— «Будь ты проклят! — зарычал я — что тебе еще надо?! Я ведь сделаю с ней тоже, что и ты!»

— «О нет, мой наивный друг, — он развалился на стуле и допив стакан, поставил его на стол, — ты всего лишь займешься с ней любовью, а я собираюсь именно отодрать её, как последнюю шлюху. За пять лет она поди соскучилась по мужскому органу, так что я сполна хочу вознаградить её за длительное воздержание!».

Кровь прилила к голове, вызвав пелену бешенства, я ничего не мог сделать.

— «Что ты хочешь?!»

— «О, Анри, вот это уже серьезный разговор! — обрадовался он, — мне честно говоря до чертиков надоело жить твоей тенью, поэтому сейчас самое лучшее время и место пересмотреть наш маленький договор».

Я едва слышал его, сердце бухало в груди, а пелена ненависти перед глазами заставляла меня броситься на него и сжать его горло в своих руках.

— «Ну что же ты такой ранимый, — засмеялся он, конечно же он знал все мои мысли, как и я его, — не волнуйся, я всего лишь хочу все твои ночи».

— «Это как?! — глухо спросил я его».

— «Теперь каждую ночь, если я этого захочу, я буду брать наше тело и путешествовать куда захочу, но конечно же, утром ты проснешься опять в своей кроватке, — он задумался и хитро прищурился, — или не совсем в своей, это как получиться».

Слово «нет» пыталось вырваться у меня из груди, но я засунул его глубже, это чертова скотина сейчас приставил к моей груди клинок и шанса на победу не было.

— «Обещаешь не причинять вред тем, кого я знаю или к кому хорошо отношусь? — спросил я его».

Он от удивления едва не упал с раскачиваемого стула.

— «Слушай, — он внимательно посмотрел на меня, — да твоё безумие еще больше, чем даже я ожидал! Я решил всего лишь проверить, насколько ты дорожишь Оливией и той блудливой сучкой, насколько далеко готов пойти. Но даже я не ожидал, что все так запущено!»

— «Обещаешь больше не лезть в мои личные дела, если я не прошу об этом тебя напрямую?!».

— «Ха, Анри, да я за такую возможность научу тебя даже тому, чему бы ты доходил все эти годы в магии».

— «Обещаешь или нет! — пелена ненависти не сходила и я был готов на все, лишь бы защитить своих любимых и родных».

Он стал серьезным, взял в руку нож и полоснул себе по ладони, из разреза медленно показалась черная как ночь кровь, он передал мне нож и я сделал то же самое.

Ослепительная боль заполнила мое тело, когда наши руки соприкоснулись и я почувствовал как его кровь, смешивается с моей. Спустя мгновение все исчезло и боль, и кровь, и он сам.

— «Договор заключен, мой малыш, — довольно мурлыкнул он, — договор заключен».

— Тогда, пожалуйста, не мешай мне сейчас, — я поднялся и пошел в комнату Оливии.

Она не была заперта, поэтому войдя, я запер её за собой. Раздевшись донага, я подошел к кровати и посмотрел на неё, уже спящую на мокрой подушке и слегка всклокоченными волосами. Жалость не очень хорошее чувство, но именно оно сейчас двигало мной.

Я поднял одеяло и опустился на кровать, которая жалобно скрипнула под моим весом. Оливия легла скинув с себя все, видимо не было сил надеть сорочку, поскольку её платье лежало тут же рядом с кроватью. Я подвинулся ближе, чувствуя как мое естество под действием близости теплого девичьего тела и упругих округлостей под руками начинает просыпаться и упираться сзади в ткань её тонких штанишек. Я не делая резкие движения, чтобы она проснулась, просто разорвал их сзади и рукой подогнув её ноги, смочил слюной головку. Нащупав между её ног сухую, но податливую плоть, я вложил свой орган к ней между ног и сделал движение вперед. С первого раза у меня ничего не получилось, а вот когда за мой горячий орган взялась холодная, узкая ладонь и направила куда нужно, я плавно провалился вглубь, с наслаждением ощутив, как внутри все очень туго и узко.

— Я сплю? — раздался тихий голос.

— Да, — я сделал пару движений и стал целовать её шею и ушко, как назло вспомнились все уроки, преподнесённые принцем. Тело привычно стало делать то, чему его так долго учили — раздразнить женщину и заставить её таить в своих руках.

Принц, а также то несметное количество служанок и фрейлин, что прошли через мою постель и руки, оказались слишком хорошими учителями. Уже через пять минут тело Оливии отказало ей, она стонала и извивалась под моими ласками, стараясь сильнее вжаться, когда я входил в неё. Я не стал сдерживаться и выходить из неё, когда почувствовал приближение оргазма, лишь сильнее вжался в её упругий зад и все до последней капли излил ей внутрь. Её тело конвульсивно стало сжиматься и разжиматься, а потом замерло у меня в руках.

Мы лежали неподвижно, словно не веря в то, что произошло. Чувствуя её влажность и упругость, мой орган внутри неё несколько раз вздрогнул и почувствовав его, она сжала и разжала мышцы, вызвав опять прилив крови, которая заставила его снова шевелиться и набирать силу. Долгое воздержание в виду отсутствия всегда доступных служанок и полной нехватки свободного времени дало о себе знать, тело требовало еще.

— Я тебя люблю, — раздался тихий голос, чуть искаженный от того, что девушка стала подниматься и перебралась ко мне на грудь, чтобы сменить позу и сесть на меня сверху, чтобы самой управлять процессом.