник досадливо вздохнул.

— Послушай, я говорил тебе об этом по крайней мере дважды, поэтому давай последний раз. Ты и я — мы просто друзья. Не более. И в дальнейшем будет именно так. Больше никаких приглашений на пикники, никаких объятий, как в коридоре сегодня утром, хорошо?

Лицо Ника постепенно твердело, пока он говорил. Джози помнила это выражение.

Она видела его у своего бывшего бойфренда. Только однажды: во время последнего разговора с ним перед тем, как она застукала его с Мэдисон. Тогда Ник хотел поговорить, но Джози было некогда, и такое же выражение скользнуло по его лицу.

Вот что она увидела в этом Нике. Отвращение.

Понимание накрыло неё, как весенняя гроза, катящаяся вниз по долине реки Потомак. Ник ненавидел её.

Джози покачнулась. Это снова случилось, так же как раньше. Её кожа стала липкой. На бровях выступили бисеринки пота, но по телу разливалась дрожь и окоченение, словно поднималась высокая температура. Она прижала руку к виску и заметила, что стоянка Боуи Преп начала слегка опрокидываться влево. Когда равновесие уже покидало Джози, она могла поклясться, что увидела фигуру утки позади своего автомобиля.

— Джо! С тобой всё нормально? — Ник придвинулся к ней, положив руку на её плечо, но Джози стряхнула её. Здесь всё было ещё хуже, чем в её вселенной. Здешний Ник не просто не любил её, он её ненавидел.

Лицо Джози запылало. Она чувствовала себя такой оскорблённой, словно заново переживала предательство Ника и Мэдисон. Она и не думала, что всё может случиться так же плохо, как тогда, но увидеть ненависть в глазах Ника было несравнимо хуже. Ей захотелось сразу исчезнуть, убежать от Ника Фиорино так далеко, насколько возможно в этой вселенной или в любой другой.

Ник взглянул на горизонт.

— Солнце заходит. Тебе лучше сесть в мою машину. Я отвезу тебя домой.

— Сесть в твою машину? — Он что, сбрендил? Джози попятилась. — Я никуда с тобой не поеду.

Она не хотела больше быть жертвой. Она не поставит себя в такое положение, чтобы мучиться из-за этого Ника, так же как она мучилась из-за того. Хотя бы это она может ещё контролировать.

— Джо, подожди!

Слишком поздно. Джози уже не волновало, что BMW Джо простоит всю ночь на школьной парковке. Ей нужно было выбираться оттуда. Сейчас. Она развернулась и направилась за угол гимнастического зала, подальше от Ника.

ГЛАВА 24

6:45 ВЕЧЕРА

Как она могла быть такой тупой? Как она могла думать, что здесь может быть по-другому? Всё, что она видела в своих снах, во что бы Джо ни заставила её поверить, всё это оказалось лживыми сказками.

Тени уже ложились на окрестности, когда Джози бесцельно брела прочь с лужайки Боуи Преп. Она глянула на часы. Ещё несколько часов, и она сможет перебраться назад через зеркало в собственную жалкую жизнь. Которая вдруг перестала казаться такой уж плохой.