– Правда, что ль? – удивлённо посмотрел на меня Фридрих. – Этот непримиримый ястреб войны?

– Я вынужден был сделать это под давлением! – ещё на тон выше заорал Карл-Фердинанд и аж затрясся от ярости. – Моя жизнь была под угрозой и…

– Ой, дура-а-ак… – протянул парень, обречённо качая лысой головой. – Заткнись Карл! Иди в свою комнату и приведи себя в порядок. Я – запрещаю тебе выходить оттуда…

Тут Фридрих видимо вспомнил, что рекомендовался он в присутствии вроде как «хозяина» замка и, посмотрев на меня, добавил.

– …если конечно наш Глава, тебе дозволит иное. – закончил он, выжидающе уставился на меня, рассчитывая видимо, что я подтвержу его слова.

– Не дозволю, – холодно ответил я, глядя ему прямо в глаза.

Какое-то время мы бодались взглядами. Этот парень, виконт, явно не привык общаться с приблизительно равными себе по личной силе людьми примерно своего возраста. Не знаю уж, откуда он вылез и о какой именно фроляйн Астре говорил, хотя и подозревал, что, скорее всего так на самом деле звали мою бабку, жену старого хрыча, Виолетту Семёновну. В любом случае - в этом мы с ним были похожи.

Наконец, когда воздух между нами отчётливо завибрировал от избытка направленной сансары, он улыбнулся, и слегка поднял руки вверх, ладонями ко мне.

– Всё – понял… – произнёс он, отступая на шаг. – Каковы будут ваши указания Глава?

– В холле замка, на чемоданах дожидаются тридцать четыре человека, давших этому, – я кивнул головой на хмурого Принца, – вассальную клятву и отказавшихся подписывать со мной «Рабочую Унию». Сегодня, они должны покинуть замок, вот пусть в первую очередь займётся их проблемами. А потом… от слов своих я не отказываюсь, он и его семья, могут и дальше оставаться жить в замке… в качестве его «гостей». Хозяйничать его людям я здесь больше не позволю.

– Мы уже связались с управляющей компанией, имеющей отличные рекомендации, которая готова заняться администрированием этого объекта, – промурлыкала Инна. – Что же касается того, какая встреча нам здесь была оказана домом Гогенцоллернов, то можете не беспокоиться. По определённым причинам…

Фаворитка, нежно прильнула к моей руке, а Нина с той же улыбкой на лице синхронно повторила её жест.

– …мы не в обиде.

– К тому же мы прибыли в вашу страну, как частные лица, – добавила зайка.

– И вот ещё что, «Принц»… – произнёс я. – Постарайтесь за оставшееся время – не попадаться мне на глаза.

Карл-Фердинанд, нехотя кивнул и, сутулясь, направился к двери. Однако, не дойдя до неё, остановился возле фаната «Одноударника» и прошипел.

– Ты предал меня Фридрих! Заявившись сюда, ты обещал помочь мне избавиться от… – он затравленно посмотрел на меня. – Иноземца…

– Правда, что ль? – вполне искренне удивился парень. – Я тебе всего лишь сказал, что прибыл сюда из-за скорого визита Космоса. А, всё остальное Карл, ты придумал сам, вместе со своими подпевалами. С какой радости мне тебе помогать? Ты Карл, заигрался в политику, которая тебя не касается, и во всём видишь продолжение своих или чьих-то чужих интриг. Вот в результате и надел уздечку коню на жопу.

Последнее выражение, как я понял, было аналогом нашего «опростоволосился», потому как аристократ, резко отвернулся, прошипев себе под нос что-то нечленораздельное, и расправив плечи, холодно поинтересовался у меня, дозволено ли ему будет отправиться к своим вассалам. Получив безразличное: «Да» - резко развернулся и быстро вышел вон.

Кстати уже некоторое время, пообщавшись с аристократами, как нашими так вот теперь и с немцами, я стал замечать одно явное их отличие от простолюдинов. В то время как последних, в том числе и меня, очень сильно задевало именно «презрительное» отношение к себе, благородным на таковое было совершенно по барабану. Зная свою истинную цену, эти люди в основной массе просто игнорировали ситуации, в которых на них кто-то смотрел свысока, или как на кучку собачьих экскрементов, каким-то образом оказавшуюся на парковой дорожке.

Нет, они конечно могли возмутиться, а то и вызвать на дуэль с самыми разными последствиями, вот только по-настоящему задеть их подобными ужимками как человека – было очень трудно. Ну не работала в этой среде классическое-пролетарское: «Ты здесь – никто, и звать тебя – никак!»

Зато если показать, что тебе на них совершенно наплевать, то у подобной публики начинался откровенный зуд в нижней полусфере. Наверное, по той причине, что подобное отношение хоть и обидно, для привыкшего мнить себя пупом земли человека, но вряд ли может рассматриваться как прямое оскорбление.

– Придётся с ним ещё раз поговорить, – со вздохом произнёс Фридрих, когда за Карлом-Фердинандом закрылась дверь. – А то, как бы не учудил чего по глупости.

– Сколько угодно, – ответил я. – Итак, я Вас слушаю.

– Что? – парень опять глупо улыбнулся, похлопав глазами.

– Виконт, – слегка нахмурился я. – Хватит уже кривляться. Не забывайте, что я тоже смотрел «Одноударника».

– А, ну да, – мгновенно посерьёзнев, кивнул Фридрих. – Простите Глава. Просто поймите меня правильно, подобные увлечения очень необычны для моего круга общения, а я уже так сросся с этим персонажем, что даже не замечаю когда надеваю его маску. Вы не поверите как это удобно для переговоров, когда никто не понимает, о чём ты на самом деле думаешь, и воспринимает тебя как…