И только Легонт тронулся с места, как на соседней аллее замелькали два чёрных силуэта. Неизвестные перебегали от одного надгробия к другому, замирали на несколько секунд и вновь пускались в бег, словно они на боевых учениях испытывают технику незаметного передвижения. Наверняка таинственные персоны не видят притаившегося беса, и он не повременил воспользоваться этим, изучая их.

—Назад!— услышал бес внезапный шёпот, и незнакомцы спрятались.

Правда, прятаться пришлось и ему самому, ведь по дорожке между могилами снова летел опасный Креститель, распространяя вокруг себя аромат ладана. Дышать им ни в коем случае нельзя, и Павлов зажал нос пыльной ладонью.

Казалось, будто Антипий следует за ним по пятам. Только что он проверял захоронения у западного забора кладбища, а теперь перекинулся сюда. Почему он не полетел на север или на восток, там ведь тоже великое множество склепов, памятников и прочих погребений? Почему выбрал именно этот путь?! Злость распирала Легонта, хотелось наброситься на это коварное привидение и как-нибудь ему навредить. Но он подавил в себе предательские мысли и продолжил прятаться у холодных камней, терпя ноющие раны. Если б не тот карлик, который стукнул по голове тяжёлой палкой, она бы сейчас соображала гораздо быстрее!..

Креститель довольно долго возился на этой аллее, задерживаясь у каждой могилки и по три раза одаривая её святым движением руки. Неведомые чёрные тени точно так же ждали его ухода и не шевелились. Жаль, у призраков нет чувства обоняния. Тогда бы смертоносный Антипий учуял этих оболтусов и сжёг бы, как того буйного коротышку с рогатиной.

Наконец, привидение уплыло за поворот и взялось за гробницы соседней аллеи. Легонт облегчённо выдохнул и немного расслабился. Тени тоже пришли в движение и продолжили пробираться дальше. Кем бы они ни были, но им явно здесь что-то нужно и это что-то поважнее парящего над старым кладбищем призрака. Когда они достигли склепа, за которым притаился бес, от них потянуло каким-то странно знакомым, но неприятным болотным запахом. А разглядев их покрытые шерстью руки и плечи, Легонт отбросил все прочие сомнения и удивился ещё сильнее. Это были черти, простые лесные отбросы, которых так презирали в экзархате. Но что они забыли на Михайловском кладбище? «Как это что, тоже пробуют раздобыть распятие Киотского»,— пропел внутренний голос, и Павлов вполне с ним согласился. Иначе и быть не может, чего ещё искать тут в такой час? Хотя...

—Арнокс, поди-ка сюды,— позвал один из чертей своего напарника и показал ему пронзённого серпом карлика.

—Скотина,— прошипел второй, оглядев мёртвое существо.— Неужели они его упустили???

—Говорил я не доверять бесенятам эту работку, снова всё провалят,— бурчала недовольная нечисть, одновременно выискивая среди камней и могил другие тела.— Они и в прошлый раз раньше времени действовать стали, и в этот вон тоже.

—А может, успели сцапать голубчика?— надеялся Арнокс на благоприятный исход, подбирая сражённого бесёнка.

—Где уж, скорее, это он их всех положил здесь. Вдобавок этот чудила в рясе вылез. Не нужно было нам соваться сюды раньше трёх ночи. Тогда уж и луна прячется, и Антип вместе с ней. Коль удачно б всё сложилось, они бы нам сообщили.

Черти настороженно огляделись, помолчали с минуту и продолжили осмотр. Легонт из своей засады никуда не вылезал. Уж очень удобное местечко он себе нашёл: и от Крестителя защищает, и этим болотным тварям ничего не видать.

—Не, ежели опрофанились бесенята, надо нам, Лунакс, того пленённого экзарховца кончать,— констатировал Арнокс, отшвыривая сухую ветку осины, под которой истлевала чья-то отрубленная рука.— О, гляди, гляди, чего нашёл!

—Не ори!..— прошипел напарник, озираясь на летающего где-то неподалеку священника.— И к могильным камням не прикасайся. Антип мог тут побывать и окрестить их.

—Ладно-ладно,— отмахнулся чёрт, указывая на гниющую лапу.— Поди, его ручонка-то. Значит, здесь он, милок наш, не успел уйти далече.

—Где ж тогда бесенята наши?— недоумевал Лунакс.— Эй, дайвельцы, есть кто живой? Выходите, Антип уже улетел, уже не опасно.

Через мгновенье карлики перестали маскироваться и выползли из своих временных укрытий, отряхиваясь от земли и пыли. Легонт насчитал их примерно штук семь, причём рост каждого казался ему сейчас до жути забавным. И как он не смог расправиться с ними?..

—Ну?— вопрошал Арнокс у дрожащего бесёнка.

—Мы не виноваты,— пропищало существо, прикрываясь зажатой в ладони палкой.— Он сильный и... на него не действует трава мухьян.

—Ты мне чё лапшу на уши вешаешь?— заговорил чёрт в блатной манере.— Ты чё пургу гонишь, а?! От этой травухи даже я косею, а она у вас тут везде разбросана.

—Но ведь на него не подействовала,— развёл руками карлик, и его товарищи дружно закивали, как китайские болванчики.

—Слушай ты,— резко схватил его нервный Лунакс, из-за чего коротышка завизжал словно мышь.— Ты за кого нас держишь, мразь безрогая?! Ты в который раз нам свинью подкладываешь! Ты слепой, что ли? Ты не видишь, что у этого беса ещё нет распятия, что оно до сих пор у призрака?!

—Погоди, погоди,— остановил его приятель.— Ты ж его так задушишь.

Лунакс бросил икающего от страха малыша на землю и сплюнул на случайную могилку. Другие бесенята хранили молчание, виновато опустив лысые серые головы. Некоторые из них бессмысленно ковырялись рогатиной в земле.

—Мы успели его ранить,— придя в себя, поведал главный карлик.— Я лично вмазал ему по башке, обязательно рога повредил, уверен просто.

—А это кто сделал?— указал Арнокс на отрубленную руку, всё так же лежащую на могильном холмике.