Ринат Иосифович в обыкновенной своей манере долго не откликался на стук, и от этого создавалось впечатление, что Игорь пришел с обыском, а Ринат жжет компрометирующие документы, закапывает печати и прячет флаг местной коммунистической ячейки на своем теле, обертывая его вокруг туловища, а сверху трясущимися пальцами застегивая рубашку. Так и не дождавшись какой-то реакции на свои все более уверенные поскребывания, Игорь решился открыть дверь. Рината Игорь нашел сидящим за столом, скрытым стеллажами. Ощущая себя школьником, записывающимся в библиотеку, он сказал вопросительно поднятым диоптриям Рината Иосифовича: «Можно тут с вами посидеть?» Ринат Иосифович без слов ушел за стеллажи и принес оттуда стул. Потом молча включил свет в кабинете (до этого горела одна только настольная лампа). Потом поставил закипать электрический чайник и сунул под нос севшего Игоря чистую малахитовую пепельницу.

«Вот это сервис», — подумал Игорь, и ему большого труда стоило не улыбнуться.

Невольно слыша взрывы смеха из курилки, Ринат и Игорь стали пить кофе и ожесточенно, как будто наперегонки — курить. Первым не выдержал Ринат Иосифович.

— Давай на ты, — сказал он.

— Давай, — нисколько не удивляясь, сказал Игорь.

— В семье что-то? — спросил Ринат.

Игорь покивал.

— Да и вообще что-то тошно как-то, — сказал Игорь стеллажам сбоку от Рината.

— Витаминов попей, — посоветовал Ринат, — сейчас зима. Иногда люди без витаминов до ручки доходят.

Игорь не удивился бы, если бы Ринат тут же стал бы впаривать ему какие-нибудь чудо-витамины и косметику для жены, но это оказалась не реклама, а просто совет. Не зная, чему удивляться, совету этому или тому, что Ринат не оказался еще и сетевым торговцем, Игорь с некоторым удивлением посмотрел в лицо бухгалтера и наткнулся на два отчетливых своих отражения в его близких очках.

— Я серьезно говорю, — сказал Ринат, — ты ведь астенический тип. Я тут уже несколько лет работаю, всегда почему-то астенических людей набирают, а вы потом с катушек съезжаете через несколько месяцев. Ты вот здраво насколько хорошо сейчас свое состояние оцениваешь?

— Нет, ну не фонтан, конечно, — признался Игорь. — И с катушек я как бы съезжаю, но не из-за работы, а мы с женой цапаемся. Если бы не работа, я даже не знаю, куда бы и податься.

— Фигня, — категорично отрезал Ринат и откинулся на своем офисном кресле, видя слегка дрогнувшее лицо Игоря, он повторил: — Нет, правда, фигня. Помиритесь еще десять раз.

— Да я понимаю, что помиримся, не первый раз уже, но просто бесит эта вот тягомотина, эта игра в дочки-матери какие-то.

— Ты проще смотри на это дело, ты женщин все равно не поймешь, — сказал Ринат. — Моя вон с Мишей переспала, и что мне ему теперь, стрихнин в суп подсыпать?

Игорь попытался прикинуться удивленным изменой жены Рината.

— Да ладно тебе, — махнул рукой Ринат, — весь отдел знает, а ты не знаешь.

Игорь тоже в ответ махнул рукой, но этак покаянно.

— Но мы ведь не бразильский сериал, — сказал Ринат серьезно. — Она меня из синей ямы вытащила, мы двадцать лет вместе, даже двадцать два, у нас три дочери. Сдается мне, правда, что средняя не от меня. И что теперь. Бегать с топором за ней? Она устраивает сцены, но на то она и баба. Я ей сказал, что она дура, что она бы еще с Александром переспала, — вот и вся сцена.

Игорь сдержался, чтобы не сказать, что он бы так не смог.

— Так-то, Ринат, я извиниться зашел, — сказал Игорь.

— За что? — спросил Ринат.

— Ну, во-первых, я хуже о тебе думал, как сейчас оказалось.

— Ты тоже парень хороший, — перебил его Ринат, — но я перед тобой и всеми вами тоже должен, наверно, извиниться.

— А ты-то за что?

«Это мы тебя тогда на пьянку не взяли», — чуть не добавил Игорь.

— Ты вот обо мне плохо подумал, — сказал Ринат, — а ведь я вообще о вас не думаю. На работе еще, может, услышу кого в коридоре, какая-то мысль промелькнет. Или когда на дело уезжаете, хочется, чтобы все нормально прошло, но только я сажусь в машину до дома — все. Вы у меня из головы исчезаете до следующего дня. Так, наверно, нельзя. Да? Человеком-канцелярией быть — это западло, наверно. Но я, когда бросил пить, таким стал, ничего с собой поделать не могу.

— И еще одна вещь, — нерешительно встрял Игорь в исповедь Рината, от которой Игорю почему-то стало неловко.

— Да? — заинтересованно спросил Ринат, хотя в лице его не появилось ни капли заинтересованности.

— Ну, я на летучке тогда посоветовал насчет музея, мне показалось, что тебе неприятно было, что это я предложил, — выдохнул Игорь.

— Ничего подобного, — улыбнулся Ринат. — Я сразу понял, кому придется впрягаться, если твою идею примут. Идейка, правда, хороша. Тут уж на себя нужно обижаться, что она в голову не пришла. Но за то, что ты Молодого заставил жопу от кресла оторвать, — честь тебе и хвала. Я ведь раньше в военкомате работал, поэтому мне его морда призывного возраста чисто органически покоя не дает. Мы с ним как кошка с собакой по чисто биологическим причинам.

Через несколько дней Сергей Сергеевич, нервно смеясь, сообщил, что вся эта срочная придумка с музеем прошла впустую — прокурорскую проверку по каким-то причинам отложили чуть ли не на июль будущего года.

Игорь зашел в допросную, поднял глаза от конверта с вопросами, и у него чуть не подкосились ноги, потому что в первый момент ему показалось, что к креслу пристегнута его жена. Это был очень неприятный момент. За короткий промежуток времени, пока длилось узнавание, Игорь успел продумать план побега и бегства из города.