И еще: клинок был очень сильным. Я чувствовал его мощь даже через ножны – что-то присутствовало в моем сознании и шептало слова голода, хотело убивать, и ему было абсолютно наплевать, чью жизнь отнять; таков дракон, охваченный яростью битвы, так бессердечен хорошо выпивший тсер; так холоден орка, заключающий сделку.

Я ненавидел этот клинок.

Мне приходилось и раньше пользоваться оружием Морганти, но мне оно никогда не нравилось, и я всегда крайне неохотно оставался рядом с ним. Однажды мне пришлось войти в комнату, где было собрано множество таких клинков; до сих пор меня изредка посещают жуткие сны, связанные с тем днем. Я взял с собой кинжал только потому, что боялся наблюдения дженойнов – если бы я оставил оружие, они могли бы не отпустить меня к Вирре. Сейчас я в нем не нуждался, но не мог просто взять и отбросить его в угол. Я мысленно проклял клинок и пожелал, чтобы он и все его собратья бесследно исчезли с лица земли.

Затем отвел взгляд от висящего на бедре клинка и посмотрел на Маролана и Алиру, у которых имелись некие общие свойства с ним; к счастью, они обладали также искупляющими достоинствами. Чтобы отвлечься, я принялся вновь изучать кандалы, цепи и место, где они прикреплялись к стене. Сладковато-горьковатый вкус воздуха напомнил мне о том, что не следует делать глубоких вдохов.

– Ты нахмурился, – заметил Маролан.

– Да, – не стал спорить я. – Но ты хмуришься более впечатляюще, впрочем, это дело практики.

Я встал рядом с ними на колени, чтобы осмотреть кандалы повнимательнее, рассчитывая, что если буду продолжать их изучать, то обязательно найду что-нибудь интересное. Раньше я носил плащ наемного убийцы, в котором находилось множество всяких приспособлений, в том числе и немного масла, помогающего снять кандалы. Однако я уже давно расстался со своим арсеналом.

– У тебя все равно ничего бы не получилось, или ты сломал бы ей руки,– утешил меня Лойош.

– Алира, ты не возражаешь, если я сломаю тебе руки? – осведомился я.

– Если нет другой возможности меня освободить, то не возражаю, – заявила она.

Не ожидал такого ответа, хотя следовало бы.

– Я согласен с Алирой, – добавил Маролан. Конечно, подумал я, хотя и оставил эту мысль при себе. Я не раз убивал людей, не изучая их предварительно с такой тщательностью. Кандалы прилегали к запястьям очень плотно, однако небольшой зазор между железом и кожей оставался.

– О чем ты думаешь, Влад? – спросил Маролан.

– Мои размышления затрагивают беспомощность как форму бытия и плен как выражение эстетических принципов.

– О чем ты думаешь, Влад? – терпеливо повторил Маролан.

Я пожал плечами.

– Меня интересует, сколько у нас осталось времени. Полагаю, дженойнам известно, что я вернулся. Однако я не заметил, чтобы они торопились. Эти ребята ведут себя совсем не так, как полагается тем, кто захватил важных пленников. И меня это сбивает с толку.

Маролан пожал плечами.

– Тебя когда-нибудь сажали в темницу?

– Да.

– Я имел в виду другое: попадал ли ты в плен не к властям Империи, а к частным лицам?

– Да, – повторил я и не стал ничего уточнять. Чтобы избежать не слишком приятных воспоминаний, я попытался осмыслить то, что мне поведала Богиня. Она сказала, что я смогу… Что ж, вполне возможно. Трудно спорить с Богиней.

Я продолжал изучить стену, цепи, кандалы и запястья; и, наверное, хмурое выражение не сходило с моего лица.

– У тебя есть идея, верно? – спросила Алира.

– Только не знаю, доставит ли она вам удовольствие, – проворчал я.

– Делай что нужно, – предложила она.

– Вам может быть больно.

– Делай что нужно, – повторил вслед за Алирой Маролан.

– Возможно, это опасно.

– Делай, – прорычала Алира.

– Вы можете погибнуть.

– Делай, – настаивал Маролан.

– Это может привести к уничтожению цивилизации в том виде, как мы ее знаем.

Алира бросила на меня презрительный взгляд. Я пожал плечами.

– Просто мне было интересно, как далеко вы способны зайти.

– Не тяни, – сердито повторил Маролан.

Не скрою, они произвели на меня впечатление. Едва ли я смогу вспомнить случай, когда Маролан и Алира сошлись во мнениях по какому-нибудь вопросу; ну как я могу с ними спорить?

– Если они оба согласились, босс, значит, идея дрянь.

– Скорее всего так и есть.

Я снял куртку. В комнате вдруг стало холодно. Маролан и Алира отвели глаза от моей обнаженной груди, что показалось мне забавным. Я вытащил из-за пояса нож и принялся отрезать тонкие полоски кожи от того, что еще совсем недавно называлось курткой, а теперь превратилось в источник материи. Забавно, как быстро меняется назначение вещей, не так ли?