Тук, тук, тук...

Три метательных ножа, пролетели через поляну, и вонзились на треть лезвия, в повешенную на дерево деревянную мишень. Пинки радостно мяукнула, совершенно по детски подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши.

– хм, две "девятки" и "десятка"... очень даже неплохо.
– Протягиваю руку, и треплю довольную собой кошку по макушке.
– Убедила, сегодня остаюсь в монастыре. Покидаем ножи в мишень?

– мряу!
– "кошка-рабыня" сперва повисла у меня на шее, а через секунду побежала вынимать снаряды.

Облокотившись спиной о ствол дерева, скрещиваю руки на груди, и запрокинув голову, через прищуренные веки смотрю на синее небо, по которому плыли "пятна" белых и серых облаков. Ветер шелестел листвой, с соседней поляны доносились голоса учеников четвертого года, увлеченно избивающих друг друга в спаррингах.

"красота... я буду скучать по этому месту".

– мррр.
– Пинки ткнула меня в бок, привлекая к себе внимание, и протягивая метательные ножи рукоятями вперед.

– моя очередь?
– Получив в ответ кивок, принимаю снаряды и метаю их один за другим, почти не прицеливаясь.

Тук, тук, тук.

– две "десятки" и "восьмерка".
– Озвучиваю и без того очевидный результат.
– Идем на равнее.

Кошка снова убежала за ножами, а я вернулся в прежнюю позу, и продолжил созерцать небо.

Это был последний выходной перед нашим выпуском, и почти все мои одногодки, ушли в деревню что бы отметить завершение учебы. Почему же я не отправился с ними? Скорее всего потому, что за последние два года, три знакомых мне девушки, с которыми у нас было весьма тесное общение, куда-то уехали и как говорят слухи, скоро у них появятся дети. Вторая же причина заключается в том, что мне надоело чувствовать себя "добычей" для "охотниц", которые решили несколько необычным способом, поднять свой статус в обществе.

А ведь мои "братья" даже не задумываются, что у каждого из них, уже есть как минимум по одному ребенку, который растет где-то далеко...

"сам я тоже не слишком сильно задумывался о детях, находя в трактире очередную смазливую служанку".

– мряу.
– Прозвучало возмущенное восклицание от кошки, готовящейся метать ножи.

– я смотрю-смотрю.
– Для убедительности, даже "отлипаю" от дерева, на которое опирался.

Пинки напряглась, прицелилась, и на одном дыхании, один за другим, метнула все три снаряда.

Тук, тук, дзинь.

Третий нож ударился об рукоять первого, и упал в траву у мишени. Ушки "кошки-рабыни" обиженно прижались к голове, и она побрела собирать снаряды, даже не дожидаясь озвучивания результата.

"расстроилась... а ведь еще год назад, у нее была чуть ли не истерика, когда я предложил научиться метать ножи. Только условие, что если она за три броска сможет набрать не меньше двадцати пяти балов, я не пойду в выходной в деревню, заставило Пинки преодолеть себя".

Воспоминание о том, как кошка впадала в прострацию, беря в руки оружие, заставило меня непроизвольно поморщиться. От идеи научить ее драться в рукопашную, или хотя бы при помощи посоха, пришлось отказаться, так как от одной мысли о причинении умышленного вреда человеку, питомицу начинала бить крупная дрожь, и даже прямой приказ не мог этого изменить.

"м-да, раса фанатично верных и не способных причинить вред рабов... хотел бы я пожать горло тому, кто так поиздевался над их психикой".

В какой-то момент, у меня даже начало появляться чувство вины перед Пинки и ее сородичами, но к счастью, это не переросло во что-то большее. Прошлая жизнь, а точнее последняя пара десятков лет, научила принимать мир таким, какой он есть, а еще четко выполнять полученные приказы. Любая попытка освободить кошку, приведет к ее смерти от голода, от рук других людей... или же она сама себя убьет, решив что в чем-то провинилась, раз хозяин ее прогнал.

"что бы сказали борцы за права животных и людей из малоразвитых стран?".

Последняя мысль вызвала улыбку, ведь любая "малоразвитая" страна, из моей прошлой жизни, по технологическому прогрессу, на порядки превосходила нынешнюю империю.

Тук, тук, тук.

– "десять", "десять", "десять".
– Озвучиваю свой результат.

Пинки радуется и хлопает в ладоши, так как будто бы это она все три раза попала в центр мишени.

"последние дни, а после завтра начнется новый этап в жизни".

В прошлый раз, когда я сидел с парнями в трактире, мы размышляли, кого из нас куда отправят. По общему мнению, меня и еще троих лидеров других групп, пророчили в гвардию императора, а один индивид заявил, что его в качестве телохранителя, заберет в поместье родной отец. Даже не знаю, завидовать ему или сочувствовать?

Последний восьмой год начался с того, что учеников "школы меча", начали приучать к виду крови. Каждую группу по отдельности, выводили на закрытую площадку, где против нас выставляли обычных разбойников, убийц или грабителей, которым вручали оружие, и в случае победы, обещали отпустить на свободу.