– Вы хотите сказать…

– Вячеслав Аркадьевич, я не знаю, как это выразить словами, но у меня все в порядке. Мне даже кажется, что я стала лучше видеть.

– А с мужем вы…

– Расстались.
– отрезала Светлана.

– Он вас отпустил?

– Отпустил.

– И не пытался остановить?
– поинтересовался Ангелов.

– Пытался.

– И вы?

– Ушла.
– уточнила Светлана.

– Ну, что же. Вы свободный человек и вправе поступать, как считаете нужным. Но ведь вы позвонили мне, значит у вас есть какие-то сомнения?

– Нет, у меня нет никаких сомнений, и именно это меня пугает. Час назад я не поверила бы, что смогу так поступить. Я позвонила не спрашивать совета, я позвонила попрощаться. Надеюсь, вы не обижаетесь на меня?

– Что вы, Света, за что мне на вас обижаться?
– отступил Ангелов.

– За то, что вы не сможете описать мой случай.

– Бог с вами, Света, это такие мелочи.

– Спасибо вам.

– Светлана! Светлана!
– затараторил Ангелов.

– Да, я здесь.

– Светлана, на всякий случай, если у вас будут сложности, звоните мне, не стесняйтесь, у меня в Москве роуминг. Можете просто набрать мой номер с любого телефона. Хотя, конечно… Как получится.

– До свидания, Вячеслав Аркадьевич.
– сказала Светлана.

Трубка заплакала длинными гудками, Ангелов смотрел на телефон и о чем-то думал. Внезапно он сделал резкое движение рукой, словно обжегся о догоревшую спичку, и нажал на клавишу отбоя.

– Так я окончательно разорюсь, - обиженно пробубнил человек, похожий на профессора.

* * *

За железной дверью послышалось шарканье, и после неопределенной возни, дверь поползла из камеры. На пороге стоял человек в форме, с полным отсутствием выражения на лице.

– Светлана Рубис? – спросил он, как будто ожидал несколько вариантов ответа на свой вопрос.

– Да, - ответила Светлана.

– На выход, с вещами.

“Слава богу”, - подумала Светлана. “С вещами”, почему-то успокоило ее.

Они двинулись по коридору в обратном направлении и миновали две зарешеченные двери, разделяющие коридор.

– Сюда, - сказал охранник и кивнул головой.

Вторая часть коридора была такой же зеленой и такой же длинной, с той лишь разницей, что ее не ограждала двойная железная дверь. Остановившись возле такого же облезлого прямоугольника металла, охранник постучал и потянул за ручку. Камера, в которой они оказались, отличалась от той, где уже была Светлана: стены были оклеены белым подобием обоев, в углу расположилось что-то вроде шкафа или шифоньера, здесь же находились диван, стол и пара стульев. За столом сидел мужчина лет сорока пяти – пятидесяти, изображавший из себя “спеца”. От него отдавало нафталином, но несмотря на это он бодрился и держался молодцом.

– Светлана Рубис, - сказал охранник из-за спины девушки.

– Хорошо, - произнес мужчина.
– Вы свободны. Присаживайтесь, Светлана Андреевна.

Светлана села на свободный стул, поставив сумку рядом.

– Ваше ФИО? – начал мужчина, заполняя бланк протокола.

– Опять?
– не поняла Света.

– Опять, - ответил мужчина, улыбаясь в усы.

– Меня уже допрашивали ваши коллеги.

– Извините за бюрократизм, такая у нас работа.

– А без бюрократизма нельзя?
– поинтересовалась Светлана.

– А вы хотите без протокола?

– Хочу.
– кивнула Светлана.

– Ну что же, давайте без протокола, - сказал опер, откладывая ручку. Меня зовут Павел Иванович, я майор госбезопасности и буду заниматься вашим делом.

– Каким делом?
– не поняла Светлана.
– Нет же никакого дела.

– Уже есть, дорогая Светлана Андреевна. И я бы не советовал играть со мной в игры.

– Какие игры?

– Кто вас послал?
– спросил опер вместо ответа..

– Куда?
– не поняла Светлана.

– Сюда.

– Сюда меня никто не посылал, меня сюда привез самодовольный молодой человек, уж не знаю, кем он вам приходится, сват или брат.

– Вас привез капитан государственной службы, по подозрению в пособничестве в совершении теракта на территории города Москвы. Сами понимаете, что просто так вам никто таких обвинений предъявлять не станет.
– повысил голос опер.

– Что вы говорите?
– иронично протянула Светлана.

Опер, явно не собирался разговаривать в подобном ключе. Он переменился в лице, глаза из щелок превратились в блюдца, усы вытянулись и стали подрагивать, как будто с них вот-вот должна была сорваться искра напряжения.

– Встать!!! – заревел он, наполняя помещение эхом.

Наверняка Светлана вскочила бы на ноги и затряслась, как осиновый лист, но, к своему удивлению она осталась сидеть на стуле и тихо спросила:

– Чё?

– Встать, когда с вами разговаривает офицер!

– А перед дамой сидеть офицеру не стыдно?

Лицо мужчины пошло пятнами, он рванул воротник и перекинулся через стол, говоря Светлане в лицо:

– Вы, моя дорогая не туда попали, чтобы вести себя так. Вы что о себе возомнили? Думаете, посидите здесь и всё? Отпустят? Нет, сюда не надолго не попадают. Это вы сейчас храбрая, а через два часа, я вас посажу в камеру, и, смею вас заверить, что вы там будете не одна. А завтра вы ко мне на пузе приползете.