Только, если… ладно, может, он жив? От этой мысли мое сердце бьется быстрее, и все это время Чейз пристально наблюдает за мной.

Могла ли произойти ошибка? Может, в больнице ошиблись, и на самом деле он не умер?

— Это что-то типа «шестого чувства»? — спрашиваю я. Он в буквальном смысле сидит на моей кровати, глядя вверх на меня. — Я тоже мертва? — пробежавшись руками по своему телу, я ощущаю под ладонями собственные грудь и ноги. (Примеч. «Шестое чувство» — мистический триллер с Брюсом Уиллисом в главной роли»).

Он качает головой, а потом кажется, будто он глубоко вдыхает.

— Нет, — говорит он, отвечая на мои мысли.

Я делаю маленький шаг назад.

— Тогда как я могу видеть тебя и слышать? И, подожди, ты можешь слышать мои мысли?

Черт… это не круто. Это совсем не круто. Это может привести к чертовой куче проблем.

О, Боже, он также может видеть и мои сны?

Чейз улыбается.

— Могу.

— Ты может слышать мысли всех?

— Нет… только твои, — он сидит, прислонившись к изголовью моей кровати. Его голос тихий и спокойный, такой, каким, как я помню, он и должен быть. — Я не знаю, как или почему, но я могу слышать твои мысли.

Он может слышать меня, но не может слышать свою собственную маму, почему?

— Я не знаю. Просто это работает именно так.

— Другие могут видеть тебя?

— Нет. Я имею в виду, я могу видеть всех, просто у меня нет с ними той связи, которая есть с тобой.

— Так что, даже Тейлор не может тебя увидеть?

Пожалуйста, скажи «нет».

— Нет, — говорит он, снимает свою бейсболку и кладет ее на кровать. — Только ты.

Почему мне это нравится?

Черт, он может слышать мои мысли. Перестань думать.

— Тебе это нравится потому, что я всегда любил только тебя.

В поисках ответа, я пытаюсь поймать взгляд его карих глаз, направленный прямо на меня.

— Я не знаю… я имею в виду, Чейз, как все это происходит?

— Я здесь для тебя, Куинн, — он медленно моргает, раздосадованный тем, что ему приходиться разъяснять все это. По крайней мере, мертвый он такой же, каким был при жизни, его так же легко вывести из себя.

— Но зачем?

— Это зависит от тебя.

Мне по-настоящему неловко от всего этого. Должно быть, я сплю. Я просто… просто должна спать. Ты не можешь просто видеть мертвого бывшего парня. К сожалению, это мой не первый опыт — потерять кого-то, кого я люблю, но после смерти родителей я никогда их больше не видела. Я имею в виду, в то время я предполагала, что они наблюдают за мной, особенно в те моменты, когда я делала что-то, чего делать не должна была. Но я ни разу не думала о том, что могу их видеть или говорить с ними.

И, черт возьми, представлять, что они могут слышать мои мысли.

Бедные мои родители.

Чейз усмехается, развлекаясь над моими предположениями, и мой взгляд возвращается обратно к нему.

— Мне, правда, не нравится, что ты можешь слышать мои мысли.

Он ухмыляется.

— Мне, вроде как, тоже.

Быстро моргая, я качаю головой, мне все еще не по себе от того, что я вижу.

— Посмотри на меня, — шепчет он мне на ухо, его дыхание щекочет мое лицо. — Я здесь. Ты видишь меня не случайно.

Его голос достаточно тихий и расслабляющий, чтобы я закрыла глаза и позволила его словам проникнуть внутрь.

Делаю несколько глубоких вдохов. Мой разум хочет верить ему, и я верю, но я так устала, и мое сердце прямо сейчас так сильно болит.

— Зачем?

Сделав шаг вперед, он становится рядом со мной.

— Я здесь потому, что ты нуждаешься во мне, — он обхватывает ладонями мое лицо, и я узнаю эти прикосновения. Я верю в эти прикосновения. — Помнишь, в моей комнате… ты сказала, что нуждаешься во мне, так? Вот, что это. Я на самом деле здесь, для тебя.

— Почему сейчас? Когда умерли мои родители, здесь никого не было.

— Это неправда, — он качает головой, а я кладу свою ладонь на его грудь, желая прочувствовать каждую частичку Чейза. — Кто поддерживал тебя, пока ты плакала, Куинн? Я. Я это делал. Эта связь между нами была даже тогда.

Он прав, он делал это часами, днями, так долго, пока я нуждалась в нем, а в то время ему было только одиннадцать лет.

Я делаю шаг назад и смотрю в его глаза.

— Я не могу с этим справиться, Чейз, — прижимая подушечки пальцев к глазам, я глубоко вдыхаю. — Моя жизнь развалилась на части. Все ненавидят меня, и я не могу вернуться обратно в эту школу.