— Принцесса… — я изумилась и бросилась к Кею. Она улыбнулась и подала мне руку.

— Прости, Рио. Просто Кей иногда меня раздражает… но думаю он изменится. Обязательно. Рио, и тебе придется однажды выбирать между любовью и желанием свободы и думаю ты станешь намного сильнее, чем Кей. Я в это верю, что у тебя хватит сил на вас двоих. Твой отец гордился бы тобой, однажды ты узнаешь всю правду о нем и о его прошлом. Моя миссия на этом подходит к концу. Монахи подготовили церемонию прощания с твоей подругой, ты должна идти…

Принцесса обняла меня, и я ощутила запах цветов исходивший от нее.

— Спасибо вам.

— Мне жаль, Рио, что невинные люди в том числе и твоя подруга стали жертвами этого бала смерти, но… не в моих силах было это остановить. А теперь иди.

Кей кивнул. Наверно он захочет допросить принцессу, а потом арестовать. Монах у лестницы все еще ждал меня. Я не спеша двинулась к нему. Нельзя их оставлять, но я шла будто завороженная, мысли разбредались. Пройдя площадку, я остановилась, глядя на улыбающегося монаха. До меня донеслись обрывки разговора Кея и принцессы:

— Принцесса, я должен сопроводить вас в Королевскую башню. Допросить, и заточить под стражу…

— О, нет… нет… доблестный Кей… Тебе сейчас нужно бросаться спасать своего Короля… А я свою роль уже сыграла. Прости, Кей, но я не хочу выходить замуж за Артура, и рожать ему нового Короля… думаю такая участь мне противна… поэтому прости уж, но… здесь нам придется расстаться… не потеряй себя, Кей… — я обернулась… где-то на уровне подсознания я уловила, что сейчас произойдет нечто ужасное… я дернулась вперед, но монах схватил меня за руку.

— Принцесса!!!! — Кей отпрыгнул от нее. Оранжевый кристалл на ее груди, такой же как и у монахов, раскололся и из него полились живые языки пламени. В поглощающем пламени я увидела ее улыбку… почему она так счастлива?

Голову пронзила боль, я закричала, не помня себя и упала на колени, перед глазами все еще пылал ее отдаленный силуэт…

Рубеж отчаянья

Я была в шоке. Я пребывала в состоянии какой-то прострации… Перед глазами все еще стояла принцесса Артурия. Красивая, статная в длинном платье и сгорающая… огонь поглощал ее хрупкое тело.

В длинном зале прощаний или залах огненных ритуалов в пламени монахи сжигали тела умерших на круглом постаменте. Тело Анны, завернутое в белый саван, лежало на постаменте. Флэнниган и ее офицеры стояли по правую сторону от трех монахов принимающих участие в церемонии. Пока монахи танцевали погребальную церемонию и отдавали дань Богам, родителей Анны привел Такаси. Он был бледный и подавленный. С ней так же пришли попрощаться некоторые из разведчиков, с которыми она дружила. Анна была хорошей. Она умудрилась общаться даже со мной, что весьма сложновато. Саван был обложен вокруг цветами, принесёнными из садов, которые росли и в Храме Артурия. Монахи вели себя так, будто ничего не произошло. И их принцесса не сожгла себя заживо. Но она сделала это… у нас с Кеем на глазах.

Алекс, пришедший со всеми, сразу понял, что произошло нечто ужасное, по моему отстранённому и блуждающему виду. Меня переполняло отчаянье, ни с чем не сравнимое. Я утратила Анну, единственную подругу. Я потеряла Кея — любимого, которого считала самым близким и верным. И я потеряла принцессу, последнюю опору в городе, в котором уже не могла спокойно уснуть. В городе, где поселилась тьма. Я точно знала, что когда монах уводил меня с обзорной площадки, к Кею подоспели еще четверо Рыцарей, думаю и сам Артур сейчас там, хотелось бы на него взглянуть. Испытывает ли он боль? И чувствует ли он ответственность за смерть принцессы Артурии?

В своем отчаянии она достигла точки не возврата. Ее отчаянье переросло в решимость. Как? Как ей удалось так истинно верить в свои слова и противостоять Артуру до самого последнего мига, считая… последним рубежом этого противостояния — собственное самоубийство. Нет, убийств никогда не случалось в городе за его не многолетнюю историю, но самоубийство вызовет ужасающий резонанс, если только об этом станет известно. Хотя я уверена, Артур сделает все, чтобы это скрыть. Хотя это будет не просто. И меня он теперь в покое не оставит однозначно.

Три монаха закончили свой танец и чтение сутр, после чего разошлись по трем сторонам от постамента, амулеты на их шеях горели алым светом. Они подняли руки вверх и огонь из их амулетов стал выливаться также, как из амулета принцессы. Потоки пламени, монахи могли ими управлять. Наверное, этот огонь — расплавленный альфа-октаний. Когда языки пламени коснулись савана, голова разболелась, вид огня стал не выносим, я понимала, что падаю. Рука Алекса скользнула мне на талию, и я почувствовала, что он меня держит.