— Привет, дорогие наши Боги и Богини с Площади Пяти Лун, если кто-то еще не в курсе то меня зовут Амэ фон Штэтэрн, вместе с моим братом Аки мы являемся единоличными правителями мира Заоблачной Крепости, а также Повелителями мертвой армии Кирита.

— Мы готовы, господа фон Штэтэрн, вы можете начинать, — сухо ответил Магрогориан на это приветствие.

— Ну вот и хорошо, — Аки ответив, поднял руку в перчатке и достал из складок своего плаща черную книгу на которой бы нарисован серебряный скелет. Книга распахнулась хотя Аки даже не касался ее. Книга мертвецов — это гримуар, который Аки написал сам, он считается единоличным создателем этой книги смерти и перерождения. В воздухе же вокруг черепа который держал Амэ стали появлятся спиралевидные письмена лилового цвета, это темная магия. — Итак, вот вам наши графики загрузки, — Аки провел пальцем в воздухе, и на магической панели, зависшей перед столом, отобразились сотни тысяч пустых строчек, напротив каждой стоял значок обозначающий мир, где располагался магический источник, и подписи, вероятно обозначающие название самого источника. Салидин пробежал глазами таблицу и в строке Эшфер обнаружил два источника, один из них отображался под названием «Сердце Пустыни», вероятно Волшебник Измерения рассказал верховным некромантам о нем, и они решили и его внести в список, однако Салидин быстро перевел взгляд, чтобы не акцентировать внимание Арионетты и Магрогориана на этом.

— Мы определили максимально возможный порог заполняемости каждого источника, и исходя из этого, получили общую потребность в магии, это количество чистой магии Кирита будет закачано в каждый отображаемый источник, понятно? — поинтересовался рыжеволосый некромант и ухмыльнулся.

— Куда яснее, — спокойно парировала Арионетта.

— Тогда запускаем загрузку, братец? — спросил Амэ, обращаясь к Аки и тот кивнул, страницы книги начали беспорядочно перелистываться пока наконец не остановились на нужной, в воздухе перед глазами Аки возникла пентаграмма, внутри которой было что-то, похожее на замочную скважину, Аки снял перчатку с руки, кожа была белой, а пальцы худыми, с черными ногтями, он просунул внутрь пентаграммы руку и сделал вращательное движение, а тем временем письмена, зависшие над черепом, который держал Амэ, стали кольцами опускаться на него и вращаться.

Вдоль пустой полосы побежала серебряная, заполняя собой пустое пространство, а под каждой строкой стали высвечиваться проценты заполнения. Арионетта с Магрогорианом внимательно следили за процессом, а Салидину все это казалось каким-то фарсом. «Зачем некроманты решили сделать из этого показательный процесс? Чего они добиваются?»

В отличие от своего брата, Амэ не скрывал своих эмоций, точнее наоборот, у него их было словно на них обоих.

— И судя по улыбке на его лице, это не просто демонстрация честности… — прошептал Салидин на ухо Магрогориану.

— А чего же?

Салидин думал, пока наконец не понял, что все это время отвлекало его от графиков и бегущих заполняющихся строк, пейзаж за окном… это не штормовая комната Кирита, которую он видел раньше на верхушке пирамиды во снах. Нет, наоборот, эта комната находится практически у основания пирамиды Кирит… потому что из окон штормовой комнаты всегда виднелись черно-синие грозовые тучи, рассекаемые белыми молниями. А из этого тронного зала Салидин видел совершенно другую картину. Он, наконец, понял… чему так радостно ухмылялся некромант. Из этого широкого окна было прекрасно видно землю… вокруг пирамиды… и глаз Салидина в обозримом поле видимости увидел то, что некроманты хотели показать. Он закашлялся потому, что почувствовал давящий приступ тошноты.

— Превос… превосходства, это демонстрация превосходства. Взгляните за их спины в то окно…

И Король Богов увидел… мертвую армию… сотни и тысячи мертвецов с перекошенными лицами и скелетов с горящими лиловыми глазами… их было так много, что все вокруг сливалось в темную пелену, кишащую лиловыми огоньками, а из земли продолжали лезть и лезть орды мертвецов… все как будто чувствовали, их Повелитель уже близко…

4.

После окончания мероприятия Салидин незамедлительно отправился в мир Ина, это был древний и брошенный Богами мир, в котором оказывается последние открыли настоящий полигон для генетических испытаний.

— Совсем скоро все изменится… а я так и не смог измениться, нужно было сказать ей все еще тогда. Я не оправдываюсь, говоря, что во сне мне было бы легче сказать ей все. Но когда она пробудится, то весь груз боли, вины, отчаянья и ответственности за прошлое и будущее вновь ляжет на ее плечи, сон защищал ее, вот почему она все это время была рядом… как бы я хотел, Эльреба, чтобы ты меня просила. Как бы я хотел вернуться назад и сказать, что был не прав… и все исправить…

Салидин стоял на вершине горы, мир Ина был холодным миром, шел косой снег, снежинки падали медленно, и падали на лицо Короля асуров, странным было то, что небо было почти чистым, косые солнечные лучи били в глаза. Этот мир был странным и Салидин вообще не понимал, зачем Магрогориан настоял на том, чтобы он Салидин сюда приехал.

— А вы похожи на Короля, который бесконечно сожалеет о своей жизни и о том, что он стал Королем, — на гору поднималась девушка со звонким голосом. Белыми волосами с редкими синими прядями, белой кожей, одета она была в белый приталенный камзол и брюки. Единственное, что ее выделяло — ярко оранжевые глаза с узким зрачком. Она была очень умна, проницательна и все же она была генетическим творением Магрогориана и Арионетты.

— Криорис, прошу тебя возвращайся в командный центр, я скоро вернусь.

— Вы выглядите усталым. С кем вы сейчас разговаривали?

— С тем, с кем бы очень хотел поговорить, как сейчас с тобой, но это невозможно. Где, кстати, Джэйдан?

— На полигоне, в последнее время он увеличил число тренировок, так что он готов сражаться.

— Но ни один из вас даже не знает кто ваш враг? Вас просто настроили сражаться против Короля Драконов, но хоть кто-нибудь говорил вам, почему вы должны это делать?

— Нет, мы ничего подобного не слышали от господина Магрогориана и госпожи Арионетты… нас обучили сражаться, это главное.