'Посредством колдовства дома сюда сами переехали' - соорудил оправдание сих нестыковок зодчества. А байк обогнал две машины: Volkswagen-Kafer 1937-38 годов выпуска и ЗИЛ-СААЗ-3501; 'Жука' и 'Бычка', соответственно, и снизил скорость.

Мы въехали в слободу Славянская, где была 'окрошка' всего и всех. Людей, жилищ и эпох. Слобода была крупным населённым пунктом невнятного генезиса, который занимал стратегическое местоположение на пути в соседнее государство - город-полис 'Блистательная Прага'. И ближе к центру посёлка дорога и тротуары были заняты гужевым транспортом, легковушками, грузовичками, автобусами и спешащим на рынок людом. Мотоцикл тут катился черепашьим шагом. Я нацепил свои чудо-очки, настроенных на видеосъёмку.

– Да-а!?

Это я подвергнул разбору местные жилища здешних товарищей, их внешний облик и происхождение. Тутошние дома были трёх видов. Украинские хаты в три-четыре окошка по фасаду и крытых седым камышом. Русские дома. И подворья, которые строились в ЮФО РФ гражданами кавказкой наружности. Эти же нукеры, в кепках-аэродромах и кожаных куртках, реализовали южные фрукты-ягоды и в Славянской. Торговали с современных развалов. Фруктовое изобилие лежало и в пластиковых поддонах за этими прилавками. И шла бойкая и шумная распродажа много чего для челов в украинских расшиванках, мещанок в старомодных шляпках и для иностранных камрадов обеих полов.

Пока я, увлечённый, снимал этот 'торговый вавилон', Жанна преодолела здешний базар и байк замер на перекрёстке со светофором. Рядом стоял городовой.

– Сюр, твою мамашу!
– матюгнулся. Раз. Слобода кончилась.

– Слава бо...
– и замер на полуслове. Поскольку слева от дороги, в метрах тридцати, стоял домишко - украинская хата. Возле плетня и сдвоенной пальмы стояла статная деваха, лузгающая семечки с разъездом из трёх вооружённых верховых казаков. Но не эта служивая картинка меня озаботила. Нарушали мой душевный покой страусы за оградой и стайка кенгуру на выпасе.

– Эти-то, что тута делают?

Два-с. И кенгуру скрылись за акациями (лат. Acacia dealbata). А мотоцикл поехал вниз к заливным лужкам у речного уреза, на котором стоял современного вида таможенный терминал формального досмотра. Таможня смахивала на сдвоенную АЗС. Чоппер обогнал колонну высокобортных фур древнеримского вида, с волами и селюками на облучках. И не останавливаясь, проехал за поднятый шлагбаум. Таможенник, видимо заметил мою форму, щеголевато, козырнул седокам байка. Далее был основательный, с отбойниками, мост через небольшую речку и таможня ЧСР, один в один такая же, как и на донской стороне. Секунды на то, чтобы вбросить две кроны, от Жанны, за проезд и опять дорога и кручение моей головы во все стороны.

Удивляться здешним видам у меня уже не было сил. Правда и зрелища чехословацкой стороны были, в полной мере, дозированными. Окраины Праги были более современными, а центр города нёс исторические высокие традиции европейского градостроительства.

'Ай да, Жанна! Экскурсия на пять баллов с плюсом'...

Пообедали в прибрежном бистро рядом с Роганским молом. Посоревновались умением орудовать столовыми приборами. Основательно нагрузился сытными блюдами и сочно-сладкими десертами. А затем мы подались в Йозефов квартал, где неподалёку от Староновой синагоги байк остановился среди 'стада' из двух десятков чопперов. На вывеске над полуподвалом прочитал - 'Байкерский клуб Горные тролли'.

'Так-так. И куда пивасик в меня будет заливаться'?
– спросил себя. А Жанна оповестила, что 'сюда мы заскочим на минутку'. Потопал за Жанной, которая уже скрылась в заведении.

Зашёл и попал в сухой полутёмный прямоугольник, который делился на зоны - для гостей и постоянных клиентов. Оглядел гостевую четвертину. Над четырьмя столиками висел на цепях бело-зелёный мопед 'Карпаты'. Как мой первый моторный друг! И ощутил на себе взгляды, с неприкрытой враждебностью и вызовом. Пялились девять морд. Четвёрка темнокожих крепких парней в форме немецких штурмовиков без знаков отличия, четвёрка белобрысых задохликов в пустынном камуфляже морской пехоты США и лысый гуттаперчевый некто в чёрных очках на пол-лица и серебристом одеянии, похожий на лёгкий космоскафандр.

Я обвёл взглядом столики 'космос штурмовой пехоты' и мирно поправил кобуру с 'Глоком'. Тут же глазки 'девятки' забегали замешательством и мордочки уткнулись в своё пиво.

'Слабаки-то'.

Над ВИП-подиумом висело сразу два чоппера-монстра. Стояло десяток дубовых столов, за которыми сидело восемнадцать классических байкеров; которые шумели, галдели и азартно смотрели на большой 'плазме' бокс между молодым Кассиусом Клеем и ... Майклом Тайсоном. Удивлялся недолго. Просто в руках двух 'кожаных затылков', разглядел два беспроводных игровых контроллера.

'PlayStation, однако! Какой только?' И крепкая по виду стойке бара.

Барменом тут служил индеец с ником на бейджике - Вождь. Сухопарый, носатый, в замшевой безрукавке, в облике просматривался Гойко Митич.

Вождь отвлёкся от разговора с фрекен де Эппле.

– Хау, господин майор, я рад приветствовать вас в своём клубе. Можно я передам привет от вас майору Цисаржу?

Носатый бонза полез под стойку, доставать трёхлитровую пластиковую бутыль с холодным тёмным пивом.

– Это нам на посошок вручаете?