– Если мы украдем форму и затемним Стивену волосы, то он сойдет за одного из сельваратцев, – предложила Олува. – У ворот я видела, что извозчикам позволяли заезжать в лагерь с товарами. Повозку наверняка обыщут, поэтому оружие нужно тщательно спрятать.

– Значит, придется искать повозку и груду товара, которая пройдет осмотр, – подытожила Драккен. – Понадобится что-нибудь еще?

– Удача, – ответил Дидрик.

– Удача – для дураков, – заключила капитан. – Я верю только в нас самих.

Стивен с Олувой пробрались в лагерь как раз в сумерки. От грубой краски голова невыносимо чесалась, а штаны позаимствованной солдатской формы волочились по земле, угрожая в любой момент свалиться. Приходилось то и дело поддергивать штаны за ремень. Стивен надеялся, что в темноте при свете далеко расположенных друг от друга факелов он сойдет за одного из врагов.

С Олувой дело обстояло проще. Ее костюм подчеркивал изгибы тела и вполне соответствовал избранной роли. Стивен вспыхнул, едва взглянув на нее, и быстро отвел глаза.

Они решили попытаться спасти Девлина в сумерках, когда лагерь погрузится в тишину после вечерней трапезы. Три дня ушло на подготовку операции – время, когда Стивен разрывался между стремлением самому прокрасться в лагерь и освободить Избранного и желанием выплеснуть свой гнев на капитана за ее сверхосторожный подход к заданию. Внушала опасение и ситуация с рекой. В любой момент может появиться корабль и перевезти Девлина в Сельварат, и тогда они потеряют его. И все же Стивен вынужден был согласиться с тем, что Драккен мудро поступила, предприняв меры предосторожности. Оставался единственный шанс, и они не должны провалить дело.

Кроме того, Стивен не хотел думать о том, что Избранный пережил за те три дня, пока его друзья вынашивали план побега. Интересно, он чувствует, что они рядом? Или же считает себя одиноким и брошенным?

После долгих недель поисков он увидится с Девлином. С трудом сдерживая возбуждение, менестрель старался вести себя непринужденно. Когда пара проходила мимо двух солдат, играющих в кости, он приветливо кивнул.

– Не хочешь поделиться богатством? Можем сыграть на нее! – выкрикнул один из них.

– Сначала сам узнаю, чего она стоит, – засмеялся Стивен.

На золотые капитана они купили платье, которое надевала на свадьбу деревенская девушка. Оно было по крайней мере на два размера меньше, чем носила Олува, а вырез увеличили с помощью кинжала, тем самым создав образ настоящей маркитантки. Стивен никогда не посмел бы предложить девушке надеть что-нибудь подобное, но Олува намеревалась сыграть свою роль до конца.

– Поторопись, – заявил второй солдат, неодобрительно взглянув на них. – Помнишь правила: местным запрещено находиться в лагере после захода солнца. Если генерал застукает ее здесь, будешь драить сортиры до конца своей жизни.

Стивен дернул Олуву за руку.

– Пойдем, – сказал он, подражая выговору торговцев. Олува обняла его за шею и притянула к себе, впившись в губы на удивление страстным поцелуем. После минутного замешательства Стивен с энтузиазмом ответил ей. Это явно не был сестринский поцелуй, и на мгновение он пожалел, что не воспользовался возможностью, которая представилась ему в таверне. Стивен хотел обнять Олуву, но та оборвала поцелуй и, взяв его за руку, потащила прочь от костра.

Стивен пришел в замешательство и на несколько минут забыл обо всем. Менестрель почувствовал, как краска залила лицо, а хохот солдат звучал в его ушах, пока они пробирались вперед, углубляясь в лагерь.

Они добрались до нужного места и увидели, что у палатки на страже стоит только один часовой, а не двое, как днем. Стивен решил, что это знак и удача сопутствует им, тем не менее неприятные предчувствия не оставляли его. Он замедлил шаги, понимая, что все зависит от дальнейших действий. Зачем он пошел на это? Он менестрель, а не воин. Малейшая ошибка будет стоить Девлину свободы.

Но больше некому. И нет времени менять план. К этому моменту Драккен и Дидрик должны уже пробраться в лагерь через западную часть, ту, где хранился провиант. Они не могли оставаться там долго, рискуя быть в любой момент обнаруженными. Сейчас или никогда.

Олува ободряюще пожала его руку.

Стивен глубоко вздохнул, чтобы успокоить нервы, игриво шлепнул Олуву сзади, а затем, скрываясь за широкими юбками, достал из прорези в плаще свой кинжал. Он даже не заметил ее движения, но был уверен, что Олува уже сжимает в руке нож.

– Стой, – выкрикнул часовой, как только они приблизились.

Стивен оттолкнул Олуву и заметил, как та недовольно надула губы. Из нее получилась бы замечательная актриса. Часовой не спускал с девушки глаз и поэтому не заметил, что Стивен приблизился к нему справа, в то время как Олува зашла слева.