– Зачем?

Мне было непонятно для чего это делать, если и так все хорошо. Олеся мне нравилась.

– У меня кайф не тот,– признался он, заплетаясь в словах.

– Ты перепил, приятель,– усмехнулся я.

– Не жмись. Алина хочет тебя, я уверен. Она глаз с тебя не спускает.

– А Олеся не хочет тебя,– отрезал я.

– Захочет, если мы ляжем все вместе. У тебя большой диван. Дай ей еще выпить. Если уж веселиться, так по полной.

– Ну, не знаю,– я покривился.

Эти идеи разнообразить нашу интимную жизнь утомляли меня. Мне хотелось спать, и меня все устраивало как есть. А еще было бы лучше, если б мы с Олесей были одни, без этой сумасшедшей парочки.

– В общем, ты не против,– заключил Никита, хлопнув меня по плечу.

Я пожал плечами, стряхивая его руку и формулируя тактичный, но четкий отказ. И тут же услыхал резкий стук двери. Мы с Никитой оглянулись на наш дом, но ничего не увидели. Через минуту выбежала Олеся и пронеслась мимо нас в темноту. На ходу она прокричала:

– Вы оба козлы!

Она хлопнула калиткой и исчезла.

– Вот дерьмо! Она слышала,– Ник развернулся и, пошатываясь, пошел в дом.

– Я пойду, поищу ее,– разволновался я.

Я быстро выскочил вслед за Олесей. Я испугался не того, что она услыхала, а того, что на улице темно и поздно, и идти ей некуда. Я привез всех на своей машине, а уехать отсюда можно только на электричке, не раньше пяти утра. На дороге я никого не увидел, и мне показалось какое-то движение в стороне леса. Неужели ей взбрело в голову прятаться в лесу? Хотя настоящим лесом это место не назовешь, но в темноте можно и там заблудиться и пораниться.

– Олеся, стой!– крикнул я.

Я побежал, пытаясь догнать ее на окраине лесного насаждения. Но там никого не оказалось. Я вошел в лес, всматриваясь в его темноту. Куда она подевалась?

– Олеся!– позвал я.

Впереди хрустнула ветка, и я пошел на звук, спотыкаясь об сучки и торчащие наружу корни. Там должна быть поляна, я помнил это с моего детства. Старые деревья склонили ветви к самой земле, и среди них были сухие, которые царапали мне кожу. Хорошо, что на улице тепло, и повезло, что июль такой жаркий. Обычно в Подмосковье по ночам прохладно. «И зачем ее понесло в лес?»– раздраженно думал я.

Пробираясь сквозь опущенные ветки на более открытое место, я не разглядел, что впереди рябило слабое свечение. Подняв голову из-под листвы, я обнаружил на поваленном дереве сидящую фигуру.

Я просто остолбенел. Мне показалось, что там сидит увеличенный человечек из конструктора «Лего». Белое туловище, шлем на голове и голубоватая подсветка от его тела. Я боялся пошевелиться и спугнуть видение. До того это выглядело нелепо, что я не верил в реальность видимого моими глазами.

Человек был ростом с двенадцатилетнего ребенка, он сидел ко мне спиной и не шевелился. Я не видел его лица, но понимал, что он не может быть обычным человеком. Что-то в его позе выдавало неестественность человеческого телосложения. Он вдруг глубоко вздохнул, отчего его плечи высоко поднялись, и я услыхал стон сожаления. Мне захотелось подойти ближе, чтобы рассмотреть его. Мягкая трава под ногами могла бы приглушить звук шагов и помочь остаться незаметным, тем более что меня прикрывал ствол дерева, стоящий между нами. Я осторожно сделал три шага к поваленному дереву и замер. Что-то справа от человечка шевельнулось и заставило меня осмотреть окрестности. Всматриваясь в темноту около него, я не смог ничего разглядеть. Ведь свет от его тела был рядом с ним, и далее не распространялся. Человечек горестно опустил голову между плеч, и я сделал еще два шага. Теперь я стоял почти рядом и видел, что это реальное живое существо. Оно дышало и его плечи немного подрагивали, он что-то делал со своими руками, но мне не видно было что. В такой близи я рассмотрел, что части его тела были не угловатыми, как в деталях конструктора, а плавными. Может это кто-то дурачится и надел странный костюм космонавта? Мне захотелось потрогать его рукой, чтобы убедиться самому – костюм ли это? А может окликнуть его? Он, конечно, испугается, ведь я фактически подкрался к нему. Нет, сначала дотронусь до этого странного светящегося тела. Вряд ли это что-то фантастическое, как показалось вначале. Обычный костюм и в нем находится человек. Только что он здесь делает глубокой ночью?

Моя рука медленно потянулась, и свет от человека с правой стороны померк. Я дотронулся пальцем до его спины, очень осторожно, чтобы он даже не почувствовал. Мое желание было только лишь дотронуться и отойти, а потом окликнуть его из-за дерева, чтобы посмотреть ему в лицо. Мне не хотелось пугать его, я подумал, что это возможно подросток, который разыгрывает людей. Но то, что я увидел и почувствовал при касании, изумило меня. Я словно прошел через воду пальцем, образовав рябь в десяти сантиметрах от его тела. А этот костюм… я думал, что это костюм, но он оказался его кожей. На ощупь он был такой же, как и моя кожа – такой же температуры, такой же гладкости и мягкости.

Все это успело пронестись в моей голове за долю секунды, потому что в последние остатки этой секунды, я лишился своей руки. Она растворилась на моих глазах. И кисть с пальцами, и мое предплечье, все исчезло, но я ничего не почувствовал. Я не мог отвести глаз от своей исчезнувшей руки, и не мог осознать того, что ее нет. Боли я не чувствовал, зато справа от меня разместилось волкоподобное существо. Оно скалилось мне в лицо и издавало непонятные вибрирующие звуки. Его голова была большая, как у лошади, и однотипно острые зубы, в большом количестве расположились в открытой пасти. У волков так не бывает. Я хотел закричать и закричал, только моих звуков не было слышно. В ушах было абсолютно глухо, словно в них набили ваты. «Волк» продолжал испускать странные звуки с намерением разодрать мое лицо, а я кричал и топтался на месте, так как не мог пошевелиться, мое тело не слушалось меня. Странный человечек повернулся ко мне лицом, и я увидел, что это все-таки лицо, и, похоже, подростковое. Только оно было круглым, мультяшным, как у Лего-человечка. На голове располагался шлем или каска, а на нем было поднято прозрачное забрало или визор. Круглые глаза, нарисованные брови и нос, рот одной линией. Его губы были не видны, пока он не открывал рот. Человек поджал губы, и устало опустил плечи и руки.

– Отпусти его,– проговорил он чистым уверенным голосом.

– Он подкрался к тебе,– недовольным утробным голосом ответил «волк».– Он видел тебя.

– И что?– также устало спросил человек.

– Ты знаешь, что так нельзя. Давай устраним его.

– Оставь. Какая теперь разница. И кто ему поверит? Он все забудет.

Волчья морда уставилась мне в лицо, и я увидел горящие ненавистью синие глаза. Его губы дрожали от желания вцепиться мне в горло, а странная шерсть вибрировала на загривке, выдавая сильнейшее возбуждение. Я снова безмолвно закричал. Я хотел поднять вторую уцелевшую руку, чтобы защитить себя, но она не слушалась.