И все же когда накануне вечером он застал ее одну в безлюдном переходе челнока и молча протянул золотое кольцо, его сердце билось как у школьника на первом свидании. Он не знал, каким будет ее ответ. Может быть, он слишком торопит события? Любит ли она его так же сильно, как он ее? Несколько секунд, показавшихся ему бесконечностью, кольцо в его руке, словно в невесомости, парило в воздухе, и в нем отражался свет Луны. А потом она сказала «да» – без слов, лишь улыбкой и слезами.

Он блаженно улыбался своим воспоминаниям, когда устройство связи заговорило деловитым голосом Дженнифер:

– Отпускаю захват. Один, два, три. Все готово. Повторяю, все готово к пружинному пуску. Джек?

– Провожу визуальную проверку, – откликнулся он. – Подтверждаю.

– Показания приборов в норме, – проговорил находившийся за пультом управления командир полета полковник Дарем. – Все огоньки мигают зеленым. Вывожу груз через десять секунд. Десять… восемь… семь…

Время замедлило свой ход. Другие члены экипажа, находившиеся под спутником, как и было запланировано, потянулись к челноку. С разводным ключом в руке, он так же стал перебирать руками канат, подтягивая себя к боковому шлюзу. Они отрабатывали операцию по выводу спутника не меньше сотни раз.

Плывя к «Атлантису», он представлял тело Дженнифер и думал о том, как бы это было – любить ее прямо здесь, на виду у всей Земли. Вот это была бы первая брачная ночь!

– …Шесть… пять… четыре…

Размечтавшись, он слишком поздно заметил ошибку. Одна из мачт, произведенных на заводе «Дженерал дайнэмикс», отошла не полностью. Он видел, как спутник переместился на несколько градусов по направлению к правому борту. О господи! Чтобы доложить об отклонении от плана, ему понадобилась всего одна секунда. Ровно на одну секунду позже, чем было нужно.

– …Три… два…

– Прекратите вывод спутника! – неистово закричал он.

– …Один…

Он видел, как сработал механизм пружинного запуска, выбросив спутник вверх. Пружины были разработаны таким образом, чтобы катапультировать космический объект на заранее рассчитанную орбиту, но из-за того, что одна из мачт не сработала, вся система дала сбой.

Все остальное происходило как в кошмарном сне.

Пятитонный спутник ударился в люк правого борта, и одна из солнечных батарей разлетелась вдребезги, врезавшись в обшивку челнока. Люк беззвучно выгнулся внутрь, сотни керамических плиток, отбитых от корпуса челнока, разлетелись в разные стороны, как игральные карты, уносимые ветром.

«Спартак» со сломанным крылом понесся в космос, устремившись к какой-то никому не известной орбите.

Когда спутник пролетал над ними, внутри его что-то вспыхнуло. Нагрузка на систему осевого наведения оказалась непомерной, и ее панель взорвалась.

Мертвый «Спартак» уплывал в открытый космос.

Несколько часов спустя он очнулся в среднем отсеке – пристегнутый к креслу и облаченный в спасательный скафандр. Чуть дальше, в кабине управления, пилот и командир экипажа, связавшись с НАСА, рассказывали о случившемся. Поврежденный люк удалось отремонтировать, но потеря большого числа защитных термостойких плиток делала возвращение на Землю рискованным.

План был таков: проникнуть как можно глубже в плотные слои атмосферы, а затем, если что-то пойдет не так, катапультироваться. Проблема состояла в том, что новая система спасения, установленная на корабле после трагедии с «Челленджером», еще даже не прошла испытаний, и никто не знал, как она поведет себя в экстремальной ситуации.

В коммуникаторе были слышны несколько голосов, шептавших молитвы.

Дженнифер сидела рядом с ним, в кресле астронавта-ученого. Когда он попытался успокоить ее, собственный голос показался ему чужим и далеким.

– Мы прорвемся, Джен. Иначе и быть не может. У нас ведь еще свадьба впереди.

Она кивнула со слабой улыбкой, но ничего не сказала. Ее лицо за прозрачным щитком шлема было белым как мел.

Он взглянул в другую сторону. Остальные астронавты также сидели в креслах – с напряженными спинами, вцепившись побелевшими пальцами в ручки. В кабине управления находились только пилот и командир. Командир потребовал, чтобы прочие члены экипажа находились в среднем отсеке, как можно ближе к люку экстренной эвакуации.