В первый же вечер отпуска мы всей семьей собрались посетить Королевский Холл, самый престижный и известный столичный театр. Исключение составлял Фанг, уже накормленный ужином и отправленный в детскую под бдительным надзором своих нянь. Мы с супругой стояли у подножья парадной лестницы особняка, ожидая выхода родителей. Нынешним вечером театры столицы отмечали начало нового сезона, и моя мама, завзятая театралка, сочла необходимым присоединиться к нам с Ньонг, благо, размеры нашей семейной ложи позволяли насладиться спектаклем куда большему количеству людей.

Сквозь большие парадные двери было видно лимузин, поданный расторопным отцовским водителем. Наконец на лестнице появились родители, практически одновременно с боем старинных напольных часов, когда-то вошедших в приданное моей пра-прабабушки. Да, точность — вежливость королей, сразу видно старую школу. Едва родители подошли к нам поближе, мы с Ньонг склонились в традиционном приветствии младшего дворянина старшему. Отец с матерью машинально ответили, но я тут же оказался в ласковых объятиях мамы.

Если в течение дня мне несколько раз удавалось увидеться с отцом, пересекаясь на различных брифингах, совещаниях, а зачастую, просто обедая в его кабинете, то с мамой я практически не встречался. Я уезжал в офис рано утром и приезжал весьма поздно, регулярно опаздывая на семейный ужин.

— Сынок, папа сказал мне, что ты решил отдохнуть в ближайшие пару недель? — спросила мама.

— Да, мам, и мы с Ньонг решили в этот раз никуда не ехать, так что я проведу эти дни дома.

— Вот и отлично, — улыбнулась мама, — значит, завтра я жду вас троих на завтрак, в восточной беседке, хорошо? — и, не дожидаясь от меня ответа, тут же добавила: — Имей в виду, возражения не принимаются, я так давно тебя не видела, что успела соскучиться!

— Хорошо, мама, я и не думал возражать, мне тоже хочется посидеть рядом с тобою, как раньше.

Отец тем временем беседовал с Ньонг, с удовольствием слушая ее рассказ об очередной проделке любимого внука. Лицо отца, обычно суровое, сейчас сияло широкой улыбкой, пока он слушал новости о своем непоседе.

Вдруг отец насторожился, сосредоточенно прислушиваясь. С галереи, опоясывающей второй этаж, доносились непонятные звуки, напоминающие шум двигателя. Непонятно, откуда мог взяться двигатель на втором этаже? Шум нарастал, сквозь него я уловил чьи-то крики. Внезапно рев достиг максимума, и на верхней площадке показался игрушечный радиоуправляемый грузовик.

Совсем недавно один из высокопоставленных партнеров отца был удостоен ужина в кругу герцогской семьи и, в соответствии с традициями, поднес дары семье гостеприимного аристократа. Фангу тогда достался это самый грузовик. Понятное дело, что внуку и сыну герцогов не могут подарить какое-то барахло, но этот подарок действительно был шедевром. Модель тяжеловоза абсолютно точно воспроизводила свой реальный прототип, казалось, не было ни одной дверки или лючка, которые не могли бы открываться. При движении игрушка точно воспроизводила шум двигателя, визг тормозов и звуки сигнала. Все фары и фонари включались и горели ярким светом, ввергая Фанга в искреннейший восторг. Этот монстр игрушечного машиностроения был весьма велик, доходя мне до колена. Честно говоря, управление было достаточно сложное для двухлетнего мальчишки, и Фанг пока освоил только один рычажок, отвечающий за движение вперед.

И вот сейчас эта громадина на полной скорости вылетела на верхнюю площадку лестницы, у подножья которой стояли мы. Сзади я успел увидеть смеющегося Фанга, резво уворачивающегося от рук встревоженных нянечек. Прежде, чем я успел что- либо сказать, грузовик, подчиняясь сигналу пульта, зажатого в цепких ручонках сына, ринулся вниз. Мне ничего не оставалось, как выскочить вперед, закрывая собой маму и жену. Учитывая размеры и вес игрушки, мне очень повезет, если я отделаюсь лишь переломом обеих ног, но я не мог отойти, подставляя под удар замерших в ступоре женщин.

Ревущее, гремящее и моргающее чудовище неслось на меня вниз по лестнице. Набранная им скорость не помешала мне рассмотреть, как в кабине самосвала мечется перепуганный зверек, очевидно, запихнутый туда Фангом.

Но, видимо, все Святые оказались добры к нашему семейству, так как внезапно грузовик клюнул носом вперед и несколько раз перевернулся, теряя скорость. Перед самым столкновением я успел выставить вперед ногу, принимая удар на подошву туфли. На ногах я, конечно, не удержался, рухнув на мраморный пол вестибюля, но зато и машина остановила свое движение. От удара одна из дверец игрушки распахнулась, и из кабинки фырчащим клубком вылетел котенок. Не останавливаясь, бедный зверек промчался прямо по мне, делая затяжки на дорогом костюме и оставляя рваные глубокие царапины на моих руках. Обезумевшее животное пулей пересекло холл и выскочило на улицу, теряясь в глубинах парка. Надеюсь, инфаркта у кошек не бывает.

Внезапно наступила звенящая тишина. Я еще сидел на полу, потирая ушибленную ногу, с верхней площадки лестницы на нас смотрел Фанг, наконец-то удерживаемый за пижамку самой ловкой служанкой. Отец поддерживал по локоток маму, которая держалась за сердце.

И тут вперед выступила Ньонг. Я никогда не видел ее такой до этого. Казалось, на моих глазах оживает старинная легенда о деве из благородного рода, которая вывела на поле боя армию вассалов, без трепета приняв на себя роль Повелителя Битвы. Всего несколько резких команд, и Фанга бережно, чтобы не испугать, берут на руки, а мама уже сидит на стуле, резво притащенном лакеем. Еще одна команда, и тот же лакей стремглав несется к лимузину, как к ближайшему месту хранения аптечки. В тоже мгновение Ньонг оказывается стоящей на коленях рядом со мной, быстро и внимательно осматривая мои раны и осторожно ощупывая пострадавшую ногу. Еще через минуту в парк устремляется целая команда слуг с приказом найти котенка неимоверно редкой и дорогой породы, мама получает порцию сердечных капель, а папа рюмку крепкой сливовицы. Меня бережно тянут вверх ее сильные, но нежные руки, а сама Ньонг облегченно вздыхает: "Все цело", заодно успокаивая и родителей.