– Это понятно, - я поморщился.
– Но что они говорят императору?

– А говорят они, Саня, что больно много воли вы себе с Семеновым взяли, да и я заодно с вами. Сами воюете и богатеете, налоги не платите и сманиваете из Метрополии людей, ведете самостоятельные переговоры с другими государствами и имеете собственные вооруженные силы, флот и казну. Того и гляди банки-казначейства откроете, монету с банкнотами печатать начнете, а потом вообще отделитесь от империи.

– Да я же ничего такого...

– Неважно, - перебил меня тесть и рубанул воздух своей единственной рукой.
– Плевать в столице хотели, что вы с Семеновым вернейшие слуги императора. Важно, что ему в уши нашептывают. И если поначалу, как говорят мои источники, он слушал речи молодых советников с равнодушием, сейчас многое иначе. Так что держись, Саня, и готовься к новым проблемам. Это только начало.

– Да куда уж дальше? Что еще?

– Ты меня слушаешь или нет? Ты не платишь налоги. Вот и зацепка. Через годик, если не раньше, жди в гости налоговых инспекторов, которые приедут и опишут все твое имущество. Затем снова попытаются твой молодняк в столицу вытащить. Только будет это уже не рекомендация, а приказ. Ты понял, ради чего это?

– Заложники?

– Так точно.

– Как-то это все неправильно, не по чести.

– Ты про честь решил вспомнить, Саня? А когда Симаковы аннексировали лучшие районы Донского царства, по чести было? Когда на Кавказ полезли и помимо персов всех несогласных горцев мочили, по чести? Или может напомнить, как ты и подобные тебе служаки ликвидировали конкурентов будущего императора? Запомни, Сашка, и детям своим передай, если я не успею, любое государство похоже на ОПГ (организованную преступную группу). Особенно если во главе государства единоличный авторитарный политик со своим собственным кланом. Это факт и не пытайся со мной спорить.

– А я и не буду спорить. Лучше подскажи, как поступить.

– Мы, ты и я, а так же Семенов, в одной лодке. Но ситуацию воспринимаем по-разному. В "Гибралтаре" треть колонистов и половина войск напрямую подчиняются Метрополии, а еще у Семенова на родине большая семья, через которую на него можно надавить. Значит, он бунтовать не станет. А вот мы с тобой можем...

– Я не собираюсь поднимать мятеж и отделяться от империи, - теперь уже я перебил Бурова.

– Не о том речь. Отделяться не надо. А отстаивать свои права и обозначать собственную позицию придется. Или ты согласен отдать своего сына, моего старшего внука, в заложники и платить налоги, которые с каждым годом будут увеличиваться?

– Нет.

– Тогда давай думать, как тебе и мне хорошо сделать. Давай поразмыслим, как проскочить между теми, кто захочет вытянуть из нас накопленное непомерным трудом, нажитое своим горбом. Как ты к такой постановке вопроса относишься.

Я колебался недолго и кивнул:

– Согласен.

– Отлично, Саня. В таком случае после похода обсудим сложившуюся ситуацию более подробно и подумаем, что можно сделать.

Буров меня оставил, а я снова долго думал о будущем. Неужели Кара прав? Скорее всего, так и будет. Нашу колониальную вольницу при любом раскладе должны были ограничить и такой момент настал. Но зачем же делать это так резко и грубо? В столице могли бы дать нам еще пару годков на развитие. Так что зря император и его советники поступают подобным образом. Очень зря. Ведь мы не враги, а угрозу со стороны Средиземноморского Альянса, пусть даже между нами и мир, никто не отменял. И если раньше я был готов порвать за нашу империю любого врага, пролить кровь и рискнуть жизнью, сейчас все меняется. И в следующий раз, когда наши услуги понадобятся далекой родине, надо крепко подумать, стоит напрягаться или лучше постоять в сторонке.

Ну да ладно, всему свое время. Когда начнут всерьез прижимать, тогда и посмотрим, кто и кому больше нужен. Мы империи или империя нам. Кара что-то задумал, наверняка, не сам, а с подачи олигархов, которые продолжали его поддерживать и спонсировать. Да и Семенов не так прост, как кажется, наверняка, тоже что-то себе кумекает. А я их послушаю, прикину все риски и выберу наилучший вариант...

Наконец, объединенная эскадра покинула Передовой. Мы выскочили в океан, подкрались к берегам Британии, и операция пошла, как по маслу. На сушу высадились разведчики и восемь разумных псов, дети Умного и Лихого. Наши воины без особого труда сняли вражеских наблюдателей и захватили порт Ньюпорта. Что сразу вызвало интерес, кораблей не было, и охраняли порт ополченцы, всего один взвод. То же самое в Бристоле, который стал нашей временной базой. Странно это и пока производилась высадка десанта, я лично допросил пленных.

Мавры не упирались и рассказали все, о чем знали или только догадывались. Однако полезной информации было немного. Месяц назад в Ньюпорте находился сейнер и бронекатер, а в Бристоле стояли три хорошо вооруженных патрульных судна. Порт восстанавливался силами рабов, и в гарнизоне каждого порта находилось по две роты регулярной армии с бронетранспортером и минометами. Ничто не предвещало перемен, пока из Бирмингема не поступил срочный приказ, о содержании которого знали только командиры подразделений и кораблей. После чего суда покинули юго-западные гавани, и ушли в неизвестном направлении, а регулярную пехоту сменили ополченцы. Куда двинулись корабли не ясно, а пехота неаправилась к Бирмингему.

С чем связана такая срочная передислокация боевых единиц гадать бессмысленно. Видимо, у мавров появился какой-то враг, помимо нас. Может они все-таки готовят нападение на германский анклав? Тогда их суда и большая часть воинов в Ливерпуле. А если нет, кто тогда стал противником герцога Магомеда? Плевать! Главное - мы благополучно высадились на берег, потерь нет и до вражеской столицы с учетом плохих дорог и блокпостов, которые придется разрушать, всего сутки марша.

Ночь пролетела незаметно, и наступил хмурый британский рассвет. На выезде из порта выстроилась механизированная колонна, во главе которой находились бронетранспортеры, и командиры ждали моей команды. Они смотрели на меня, а я прислушался к своему шестому чувству и, пока еще не понимая, что на самом деле происходит в Британии, сам для себя определился, что это будет самая удачная операция в моей пиратской карьере.