— Ты у меня не спрашивал ничего, я и не говорила, так что я не врала, а не досказала, — отчеканила девушка, фыркнув. — К тому же, откуда мне было известно врет он или нет, он мог придумать все что угодно, вот я и не сказала ничего, ты и так был вне себя от ярости, я не хотела подливать масла в огонь лишний раз.

Занзас отстранился, все так и пылало в нем снести кому-нибудь голову, сколько можно уличать эту женщину во вранье. Босс машинально замахнулся рукой для удара, Анита прикрылась руками, зажмурив глаза. Но удара не последовало. Только шум возле неё, приоткрыв один глаз, она проверила обстановку, Занзас развалился на софе с другой стороны, судорожно массирую переносицу.

— Нет настроения тебя бить, — как будто оправдание было для самого себя, а не для неё.

— Может, хватит меня третировать? Я не мячик, воспитание в стиле кнута и пряника не для меня.

На всякий случай Анита вскочила с дивана, мало ли. Но мужчина лишь тяжело вздохнул.

Только сейчас брюнетка заметила, что они оказались в кабинете. Светлые тона, на столе бардак, совсем отличается от кабинета Занзаса. Бумаги с гербом Вонголы и подпись с именем Савада Тсунеши.

— Оу, кажется мы в кабинете Савады, — заметила Анита, перебирая документы.

Занзас нахмурился и, убрав руку, устремил взгляд вишневых очей на плавно передвигающуюся Аниту, с любопытством все разглядывающую. Глаза его загорелись похотливых огоньком, а на губах заиграла ехидная усмешка.

— Подойди сюда, — приказал он.

Анита обернулась, и надув губки, изогнула правую бровь в вопросе. Мужчина похлопал на обивке рядом с собой, брюнетка с опаской подошла чуть ближе, к двери, надавив на ручку, попыталась открыть её. Закрыто.

— Ты наказана, и выйдешь отсюда, только, когда искупишь свою вину, — довольным тоном заявил мафиози.

Анита обвела комнату взглядом и тихо рассмеялась, протестуя:

— Но это же кабинет Босса Вонголы.

— Меня лично возбуждают экзотические места.

— Но…

Анита снова попыталась возразить, но Занзасу надоело ждать, он резко притянул девушку за бедра, усадив к себе на колени лицом. Брюнетка поежилась, пытаясь встать, но руки мужчины крепко вцепились в её ягодицы.

— Твое искупление — доводишь 2 раза меня до оргазма и тогда твое вранье прощается.

Сердце Аниты забилось сильнее, она немного неуверенно наклонилась, нежно целуя его пересохшие губы. Занзас устроился удобнее, пристроив голову на спинке дивана. Анита подвинулась ближе, прижимаясь сильнее, целуя рискованнее, проникая языком в его ротик, проведя по его языку, что лениво отвечает на ласку. Немного дрожащими руками она медленно расстёгивает пуговицы бордовой рубашки и нежно проводит пальчиками по горячему торсу, покрытому шрамами. Её губы проводят дорожку к его уху, она страстно кусает за ушко и язычком ласкает раковину, Занзас поддается вперед, прижимаясь к ней вставшей плотью. Его глаза томно прикрываются, ощущения губ на его теле сводят с ума, её губы, будто дразня, медленно покрывают его лицо поцелуями, руки ласкают кожу головы, перебирая черные пряди, она спускается ниже, покрывая поцелуями теперь шею. Такое дурманящее ощущение. Совсем как от виски, когда она страстно посасывает смуглую кожу, оставляя засос. Её руки скользят с торса ниже, хаотично борются с застежкой брюк, и вот тоненькие пальчики ловко проскальзывают дальше, неуверенно дотрагиваясь по разбухшей плоти. Занзас, не выдерживая, издает глухой стон и обнимает её за шею, притягивая к себе и страстно целует, играя с её податливым языком. Сквозь поцелуй издает еще один стон, чувствуя, как её рука сжимает ствол и двигает по всему основанию, вызывая неописуемое наслаждение. Мужчина открывает затуманенные от возбуждения карие глаза и смотрит в её такие хитрые, вечно притворяющиеся невинными изумрудные, в которых постоянно играют чертики. Анита отрывается от его губ и снова кусает за ушко, сжимает головку члена, большим пальчикам лаская дырочку. Занзас больше не в силах это терпеть, рвет пуговицы на её рубашке, кусает шейку, лаская нежную кожу языком, руки спускаются на бедра и рвут тонкую материю трусиков. Незащищённые ягодицы теперь терпят грубую ласку. Занзас приподнимает её и насаживает на член. Анита вскрикивает, но, прикусив губы, терпит, было немного больно. Но Занзасу это как будто и нужно было, смотреть на её боль и наслаждение в одном флаконе. Мужчина грубо насаживает, крепко обнимая за спину, придавая нужный тон. Анита начинает двигаться сама, обнимая его за шею, целуя в лоб и макушку. Невыносимое наслаждение. Резкие, грубые толчки, с толикой нежности, которую они изредка позволяют друг другу. Совсем как их отношения. Своеобразный садо-мазохизм. Анита прикрывает глаза и утыкается подбородком в его макушку, продолжая извиваться на нем, словно змея, громко постанывая, наслаждаясь его глухим, хриплым стоном, его болезненной лаской, грубыми поглаживаниями. Еще совсем немного, и Занзас замирает, сильнее стискивая в своих объятьях. Анита кричит, прикусывая пальцы от наслаждения. Это слишком томительное наслаждение. Он покидает её тело, но не отпускает, благодарственно целуя нежно в шею. Анита, тяжело дыша, хочет слезть, но мужчина останавливает её.

— Я сказал: два раза, — прохрипел мужчина, наматывая её волосы на кулак. — Пока что я кончил только один раз.

И так тонко намекает, давит ей на голову, заставляя опуститься. Анита тяжело вздыхает, но решает покориться. Осыпая его тело поцелуями, опускается низ, устраиваясь на пол между ног. Целует накаченный живот, все ниже и ниже. Немного побаиваясь первого раза, берет в руку член и неуверенно целует, языком скользя по стволу. Занзас притягивает её за голову ближе, надавливая, заставляя скорее перейти к самому сладкому. Анита языком проводит до головки и целуя её, заглатывает.

— Зубы убери, — рычит мужчина, сильнее насаживая её рот.

Анита старается делать все, как он говорит, осторожно сося орган, что наполовину уже исчез в её ротике, и резко выпускает изо рта.

— Мне в этой позе неудобно, — обиженным голосом проскулила она.

Занзас, что-то прошипев, резко потянув её за волосы, заставил подняться и быстро переместил брюнетку на диван, а сам встал напротив неё.

— А…

Но Анита не успела ничего сказать, мафиози резко притянул её за голову, погрузив член в ротик, сладко простонав. Девушка чуть не поперхнулась от неожиданности, но покорно принялась сосать, а со временем принимать, Занзас, совсем потеряв самообладание, сам двигался в нужном такте, крепко держа её за черную шевелюру. Еще пару толчков и он кончил.

— Глотай, — приказал Босс, прижимая её еще сильнее.

Анита, давясь, но выполнила приказ, проглотив его семя. Мужчина медленно вытащил ствол из её рта, напоследок проведя головкой по красным губам, заставляя слизать последние остатки.

— Молодец, ты прощена.

Анита тяжело задышала, жадно глотая воздух ртом, откинувшись на спинку кресла. Вот только Занзас явно не собирался отдыхать, устремив взгляд на стол.

— Неет, — моля проскулила Анита.

— Да!

— Но ты ведь уже кончил два раза.

— А ты только один, я не такой эгоист, каким кажусь, — хитро сощурил глаза брюнет.

Посиделки в кабинете Савады были еще долго, пока владелец на собрании и не подозревал, что же может происходить в его обители.

Комментарий к Глава 22. Базука десятилетия или привет из прошлого. Автор просит прощения за задержку т.т Но зато сессия уже практически закрыта) Следующие две главы выйдут очень быстро)

====== Глава 23. Самолет. ======

Наконец-то этот прекрасный день настал. Самый лучший день как для Варии, так и для Вонголы: возвращение отряда независимых убийц обратно в Италию. Варийцы, на крыльях любви, за какие-то считанные секунды собрали багаж и поспешили покинуть злополучный особняк. В свою очередь хранители Вонголы любезно проводили… или выпроводили их на выход, не забыв перед этим пожелать: «Были рады вас видеть. Уезжайте еще». Но варийцы уже не слышали, они давным-давно удобно пристроились по своим местам в машинах. И только Занзас, судорожно проверяя время на часах ждал, когда Анита сподобится окончить милое прощание со всеми вонголятами. Точнее с отдельными личностями. Одного, из которых Занзас испепелял взглядом, предупреждая Такеши, чтобы тот не приближался ближе чем за 3 метра. Поэтому паренек под давлением взгляда лишь помахал рукой. Зато Бьянки долго висла на шее девушки, обещая как-нибудь заехать в гости.