– Да какая разница? Во всех. И наверное, мне пора.

– А ты куда?

– Не знаю, попробую спрятаться где-нибудь. Все, Максим, пока.

Светлана перескочила порожек каюты и услышала, как по металлическим ступенькам уже спускаются две мужчин.

Она побежала обратно, безуспешно дергая за ручки дверей. Наконец, поняв, что положение безвыходное, она решила встретится с идущими лицом к лицу, а не притворяться нашкодившей девчонкой. Светлана повернулась к лестнице, надела маску полного безразличия, и уже собралась вернуться в каюту, как вдруг обнаружила в стене створку шкафа. Дверь была, в отличие от других, деревянной и плотно подогнана с панелью, из-за чего и не привлекла внимания.

Быстро дернув за край одной створки, она, не раздумывая, скользнула в узкое помещение, где находился судовой инвентарь и, как могла, тихо закрыла дверцу. В следующую секунду девушка узнала голос матроса, но скоро он стих. Светлана осталась в тишине, которую нарушало только биение сердца. Так прошло несколько минут. В ее носу защекотало от пыли, Светлана несколько раз почесала переносицу, боясь чихнуть. Наконец, она услышала удаляющиеся голоса первого помощника и матроса. Они были недовольны, но, как показалось Светлане, не тащили на палубу Макса, и это был хороший знак. Осторожно отворив створку и выглянув в коридор, Светлана никого не обнаружила. Стараясь идти на цыпочках, она вышла из своего укрытия и подошла к двери кубрика. Оттуда раздавалась беззаботная песенка Максима, что-то в духе: "Уй, на, уй, на-на-ри". Светлана потянула за ручку и увидела все еще босого, жалкого, но совершенно спокойного Максима, который все так же сидел на корточках и тер щеткой пол.

– Тебя не выгнали?

Максим поднял глаза на Светлану:

– А должны были?

– Да нет, просто спрашиваю.

– Пока нет. Решили подождать капитана. Когда придем в порт тогда и решат.

– И когда мы туда придем?

– Часа через три.

– Хорошо.

– Подожди, Светлана, ты куда? Почему ты все время исчезаешь куда-то?

– Тут по коридору есть обалденное местечко, шкаф для швабры.

– Я уже знаю.

– Да?
– не поверила девушка.

– Мне сказали, что теперь это мое хозяйство. Послушай, Светлан, а у нас не нашлось приятнее легенды?

– Какой легенды?

– Ну, скажем, не матросом чтобы я плыл, а отдыхающим?

– Нет. У нас бюджетное финансирование. Ладно, если убедишь капитана, встретимся в шкафу.

– А если нет?

– Никаких нет, будь убедительнее. если не получится скажи ему пароль.

– Пароль? Я про пароль не помню.

– Ах, да, я совсем забыла, можешь сказать: “Папа будет разочарован”.

* * *

Светлана успела подумать, что кислый запах швабры прилипнет к ее одежде, но тут же заснула сном, насмерть замученного человека. Она несколько раз просыпалась, когда у нее затекала спина или шея, все больше слабея перед соблазном, лечь на грязный моток пенькового троса. Когда ее разбудил Максим, время перевалило обеденное.

– Светлана, скажи, - шептал парень, убирая с ее лица прядь волос.

– Что?
– бодая головой спросила девушка.

– Я говорю, в каком я звании? Должно же быть у меня звание.

– Лейтенант, кажется. Старшой, - ответила Светлана фразой из фильма.

– Старший лейтенант, - недовольно повторил Максим, - не густо. А точно ты не путаешь?

– Нет. Нам запретили интересоваться друг другом.

– Как это? Совсем?

– Абсолютно.

Светлана почувствовала слабую вибрацию в палубе и спросила:

– Мы плывем?

– Здесь говорят “идем”.

– Тебя приняли в команду?
– удивилась девушка.

– Ты так спрашиваешь, как будто ожидаешь несколько вариантов ответа.

– Так, ты говорил с капитаном? Что он сказал?

– Да ничего, как услышал пароль, словно язык проглотил.

– Не может быть.

– Я и говорю, что ты меня порой пугаешь. Или это могло не сработать?

– Нет, Максим, должно было сработать, но знаешь. Никогда нельзя быть уверенной на все сто процентов.

– Ты лучше скажи, кто нам общаться запретил? И почему мы с тобой ни разу этот запрет не нарушили.

– Начальство. и нет, впрочем…

– Что впрочем?

Светлана, почувствовавшая себя отдохнувшей, облокотилась на Максима, прищурила один глаз, пытаясь рассмотреть лицо парня, и сказала:

– Как-то раз мы разыгрывали молодоженов в “Савойе”, а там весь номер был забит жучками, так мы решили не рисковать.

– Ну-ка, ну-ка.

– В общем, оторвались по полной, как молодожены. Там еще кроме жучков камера была, а после того, как всех злодеев повязали, Николай - это техник наш, кассету размножил и в отделе раздал. Так что, если хочешь посмотреть на свою задницу, обращайся к сослуживцам.

– Максим на секунду замер, но вскоре без сожаления сказал:

– А, ладно, один черт я никого не помню.

– Это хорошо.

– Хорошо?
– удивился Максим.

– Да, хорошо. Порой мы с тобой в такой грязи валяемся, с таким дерьмом дело имеем, что ужасно хочется это все забыть. Только не получается, а вот ты умудрился. Повезло.

– А зачем же мы это делаем?

– Зачем? Да я и сама не знаю. Кто-то по инерции, кто-то за деньги, кто-то за романтику.

– А я?

– Ты? Ты, Максим, в армию очень идти не хотел.