После нападения на нас этого сумасшедшего, мы с Гермионой приходили в себя часа два. Трясущийся от нервов старый домовик только мешал своим яростным мельтешением, стонами и ворчанием. Только часам к одиннадцати я был в относительном порядке и смог адекватно мыслить. Итог этой демонстрации прост: если мы с Гермионой хотим спать спокойно, то нам жизненно необходимо разобраться в защите поместья. Не может быть, чтобы в доме темной семьи не было сюрпризов для нападающих. Единственный, кто знает о них - эльф. Вот у него и спрошу:

– Эй, Кричер, иди сюда, у меня есть к тебе пара вопросов!
– уродливый домовик появился с хлопком, выбившем пыль из его халата.

– Да, хозяин? Старый глупый Кричер готов помочь храброму лорду.

– Ты знаешь, как не допустить того кошмара, который случился сегодня утром? Это мой дом и я хочу сделать все, чтобы никто против моей воли не смог проникнуть в него.
– с самого утра мое тело тряслось от страха: я в своей глупости полагал, что Гриммо 12 было неуязвимой твердыней, в которой я мог бы забыть про все невзгоды. Однако даже одного опытного мага вполне хватило на то, чтобы развеять мою уверенность в прах.

– Кричер умный домовик, он знает, что надо делать! Черный дом слаб: камни голодны, чаши магии пусты и некому вновь окропить кровью руны порогов.
– Ого, судя по его словам, мне предстоит немало работы.

– Я понимаю, что система защиты сломана, но как мне её починить? Ты мне ничего конкретного так и не сказал!

– Сейчас Кричер покажет, сейчас!
– Старый домовик схватил мою руку и куда-то трансгрессировал. Зал, в котором мы очутилась, я смутно помнил: в нем мы с Герми нашли тот самый артефакт-диетолог. Эльф, не долго думая, потащил меня к дальней стене, в которой были вырезаны ниши, заполненные каким-то серым прахом. Обсидиановые шипы, оплетенные почерневшим серебром, угрожающе торчали из дна выдолбленных сосудов, будто копья.

– И что это за нахрен, Кричер? Ты, кажется, хотел мне показать, как восстановить защиту, а это больше похоже на безумную композицию сюрреалиста...

– Молодого лорда некому учить, но Кричер попытается: лорд должен выпустить кровь врага в чашу, и пронзить его бьющееся сердце шипами. И тогда камень утолит голод. Один камень - одно сердце.
– Ого, некисло однако... Где же я столько врагов возьму: чаш в помещении было около тридцати. Хотя, скажите мне пожалуйста, кто считает бомжей?

– Кричер, у меня только один вопрос: магглы подойдут?
– старый домовик задумался на несколько минут и ответил: "Их понадобится в два раза больше." Хлопок трансгессии сообщил мне, что я остался наедине со своими мыслями. Грейнджер, напившаяся успокоительного, тихонько уснула в моей спальне: её комната вызывала у девочки приступ неконтролируемого страха, так что она решила отдохнуть у меня. А я перебрался в гостиную на кресло и крепко задумался.

Боец из меня, как из говна пуля. Я никогда не любил драться, хотя и мог неплохо так навешать люлей пьянчуге или выбить наглому гопнику кадык, но в магическом мире это мне не сильно поможет. Грюм явно будет и дальше терроризировать нас, заставляя меня быть героем. Но это только на первый взгляд ничего нельзя изменить: даже если тебя съели, то есть два варианта развития событий. Для начала нужно понять, что сделал бы нормальный человек: он бы разом поднял все системы защиты и дрожащими руками сжимал палочку круглые сутки. Аластор наверняка имеет план на этот случай и если я хочу его победить, мне следует быть хитрее. Домовик обязательно поможет мне отловить необходимое для моего плана количество материала, и с его помощью мы с Герми сможем подготовить несколько ловушек на живую дичь. Грюм слишком навязчив, так что во имя моего блага ему лучше исчезнуть, что вполне логично можно будет списать на защитные чары. Отличный план, осталось только воплотить его в жизнь.

Рыжая шлюха Молли и её мелкая отрыжка появились в моем камине ровно в час дня, засыпав пеплом паркет. Я никогда не любил нарочито дружелюбных и сострадательных домохозяек, ибо они таковы лишь на людях, а внутри семьи - деспоты и палачи, каких поискать. Такие неудовлетворенные особы способны оправдать любое беззаконие, которое они творят во имя Иисуса, Кришны, Шиб-Нигуррат или кого угодно, кто там нынче у них в фаворе. И мне сегодня предстоит выяснять, кем является священная корова одной конкретной рыжей домохозяйки. Без "великой" цели красивая в молодости девушка никогда бы не довела себя до такого состояния.

– Здравствуйте, миссис Уизли, я рад видеть вас сегодня в добром здравии. К сожалению, из-за утренних событий ничего, кроме чая с тостами, не могу вам предложить. Если пожелаете, домовик накроет на стол.
– копировать манеру общения Малфоя-младшего было не очень сложно. А посетителей от моих слов передернуло, как будто их током ударило. Первый пробный камешек попал в цель. Не в десятку, но и не в молоко. Джинни насупилась и зло зыркнула на меня, а её мать лишь предвкушающе улыбнулась. Не нравиться мне эта улыбка, но что поделаешь? Карты сданы, ставки сделаны, остается только выиграть этот стол.

– Я хочу чай!
– Юная Уизли сразу ворвалась в диалог.

– Как пожелает маленькая леди. Кричер, подай нам чаю с тостами и джемом.
– Домовик появился, кивнул головой и исчез. На стол из воздуха упала скатерть с гербом Черного рода и вышитым по кругу девизом: "Toujous pur!"*. Чашки и заварник появились секундой позже и на их боках красовалась та же надпись. Червленое серебро чайных ложек и коричневый тростниковый сахар в серебрянной сахарнице с выгравированным Гримом дополняли картину. Молли сдержалась, а у ее дочери лицо мгновенно превратилось в гримасу ненависти и отвращения. Эльф отлично постарался.