– О да, он талантлив настолько, что с легкостью взломал защиту башни, которую не мог открыть никто, кроме самого Алана. Пойми, Алиас, эльфам не нужны конкуренты, особенно в тех сферах магии, где они привыкли считать себя самыми могущественными. Тебе повезло, что некромантия им в принципе неподвластна. Только поэтому они терпят и тебя, и твоих коллег, какими бы сильным волшебниками вы ни были. А вот открывающая магия — совсем другое дело.

– Почему же ты не вмешался?!
– Алиас остановился, схватил короля гоблинов за плечи и затряс, как куклу.
– Он ведь тебе жизнь спас, неблагодарная ты сволочь!

– Не кричи на меня, - Джарет вывернулся из хватки Драккони и спокойно пошел дальше.
– Жизнь мне спас ты, а Герберт был просто инструментом. Универсальной отмычкой. Да, мне жаль, что этот инструмент сломают. Было бы полезно иметь его под рукой.

– Тогда сделай что-нибудь! Алан тебе должен.

– У меня и без того есть, что потребовать у него в счет этого долга.

– Но ты должен и мне, - они уже стояли у дома некроманта, и Алиас лихорадочно думал, как сформулировать свое желание, чтобы Герберт не оказался в еще большей беде.
– Я хочу, чтобы ты спас Герберта, если он действительно нуждается в спасении.

– Алиас, может хватит наступать на одни и те же грабли?
– Джарет изломил бровь.
– Впрочем, изволь. Я выручу твоего вампирчика из беды, но при одном условии. Ты будешь заниматься с ним еще год, и заниматься серьезно, чтобы все азы магии он знал на отлично. А потом я его заберу. И будь уверен, сделаю из него бриллиант чистой воды.

– Но если он тебе нужен, почему же...
– Алиас замолчал и покивал своим мыслям.
– Понятно. Джарет, ты...

– Продолжай, - вкрадчиво пропел король гоблинов.

– Ты очень хорошо умеешь играть в бильярд, - закончил Алиас. Инстинкт самосохранения хоть и с опозданием, но достучался до сознания своего хозяина. Можно разок назвать сволочью короля гоблинов и не превратиться в куст терновника, но не следует повторно искушать судьбу.
– Я согласен. Но ты уверен, что Герберт жив? Ведь уже два дня прошло!

– Не паникуй. Насколько я знаю своего братца, жизни Герберта пока что ничего не угрожает. А вот за его рассудок можешь начинать волноваться. Ладно, ладно, уже лечу за ним, - Джарет крутнулся волчком и исчез.

Алиас сел на нижнюю ступеньку своего крыльца. Он знал кое-что о возможностях Алана и его склонности пытать не тела, а души своих врагов. И теперь ему оставалось лишь надеяться, что Джарет не опоздает.

Герберту казалось что еще час, да что там, еще десять минут в этих белых стенах, и он сойдет с ума. Сколько он бродит здесь, вампир не знал. Должно быть, не меньше недели. В лабиринте не было ничего, кроме голых стен и одинаковых дубовых дверей с бронзовыми ручками-кольцами. Открывать их не составляло труда, и Герберт не сразу понял, что подвох заключается в полнейшей невозможности определить, открывал ты уже очередную дверь или нет. Герберт пробовал оставлять царапины на стенах и дверях, но они тут же исчезали. Рано или поздно любой, заключенный в этот лабиринт, начинал подозревать, что движется по кругу, но проверить свои подозрения не мог. Эта неопределенность сначала выводила Герберта из себя, а потом ему стало страшно. Даже в Лабиринте короля гоблинов не было так плохо. Там всё время что-то происходило, менялось, там не было этой невыносимого однообразия.

От блужданий по коридорам Герберт устал так, что ноги едва держали. Очень хотелось спать, но уснуть он боялся. В какой-то момент Герберт не выдержал. У него началась истерика, с воплями и слезами. Надежда отыскать выход окончательно его покинула. За собственными всхлипами Герберт не сразу расслышал легкий звон, но тот становился всё громче, настойчиво пробиваясь к ушам самозабвенно рыдающего вампира. Герберт притих и попытался понять, откуда слышится звук. С удивлением понял, что из его кармана. Зеркальце? Он достал его и раскрыл. Из верхней створки Герберту улыбнулся Джарет.

– Доброй ночи, Берти! Как у тебя дела? Впрочем, можешь не отвечать, сам вижу, что реальность оказалась далека от твоих мечтаний.

– Помоги мне, - взмолился Герберт.
– Я не могу больше! Я с ума здесь сойду! Это...

– Я знаю, где ты, - прервал его король гоблинов.
– Что ж, теперь тебе известно, как эльфы относятся к магам, хоть в чем-то превосходящим их самих. Даже потенциально.

– Спаси меня!
– Герберт всхлипнул.
– Я сделаю что угодно, только вытащи меня отсюда!

– Что угодно?
– Джарет приподнял бровь.
– Я это запомню, Берти. Успокойся, скоро я за тобой приду.

Изображение короля гоблинов исчезло. Теперь Герберт видел лишь свое лицо с покрасневшими глазами и распухшим носом. Это зрелище привело его в ужас. Но зато он нашел для себя занятие, позволившее отвлечься от окружающего кошмара.

Ликвидация последствий от нашествия гадов земных и водных на владения темных эльфов наконец-то завершилась, так что Арден мог позволить себе расслабиться и заняться более приятными делами. К примеру, навестить графа фон Кролока. Вечер — самое лучше время для свиданий. Король эльфов придирчиво осмотрел свой богатый гардероб, выбрав из всего великолепия самую простую одежду - льняную рубашку с плетеными кружевами, облегающие брюки и полусапожки из серой замши. Повертелся перед зеркалом, поправляя прическу. Ах да, еще плащ прихватить. А то будет, как в прошлый раз. Арден очень хорошо запомнил, какими глазами на него смотрели придворные, когда он вернулся во дворец, закутанный в мантию фон Кролока, под которой не было почти ничего из одежды.