Нет, не смелость, уверенность. Она не была уверена, что ее план сработает, а от него так много зависело. Будущее Намойи, ее будущее. Будущее Ривальда в Новой Земле.

Господин заворочался на кровати. Квенион шагнула к нему, движимая жалостью. Подойдя к кровати, она посмотрела на Кевлерена. Сердце в груди заныло.

Девушка бросила взгляд на Боруну и испытала похожие чувства.

Но жертва просто необходима. Смерть служанки мало кого тронет, но может принести радость и облегчение ее народу.

Квенион было трудно решиться. Однако большая часть работы уже проделана, отступать поздно… Она – Избранная, а Избранная не может пренебрегать своими обязанностями по отношению к господину.

Девушка присела на корточки возле кровати. Намойя потянулся и зевнул. Действие зелья подходило к концу, но Кевлерен все еще находился в полусне, в мире, где мечты обретают формы и цвет, где разум сполна отдается самым страстным желаниям, не отдавая себе в этом отчета.

– Мой господин, – прошептала Квенион ему на ухо. – Я пришла, как вы просили. Все готово…

Она коснулась его лба.

– Я готова к жертве.

– Не-е-ет, – простонал в ответ Намойя, все еще находясь в мире иллюзий, в который вторгся голос Квенион. – Только не это!..

– Я готова, – продолжала нашептывать ему девушка, поцеловав бровь над пустой глазницей. – Я люблю вас больше собственной жизни.

– А, Квенион, – мягко произнес Намойя. Голос его звучал так, будто доносился издалека.

Интересно, что видит принц в своих мечтах, подумала девушка, но тут же залилась краской, осознав, что он назвал ее имя, а не Тендж, своей первой Избранной.

Она полностью заняла ее место в его сердце.

– Я не могу жить с вами так, как сейчас, ваше вел… Квенион оборвала себя на полуслове, испугавшись, что, сказав «ваше величество», она вернет Намойю к действительности.

– Ваше высочество, мне нет жизни, если ваша жизнь – лишь одно название…

– Не-е-ет…

– Я готова.

Квенион затаила дыхание, надеясь, что он поверит в эту ложь.

– Как договорились. Время пришло. Вы нужны Ривальду. Вы нужны вашей семье. Исцелите себя. Используйте Сефид.

– Нет. – Голос стал громче и увереннее. – Нет!..

Квенион взяла его руку и положила на теплую шею Боруны.

– Я люблю вас, ваше высочество. Я не могу жить, если вы останетесь таким. Разрешите мне доказать вам свою любовь и преданность…

Намойя затряс головой. Его левая рука запуталась в простынях, а правую принц стремился отнять от шеи девушки. В это время Боруна застонала. Сейчас, приказала себе Квенион.

– Сейчас, – громко повторила Избранная. Ради спасения Намойи…

– Сделайте это!..

Она взяла его правую руку и нащупала под ногтем маленькую иголочку.

– Обладайте, мой господин!..

Квенион воткнула иголку в яремную вену Боруны. На острие появилась капелька крови.

Когда девушка вынула иглу, капля превратилась в тонкий красный ручеек, который становился все обильнее.

– Да, – простонал Намойя. – Сейчас…

По спине Квенион пробежали мурашки. Дыхание превратилось в морозное облачко.

Сначала Велан даже не заметил, каким холодным стал воздух в комнате.

– Если я все правильно рассудил, – пробормотал он себе под нос в полной темноте, – то шансы мои здесь, в Новой Земле, гораздо лучше, чем дома, в Ривальде…

Лаймок начал загибать пальцы. Мизинец.

– Во-первых, вероятность выжить в борьбе с хамилайской армией меньше, значительно меньше, чем в маленькой войне Намойи…

Он подумал немного и загнул безымянный палец.

– Во-вторых, даже если бы я выжил в войне с хамилайцами, то мой пост в оккупированной стране не был бы достаточно значим…

Велан прислушался к звукам собственного голоса. Убедительно.

– В-третьих, мои шансы на блестящую карьеру в Сайенне крайне высоки… В-четвертых, я буду третьим по значимости человеком в колонии после Намойи и Квенион…

Он помахал большим пальцем, пытаясь придумать, что бы поставить пятым, но не нашел ничего лучшего, как громко заявить в пространство, что в Новой Земле теплее.

Велан уже почти убедил себя в том, что все складывается как нельзя лучше, как вдруг подскочил будто ошпаренный, свалившись с кровати.