— Ну и ладно, завтра посмотрю.

— Как завтра? — удивился едва не загнавший коня Петька, но я уже не слушал его.

— Вот что, красавицы, мне тут сообщили, что послы персидские прибыли с дарами от шаха. В числе прочего там звери диковинные… я вот к чему речь веду. Хотите на слоне покататься?

Мой вопрос вызвал среди девушек неподдельный интерес, и даже не понимавшая по-русски малышка Марта оживилась и стала с интересом прислушиваться к разговору. Так беседуя, мы двинулись к дому, а за нами потянулись и остальные.

— А как же венец царский? — изумленно пробормотал юный Пожарский, огорошенный таким невниманием к реликвии.

— На-ка вот, испей, добрый молодец, — прервала его размышления Машка, притащившая откуда-то ковш с водой.

— Спаси тебя Христос, — поблагодарил княжич, утолив жажду, во все глаза таращась на нее.

Вправду сказать, посмотреть было на что. Начинающая взрослеть девочка была чудо как хороша. В новом сарафане, украшенном искусной вышивкой и изящных башмачках козлиной кожи, она выглядела старше своих лет, а небесно голубые глаза и толстая коса цвета спелой пшеницы запросто могли лишить покоя и более зрелого человека, чем юный рында. А уж свободная манера держаться и вовсе била наповал.

— Не мешай им теперь, — улыбнулась она, довольная произведенным эффектом, — занят государь.

— Это чем же? — удивился Петька, уверенный, что для государя ничего важнее короны быть не может.

— Любовь у него, — как о само собой разумеющимся пояснила Маша.

— Какая еще любовь?

— Подрастёшь — поймешь, — отвечала она с лукавой усмешкой, от которой младшего Пожарского бросило в жар, и двинулась вслед за всеми остальными.

— Погоди, как зовут то тебя? — запоздало крикнул он ей вслед.

— На что тебе? — насмешливо отозвалась она и, как бы невзначай тронув золотую сережку в ухе, забежала в дом.

— Марья ее зовут, — пояснил ему слуга, запирая ворота.

— Марья, — блаженно улыбаясь, протянул тот, — и почему я ее раньше не встречал?

— Должно, Господь тебя хранил до сего дня!

Конец?