ТОП-ТОП. Фото. Саша Шабанов, 10 класс, г. Челябинск

Мою маленькую сестренку зовут простои ласково — Иринка. Вот она сидит рядом, маленькая и круглая, как резиновый мяч, с торчащими желтыми косичками, похожими на колоски. А лицо у нее совсем как у куклы. Шелковые, точно вышитые гладью, брови, маленький курносый нос и полные губы бантиком. Вот только глаза, большие и серые, в длинных ресницах, совсем не похожи на глаза куклы, пустые и бессмысленные. У Иринки они с любопытством смотрят на мир, такой новый и интересный.

Теперь Иринке шесть. А когда ей было в два раза меньше, мне часто приходилось гулять с ней. Каждая прогулка — новое открытие. Ее интересует каждая мелочь.

Вот она подходит к маленькому деревцу, трогает свежие клейкие листочки и вдруг спрашивает:

— А кто весной листочки клеем намазывает?

Говоря по правде, я теряюсь. Но отвечаю, как могу. Она понимающе и огорченно кивает солнечной головкой, ей жалко, что листочки никто клеем не мажет, а это они сами такие. Мы идем дальше, и перед нами открывается мир, такой привычный для меня и такой новый и незнакомый для Иринки.

С возрастом вопросов становится все меньше, теперь она решает их сама.

Однажды, оторвав меня от телевизора, она отвела меня в сторону и сказала:

— Лид, ты кем будешь?

— Ты в сотый раз спрашиваешь! — рассердилась я.

— Ну, я думаю, журналисткой.

— Тогда зачем спрашиваешь?..

— Лид, ты когда большая будешь, напиши про Тамару.

— Про какую Тамару?

— Ну, знаешь, про ту, которая живет в третьем подъезде.

— А что про нее написать?

— А я скажу.

— Ну?

Иринка задумалась. Потерла пальцем кончик носа, на котором осталось красное пятнышко.

— Ты знаешь, она очень хорошая. Она учится в первом классе, у нее новый портфель, и она учится на одни пятерки.

— Молодец, так и ты у нас такая будешь, — вставила я.

— Нет, она хорошая.

— Так и ты у нас хорошая.

Опять задумалась.

— Нет, я не такая. Она вчера бабушку Настю через дорогу перевела, посадила на скамейку и сказала: «Отдыхайте, бабушка». А потом увидела, что Светка ревет, и отобрала у Борьки ее мячик. Она у нас во дворе всех мирит, потому что она добрая. Мы ее все-все любим. Она даже с нами играет, конечно, когда уроки сделает.

— Ага, понимаю, она твой идеал, — закончила я.

Брови Иринки быстро подскочили вверх:

— А что это?

— Ну, это значит, что ты на нее хочешь быть похожей.

Иринкино лицо посветлело. Поняла.

— Я обязательно будут такая. Правда?

И уж совсем наклонившись:

— Знаешь, она немножко на Ленина похожа, правда?

— Ну, это уж ты загнула.

— И ничего я не загнула. Она такая же добрая и маленьких не обижает. Она хорошая.

Давно спит сестренка, улыбаясь чему-то во сне. Ей хорошо и спокойно.

Растет Иринка. И пусть пока Ленин в ее представлении только добрый человек и не обижает маленьких, а Тамара — самая лучшая девочка на свете. Не в этом главное. Оно в том, что знает моя сестренка цену доброте и понимает, как хорошо быть добрым. А если добрым, значит, честным, трудолюбивым, смелым. Иринка понимает это, значит, вырастет такой. Я в этом уверена.

ЛИДА ЯРЦЕВА, 9 КЛАСС,

г. ЧЕЛЯБИНСК