Шрифт:
Наконец она его раздобыла! Наконец она получила возможность воздать по заслугам, по дерзким речам! Никому теперь не укрыться. Каждый! Каждый виновник предстанет пред ее гневом! Сами боги привели ее в дебри в назначенный час. Ну и пусть ворожея осталась лежать там, среди черных елей да могучих сосен. Сама виновата! К тому ж постояличиха сказывала, что она внучка Черной Кукобы… А впрочем, к утру оклемается. А темень, коли захочет, шептунами да травками исцелит.
Женщина снова украдкой поглядела в приоткрытую ладонь, где покоился папарать-цвет. Ей-то цветочек чародейный куда как нужнее. Она ведь темными силами не владеет, заговаривать не умеет. А поквитаться надобно!
Ай да диво – полыхает не хуже огня купальского! И как только такая мощь умещается в такой крохе?
Женщина радовалась и со всех ног спешила до хаты – поскорее схоронить находку, а там и в ход пустить, но вдруг ощутила, что что-то не так. На миг она прислушалась – лесную тишь разбивал только стук ее сердца, неожиданно сделавшийся слишком громким.
Что ж такое?
Женщина почуяла – наблюдают за ней. Она обернулась и чуть не грохнулась в обморок – два горящих желтых глаза глядело в упор.
Разум наказывал бежать прочь, но ужас точно намертво пригвоздил к земле.
В подтверждение страшной догадки из-за куста выплыл огромный рыжеватый волк. В приоткрытой пасти белели два ряда острых зубов, способных разорвать любую добычу на куски. Крепкие лапы, неспешно и неслышно переставляемые по мягкому мху, с легкостью обездвижили бы и взрослого лося.
Волколак!
Время словно загустело, облепило женщину плотным покрывалом, не давая двинуться, заставляя разглядывать гигантского зверя и осознавать всю его жуткую мощь.
Только не бежать! Только не бежать!
Зверь приближался.
Только не бежать!
Чудовищная пасть ощерилась, проронила угрожающий рык. Это стало для женщины последней каплей: ужас кнутом стеганул по спине – и ноги с небывалой скоростью понесли к деревне.
Только бы поспеть! Только бы не догнал!
Женщина петляла подобно зайцу. На своей памяти она никогда еще не бегала так быстро.
Такой огромный! Не может быть волк такого размера. Да и этот цвет шерсти… Волколак! Точно волколак!
Женщина, не чувствуя ни усталости, ни возраста, ведомая лишь ужасом, бежала и бежала, на зависть юнцам, на зависть подлеткам. И, хвала богам, умудрилась-таки добраться до крайних хат. Тут она резко лишилась сил и упала в траву. Сердце колотилось, отдаваясь в висках. В горле пересохло. Женщина с трудом оглянулась и поняла – волколак остался там, в лесу. По щекам побежали слезы.
Хвала богам, она осталась невредима! Хвала богам!
Вот только разжатая ладонь оказалась пуста.
Волколак так и не сумел утолить голод, что утроился в купальскую ночь, даже поздней сытной вечерей. Немолодая женщина пришлась бы кстати (хоть и суховата), но внезапно учуянный аромат приневолил стремглав нестись прочь, поджав рыжеватый хвост.
Тень в человечий рост скользнула подле мохнатой шкуры. Ни один лунный луч так и не сумел ее коснуться, словно сами боги наделили даром обходить стороной любой поток света. Тень на мгновенье замерла, узрев что-то в густой траве, затем наклонилась и подняла папарать-цвет. Он сиял ярче яхонта на солнце. Тонкие пальцы нежно погладили волшебные лепестки и спрятали в сумку.
Глава 3. Лихо, ведьмарка иль нечистики?
– Проснись, милая. Проснись… – позвал женский голос.
Милава с необычайным усилием открыла глаза, но яркий свет тут же заставил их сомкнуться. Под веками собрались слезы.
– Давай, родная, – просил нежный голос, вдруг почудившийся смутно знакомым.
Милава попробовала снова, на этот раз не зажмурилась, а быстро заморгала – это помогло малость попривыкнуть к болезненно хлещущим лучам. Но силуэт, стоящий против света, разглядеть никак не удавалось.
– Вот и умница-разумница.
Ворожее это что-то напомнило. Что-то из далекого минувшего. Она села и попыталась разглядеть силуэт, но свет не позволил.
– Кто ты?
– Нынче посланник воли богов, а прежде…
– Мама?! – изумилась девица.
– Так, я.
Милава не видела, но готова была поклясться даже седовласой Паляндрой: на родном лике, четкость которого в памяти несколько истерлась, заиграла улыбка.
– Но как это возможно?
– Нет часу объяснять. Неведомо, сумеем ли свидеться еще раз до того, как ты войдешь в Навье-княжество, потому запоминай.