Или у меня медленно едет крыша.

Спокойно, всё хорошо. Я знаю, о чем он говорил: погрузиться в танец, сосредоточиться на восприятии музыки, наполнить каждое движение смыслом. Ясно. Это просто.

НО Я ЧУВСТВОВАЛА НЕ ЭТО!!! В смысле было что-то еще. Нет, не надо! Пожалуйста.

Я чувствовала его.

Ну вот. Зачем? Зачем? Зачем ты об этом думаешь?

Танец. Нет, дело не в нём.

Хватит! Замужней девушке не пристало думать о ком-то кроме её мужа. Если подумать: умей Никита танцевать - ощущения были бы те же.

Ага!'

Час, другой.

'От мебели сегодня больше пользы, чем от меня!'

Время обеда.

'Теперь можно не притворяться, что я занята делом. Лучше пойду поем'

Два часа. Три.

'Когда уже конец рабочего дня?! Кого из сотрудников я вообще сегодня видела?!'

Плюс один час к тем бессмысленным, что уже прошли.

– Привет!
– Лана возникла как из воздуха, и напугала меня.

– Ой, привет. Как дела?
– У меня появился шанс отвлечься.

– У меня хорошо, а ты, похоже, совсем заработалась.
– Внимательно изучая меня, сказала Лана.

'Ухахахаха!!!'

– Я три раза уже мимо тебя пробегала. Махала тебе. А ты как на стену смотришь и никакой реакции.
– Упрекнула она.
– Что новый проект?

– Угу.
– Положила голову на стол и жалобно посмотрела на неё.

– О! Работой тут и не пахнет.
– Она оглянулась и заговорщицки прошептала.
– Я такую пекарню нашла. Выпечка там умопомрачительная. Так что вставай, пошли чай пить.

Кексы, купленные Ланной, оказались фантастически вкусными. Я успела забыть свои несвязные мысли и взбодриться.

Лана никогда и никому не лезла в душу. Поэтому с ней было очень легко. Видя, что человеку плохо она не кидалась на него с расспросами, а отвлекала его болтовней о пустяках, смешными рассказами из жизни или еще чем-то. Не зная сути проблемы, она всегда поддерживала и ободряла, просто, чтобы помочь в трудную минуту.

– Ребенок - несносное чудо. Она кстати снова перекрасилась. Теперь рыженькая.
– Засмеялась Лана.
– Такой естественный приятный оттенок, мне больше нравиться.

– Сколько ей? Четырнадцать?

– Да, в этом году четырнадцать будет.

– Переходный возраст - красота. Поиски себя начинаются.
– Улыбнулась я.

– О! Не напоминай.
– Вздохнула Лана.
– Знаешь, как она собирается? Около часа наряжается, потом подходит к зеркалу, кривиться и всё с начала. Уже опаздывает, но я смотрю опять побежала в комнату. Вчера три раза переодевалась и это не предел.

– Модница.
– Засмеялась я, наконец, оставив тревожные мысли и переживания. Спасибо Лане.

На занятии в этот день всё было по-старому. Мистер А. в своем любимом обличье айсберга, Санта - замкнутая и необщительная, Наташа - услужливая подлиза.

'Похоже, ей полегчало. Или уже созрел новый план?!'

Представители мужской половины группы общались исключительно между собой, поэтому я даже по именам их не помнила. Поначалу такая позиция, кажется странной, но на деле является примером профессионализма. Цель занятий не в общении, поиске отношений или развлечений. Это работа над своим мастерством. Только танец, ничего лишнего.

Во всем этом царстве отрешенности и льда был только один лучик теплоты, что вечно сиял в глазах Ребекки. Для меня остается загадкой, как возможно сохранять такой мягкий, добрый нрав. Какой-то вымирающий вид людей.

– Кто хочет пиццы?
– Весело пролепетала Ребекка, когда мы вернулись в раздевалку после занятия.

Как и ожидалось, Наташа даже не удосужилась ответить, просто собрала вещи и ушла.

– Даже не смотри. У меня свои планы.
– Удивительно мягко сказала Санта.

Ребекка сосредоточила свое внимание на мне. Она вытянула губки и скорчила такую жалобную мордашку, что отказать этому нежному созданию было преступлением. И я согласилась.

Мы вместе покинули комплекс и окунулись в свежесть ночи. В трех квартала от 'Атика' находилась круглосуточная пиццерия. Небольшое, светлое помещение вмещало всего 8 столов и маленький уголок из стойки и витрины, где размещались аппетитные кусочки готовых пицц. Заняты были только два столика: пара мужчин сонно потягивала пиво в углу, а компания из трех девушек и двух парней, у окна, оживленно что-то обсуждали, периодически взрываясь смехом. Относительная свобода от людей и какое-то подобие покоя. Мы заказали по паре кусочков пиццы разных видов и чайник зеленого чая. Заказ быстро принесли, и мы сразу накинулись на еду. Не самое удачное время для калорийной пиццы, но мы её заслужили.

– Я уже в ожидании завтрашнего занятия.
– Уплетая первый кусочек, сказала Ребекка.

– Не напоминай. У меня ноги как из свинца после тренировки. Сегодня опять была проверка на прочность.
– Разрезая свой кусок, пожаловалась я.
– А что нового будет завтра?

– Мы начнем постановки. Видела, как много всего придумал мистер А.?
– Восторженно сказала Ребекка.

Я задумалась и вопросительно посмотрела на неё.

– Он после каждой тренировки записывает что-нибудь новое. Все эти горы бумаги на пианино, помнишь? Это фигуры будущих танцев.
– Просияла она.