– А-а-х! – раздался томный знакомы голос. – Исе-ку-у-ун!

Я взглянул на свою руку, ужаснулся и восхитился. Под моей ладонью находилась такая знакомая, такая родная, такая любимая грудь Риас-чан. Я перевёл взгляд на вторую руку, которая сжимала кое-что не менее приятное.

– Ара-ара, Исе-кун, я, конечно не против, но ты слишком торопишься события, – безмятежно улыбаясь, сказала Акено-чан.

Я лихорадочно завертел головой, пытаясь осознать обстановку. И увиденное привело меня в ужас. Верней, привело бы, не будь зрелище будоражащим и возбуждающим.

– Ах, эта энергичность молодости! – сказала Мисла-чан, демонстрируя миру свою великолепную грудь, гордо выглядывающую из ошмётков её разорванного платья.

– Как и ожидалось от Красного Императора Драконов, – поддержала её Элша-чан, тоже не пытаясь скрыть свои обнажённые формы.

– Если это Исе-кун, тогда можно! – сказала Валери, всё же прикрывая грудь руками. Но этот жест не столько скрывал, сколько подчёркивал её фигуру.

– Милый Иссей может делать всё, что пожелает! – в унисон с ней сказала Ассия-чан.

– Теперь это уже не страшно, – загадочно сказала Миттельт, чуть выпятив вперёд свою внушительную грудь.

– Если это наказание от Азазеля-сама, то я с радостью вынесу и не такое! – сказала Райнар-чан, призывно качнув своими великолепными сиськами.

– Тренировка есть тренировка, – сказала Калаванэ-чан, демонстрируя миру свою роскошную грудь с небольшими тёмными сосками.

– Ты ужасен. Ты враг всех женщин, – резюмировала Конеко-чан, закрывая свои маленькие грудки руками.

Сендзюцу ужасно. Оно очень опасно как для самого пользователя, так и для окружающих. Но это древнее благородное искусство, освоить которое – дело чести любого уважающего себя дракона!

========== Глава 25 ==========

Это было моей пятой попыткой. Прошлые окончились провалом, но сдаваться я не собирался. Мои надежды на то, что с появлением Валери он быстро придёт в себя, выберется из своей скорлупы, были тщетными. Да, Гаспер доверял ей больше всех на свете. Но это никак не значило, что он будет доверять мне – непонятному парню, которого он видел лишь несколько раз и каждый раз при этом испытывал паническую атаку.

– Риас-чан, я готов! – собрался я с духом.

Дверь, увешанная лентами и знаками с надписями: «Не входить», «Берегись!», «Вход воспрещён!», вспыхнула сиянием магического круга, и я вновь проникнул в святая святых дампира-затворника.

Всё так же гудел компьютер, через который Гаспер обычно исполнял дьявольские заказы у таких же затворников, как и он сам, всё так же мирно стоял раскрытый гроб, и всё такие же глаза смотрели на меня из прорезей на большой картонной коробке в углу.

– Гаспер-кун, привет, это снова я.

– Не подходи-и-и-и-и-и-и-и! – завизжал он.

– Нет, я подойду, ведь нам с тобой нужно поговорить, как настоящим мужчинам!

Может стоило воспользоваться методами Зиновии и Конеко, кормить его чесноком для вырабатывания мужественности? В прошлый раз я считал, что их методы жестоки и бесчеловечны, ну а вдруг именно они и принесли плоды?

– Не подходи-и-и-и-и-и!

Я едва почувствовал воздействие его Механизма, и, по сравнению с прошлой жизнью, это было несомненным прогрессом. Коробка, к которой я приближался, очутилась в совершенно другом углу. Опять!

– Гаспер, ты же знаешь, я никуда не уйду.

– Уходии-и-и-и-и-и!

Уф, неужели с ним всегда было так сложно?

– Гаспер-кун, скажи, тебе нравится Риас?

– Д-д-а!

– А Акено-чан?

– Д-д-а!

– А Конеко-чан?

– Конеко-чан зла-а-а-а-а-ая!

Уф, это будет долгий разговор. И теперь, как бы это ни было тяжело, придётся оказать психологическое давление.

– Гаспер, скажи, тебе нравится Валери? Ты любишь её?

– Валери хоро-о-о-о-ошая!

– А ты знаешь, что после твоего бегства, она пробудила Священный Механизм?

– Не-е-е-е-ет!

Они же общались с ней каждый день? Как он может о таком не знать?

– А ты знаешь, что из-за этого она едва не погибла? Ты знаком с её братом Мариусом?

– Мариус приду-у-урок!

– И ещё какой! Он проводил над ней бесчеловечные опыты, пытался пробудить силы Механизма. И если бы добился успеха, он собирался извлечь и забрать Механизм себе. А знаешь, что происходит с человеком, лишившимся Священного Механизма?