— Я немного открою, — все-таки сказал Фил. — Тут, правда, слегка тяжко.

Сухая сторона конверта была почти пуста. В верхнем левом углу стоял мелко пропечатанный номер «146», а в правом нижнем углу стоял штрих-код. Игорь прощупал конверт, пытаясь определить, где лежит запечатанная в него бумага, чтобы не порвать ее при открытии, затем слегка надорвал конверт за уголок и оторвал от конверта полоску сбоку. Судя по спокойным лицам Игоря Васильевича и Фила — Игорь сделал все правильно. Нашарив двумя пальцами — указательным и средним — содержимое конверта, Игорь вытянул его наружу — на обычном листке формата А4 был с одной стороны напечатан какой-то текст, набранный мелкими буквами, а другая его сторона была пуста.

— Конверт и огрызок сюда давай, — дал лапу Игорь Васильевич, хотя сам уже утянул со стола узкий обрывок от конверта. С тем, что получил, Игорь Васильевич, ушел в туалет, откуда раздались многократные звуки разрываемой на мелкие клочки бумаги и последовавшие за этим всплески унитазного смыва.

— Походу, я угадал его любимую комнату, — кивнул на мужичка Игорь Васильевич, когда вернулся, — и его любимую книгу.

Игорь Васильевич вытащил из кармана маленький, похожий на брелок предмет, в котором Игорь узнал небольшой диктофон и положил его взамен обрывка от конверта.

— Вот, — сказал Игорь Васильевич, — пользуйся. Вот тут он включается, если не знаешь. Задавай вопросы, следи за реакцией.

— Как я могу следить за реакцией, если у него лица не видно.

— Как хочешь, так и следи, — сказал Игорь Васильевич.

Игорь включил диктофон (а Игорь Васильевич завис над ними обоими — диктофоном и Игорем, чтобы проверить, все ли правильно делается) и сунул нос в листок.

Самая первая строчка была пронумерована цифрой «один», все строчки были пронумерованы, последним значился вопрос под номером «сто шестьдесят восемь», Игорь вернулся в самое начало текста и озвучил первую строку:

— Какие кошки вам больше нравятся, белые или рыжие?

Игорь Васильевич протянул руку к диктофону и выключил его:

— Второй дубль, — объяснил он свое движение. — Говори номер вопроса, а потом задавай. Начали.

Игорь под похожей на дубовую сенью Игоря Васильевича, снова включил диктофон, озвучил номер вопроса и сам вопрос. Мужичок же, видимо, задремав у себя под ведром или потерявшись под действием выпитой таблетки, и не думал отвечать. Фил постучал по ведру сверху, мужичок встрепенулся.

— Давай отвечай, когда спрашивают, — сказал ему Фил. Мужичку нравились черепаховые кошки с белым брюхом и подбородком.

— Вопрос номер два, — сказал Игорь. — Любите ли вы разгадывать кроссворды.

— Я раньше любил, — ответил мужичок, — когда их в «Труде» печатали и в журналах, на последней странице «Человека и закона», на обложке сзади.

— Вопрос номер три, — сказал Игорь. — Имеете ли вы разряд по шахматам?

— Юношеский третий, — ответил мужичок.

Фил посмотрел на мужичка с некоторой долей уважения и сожаления.

— Вопрос номер четыре, — сказал Игорь уже несколько автоматически, он не понимал, какую реакцию он должен видеть, поскольку отвлекался теперь уже на лицо Фила. — Посещали ли вы когда-либо Казанский Кремль?

— Может, в детстве, — сказал мужичок, — у меня бабка в Казани жила. Но точно я не знаю.

— Вопрос номер пять, — сказал Игорь. — Какими бы словами вы описали яблоко?

— Красное, — ответил мужичок, — круглое, зеленое, кислое.

— Вопрос номер шесть, — сказал Игорь. — Вы когда-нибудь жгли во дворе листья?

— Кто же их не жег, — усмехнулся мужичок.

— Вопрос номер семь, — сказал Игорь. — Сколько друзей у вас было во время службы в армии?

— Трое, — ответил мужичок, — Васян, Гошка Еремеев и Серега Долгих.

— Вопрос номер восемь. Часто ли вы точите кухонный нож?

— Ну, как затупится, так и точу, сами можете посмотреть, — сказал мужичок и попытался приподняться, чтобы, видимо, показать нож, но Фил удержал его на месте.

— Вопрос номер девять. Забывали ли вы когда-нибудь что-нибудь в транспорте?

— Я друга один раз пьяный в троллейбусе забыл, — сказал мужичок, — а в восемьдесят девятом у меня в трамвае всю зарплату вытащили.

Игорь замолчал, решив, что мужичок продолжит перечислять забытые в транспорте предметы, потому что интонация у мужичка была многообещающая, говоря про зарплату, он как бы не закончил свое предложение точкой, а закончил чем-то другим, вроде многоточия или запятой, но мужичок молчал.

— Давай дальше, — сказал шепотом Игорь Васильевич, — а то он опять задремлет.