– Нам нужна база по эту сторону гор Уферо, – начал Линан.

– Если мы захватим Даавис, у нас будет такая база, – беспечно предложил Гудон, и многие рассмеялись.

– Наша армия состоит из кавалерии, – продолжал Линан. – У нас нет ни людей, ни средств для штурма города.

– Ты предлагаешь построить такую базу в Хьюме? – поинтересовался Эйджер, противясь искушению добавить, что для этого у четтов также нет средств.

– Нам нужно нечто более безопасное, более долговременное, – ответил Линан.

– Тогда что именно ты предлагаешь? – в свою очередь поторопил его Эйджер.

– Ты сказал, что у нас есть два варианта. – Линан улыбнулся ему. – Либо двигаемся на юг, либо двигаемся на запад. А есть еще и третий.

Эйджер с миг непонимающе смотрел на Линана – а затем замер от удивления. Ответ был настолько очевидным, что он ощутил себя полным болваном, что не додумался до него раньше. И увидел по лицу Кориганы, что она тоже поняла.

– Хаксус, – произнес Эйджер.

– Да. Мы разбили его армию. Захватили в плен его короля. Хаксус открыт для нас… если мы двинемся туда достаточно быстро.

– Нам нужно только войти и взять его! – провозгласил Эйнон. – Все королевство падет к нашим ногам из-за единственной битвы!

Линан покачал головой.

– Королевство не падет из-за потери короля, – сурово сказал он. – Гренда-Лир за одну весну потеряла мою мать Ашарну и моего брата Берейму, но тем не менее выжила. Однако в Хаксусе у нас больше шансов, чем на юге, в Хьюме. Возможно, из Кендры прямо сейчас движется на север еще одна армия, готовая присоединиться к уже стоящей в провинции. Гренде-Лир есть откуда почерпнуть новые силы. У нее огромные ресурсы.

– В отличие от Хаксуса, – закончил Эйджер.

– К тому же у Хаксуса есть войска, опыт и саперы, которые понадобятся нам для осады крупнейших городов Гренды-Лир.

– Таких, как Даавис, – предположил один вождь, улыбаясь, как возбужденный ребенок.

– Таких, как Даавис, – согласился Линан. – И как Спарро и Пилла, а в один прекрасный день – сама Кендра.

– А он честолюбив, этот ваш принц, – отметила Подытоживающая.

– Нельзя проявить большего честолюбия, чем возжелать престол Гренды-Лир, – согласилась Дженроза.

Она сидела рядом с кругом, нарисованным на темно-коричневой земле Хьюма. «Хорошая земля», – подумалось ей. Почва здесь напоминала землю деревни, в которой родилась Дженроза. Охваченная внезапным приступом жалости к себе, она пожалела о том, что вообще когда-то покинула деревню, но почти сразу же мысленно обругала себя. Она ненавидела свое детство, мать, отупевшую от постоянного пьянства; не то умершего, не то сбежавшего отца. Лучшее, что могло ее ждать – это закончить свои дни женой какого-нибудь фермера.

В некоторых отношениях, подумала Дженроза, такая судьба была бы предпочтительней, чем та, которая выпала на ее долю. Она была изгнана из Кендры – города, который всегда считала своим домом, и потеряла Камаля – единственного мужчину, которого когда-либо по-настоящему любила. В довершение всего она боялась, что маги четтов стали видеть в ней Правдоречицу – великого мага, который появляется раз в два-три поколения. Единственное, о чем мечтала Дженроза, так это о тихой жизни, при которой она могла бы применять свои скромные, как она некогда считала, способности для получения равно скромного дохода. Она хотела вести тихую и удобную жизнь, которую не затрагивали бы волнения и тревоги внешнего мира.

А потом появился Линан. Сначала она связала свою судьбу с ним по необходимости, а потом из-за искренней привязанности. Недолгое время их было четверо – Линан, Дженроза, Камаль и Эйджер, – и хотя тогда жизнь была полна опасностей, простая цель – выжить – связала их прочными узами. Но сейчас один из них погиб, все время Эйджера занимал целый клан, а Линан…

Дженроза вздрогнула.

Линан стал чем-то большим и, наверное, чем-то меньшим, нежели человек, – и виновата в этом была она. Она спасла его жизнь, дав ему кровь вампирши Силоны, и, сделав это, изменила судьбу целого континента. Дженроза гадала, следует ли ей гордиться тем, чего она, обыкновенная ученица-магичка из Теургии Звезд, сумела достичь. Но вместо гордости она ощущала только парализующий ужас, который в сочетании с горем от потери Камаля заставлял ее чувствовать себя впавшей в летаргию и неспособной что-либо понять.

– Я не это имела в виду, – спустя какое-то время сказала Подытоживающая.

Она сидела с противоположной стороны круга, начерченного Дженрозой на земле.

Дженроза подняла на нее взгляд.

– Ты говоришь о вторжении в Хаксус?

Подытоживающая кивнула.

– Если Линан захватит и Хаксус, и трон сестры, он станет первым правителем всего континента Тиир.

– Это так важно?

Подытоживающая не ответила, а вместо этого принялась взывать к земле. Дженроза автоматически присоединилась к ней. Их голоса слились. Казалось, они плетут путь в окружающем их воз-Духе. Между ними на мгновение закружился смерч – а потом исчез. Дженроза сморгнула пыль и посмотрела на круг. В пыли появился намек на слова… растворился и появился вновь.