— Ничего подобного, Канцлер, — сказал Сварог. — Я только что поймал себя на том, что судьба обитателей Нериады мне совершенно безразлична. Злюсь на себя, но так и обстоит. Земные королевства — мои, там люди, с которыми я хорошо знаком, которых уважаю и ценю... и миллионы незнакомых, за которых я отвечаю, как за своих подданных. Ни одного жителя Нериады я никогда не видел вживую, они для меня совершенно чужие, к тому же это словно бы даже и не люди, а некие куклы. Если встанет вопрос «Они или Империя?», буду всецело на стороне Империи... еще и оттого, что угроза возникает не только для Империи, но и для моих королевств. И все же... Я был бы категорически против силового решения. Не из гуманизма, а по соображениям насквозь практичным. Кто бы они ни были, откуда бы ни пришли, из Зазеркалья, о котором никто не знает ничего, или из каких-то других миров — на Нериаде они именно пришельцы. Будь их там много, мы бы их непременно обнаружили раньше. Все за то, что их мало, что Нериада для них — не более чем база. И ее уничтожение нам ни малейшей пользы не принесет. Они всего-навсего отступят в свой мир — а потом могут нанести удар в другом месте, как-то иначе, и это для нас будет совершеннейшей неожиданностью, последствия которой я просчитывать не берусь...

— Разрази меня гром, лорд Сварог прав, Канцлер... — сказал Марлок.

— Пожалуй... — согласился Канцлер. — Но все равно, если дело дойдет до критической точки — я надеюсь, мы сможем ее усмотреть вовремя, не останется ничего другого...

— Я и не спорю, — сказал Сварог. — В случае, если...

Он замолчал — мелодично засвиристела блестящая коробочка Марлока, профессор сцапал ее, как кот мышь, зажег клавиатуру, невидимый остальным экран. Судя по всему, пришло какое-то сообщение — ничей голос так и не раздался. Профессор напряженно уставился на экран, на его лице сменяли друг друга самые разнообразные чувства. Все остальные молча ждали.

— Вот такие дела... — сказал Марлок с непонятным выражением на лице. — Рапортуют с полигона. Лорд Сварог, ваша идея оказалась нисколько не безумной, совсем наоборот... Когда пошла в ход комбинация за номером три тысячи сто семьдесят два, на месте «тарелочки» образовался огненный шар диаметром около двадцати уардов — и продержался пять секунд, потом пропал. Температура составляла примерно три с половиной тысячи градусов, — он криво, вымученно усмехнулся. — При такой температуре кипят, как вода в чайнике, медь, олово и кобальт, и не только они. А уж человек испаряется, как капля воды на раскаленной плите...

Значит, вот так, подумал Сварог, вспомнив двухэтажный, но не особенно и большой дом Интагара. В какой бы комнате ни полыхнуло, от дома останется выжженная изнутри коробка, а то и ее не будет — коли уж кипит медь и другие металлы. Ночью, когда Интагар дома... Порой он, впрочем, дома не ночует, но поблизости от его дома можно посадить агента и совершенно точно знать, что он приехал...

— Неглупо, — сказал Сварог глухо. — Интагар — весьма важная шестеренка в моем государственном механизме, на него очень многое замыкается. Я запрошу других ключевых персон — не попадали ли к ним в дом такие вот «тарелочки». Мало ли еще кому могли подсунуть безобидный внешне подарок, как это пытались проделать с дочкой Интагара... подождите! — почти вскрикнул он, озаренный внезапной догадкой. — Логично предположить, что и подарки принца должны полыхнуть...

— Это бессмысленно, — сказал Канцлер... — Рукотворный огонь. Совершенно безопасный для ларов. Слуги погибнут, а лары останутся невредимы.

— Я помню, — сказал Сварог. — Я и не утверждаю, что полыхнет непременно огонь. Это может быть что-то другое, столь же смертельное для ларов, как и для жителей земли... вот только я пока что совершенно не представляю, что это может быть...

— Проверить предельно просто, — сказал Марлок. — Отвезти на полигон «синюю тарелочку» и обстрелять ее «третьим ручейком». Если все сделано по тому же принципу... Надеюсь, вы не считаете эту идею излишней страстью к экспериментаторству, Канцлер?

— Не считаю, — угрюмо отозвался Канцлцер. — Наоборот, поддерживаю. — Он взглянул на часы. — В маноре принца Агеляра давно уже началось праздничное застолье. Поскольку это не гулянка принца Элвара, а чинное семейное торжество, гости разъедутся к вечеру. Нужно подумать, как изъять у кого-то из них «тарелочку». Следует выбрать кого-то самого слабохарактерного, который, будучи настрого предупрежден, станет держать язык за зубами...

— А зачем изымать? — спросил Сварог, вспомнив иные детективные романы и фильмы. — Гораздо практичнее будет подменить. Я могу прямо сейчас отправить приказ моим людям, они в два счета купят чистую «тарелочку», а мастера быстро выгравируют герб и подберут похожие поделочные камушки — на земле их много, всевозможных цветов. Если все же не найдется подходящего, пошлю самолет в Маррано, там лучшие на Таларе стеклодельные мастерские, в два счета сварят стекло любого цвета и оттенка — кроме «разноцветного хрусталя», секрет которого утрачен. Простое синее — запросто. Понадобится совсем небольшой слиток, остынет он быстро... Если напрячься, вполне можно управиться к утру. В манорах полно агентуры восьмого департамента. Где бы «тарелочка» ни висела, ее нетрудно украдкой подменить. Никто и не заметит...

— Толково, — сказал Канцлер. — Посылайте приказ немедленно.

Сварог достал «портсигар» и отправил Интагару не особенно и длинную шифровку, что заняло минуты три. Все это время присутствующие молчали, словно опасаясь чему-то помешать.

— Вот и все, — сказал Сварог, пряча «портсигар» в карман. — Сейчас Интагар пошлет человека за тарелочкой и станет подыскивать подходящих мастеров — а у него, я уже убедился, есть мастера на все случаи жизни.

Канцлер задумчиво сказал:

— Если и со второй «тарелочкой» что-то произойдет, будет, с чем идти к принцу, чтобы взять его за глотку...

— Думаете? — спросил Сварог. — А я вот не уверен... Даже если «тарелочка» сработает, прямых улик не будет. Он может твердить от рассвета и до заката, будто понятия не имеет, что ему подсунул злодей Орк, которого он просил достать самые безобидные «тарелочки» — и уличить его попросту нечем. Возможно, эти, из Радианта, Орку вульгарно соврали насчет канцлерства, и он им был нужен исключительно для того, чтобы «тарелочки» попали к принцу, не вызвав ни малейших подозрений. Можно, конечно, взять его на пушку, но «тарелочки» маловато для серьезных психологических игр. Будь у меня еще кое-что, чего пока нет, но создать его нетрудно...