Если честно, мне начинает казаться, что я схожу с ума.

Я поворачиваюсь к Сиси. Она выглядит глубоко поглощенной в беседу с милым парнем.

Решив, что хочу в туалет, я ловлю ее взгляд и одними губами проговариваю ей о своём походе в уборную.

В ответ она показывает на пол, давая понять, что будет на месте, когда я вернусь.

Большим пальцем, поднятым вверх, я подтверждаю своё согласие и направляюсь к дамским комнатам.

Я пробираюсь сквозь толпу и следую по коридору к уборным. Табличка на стене указывает, что слева мужской туалет, а справа – для женщин и инвалидов.

Здесь как-то жутковато. Свет паршивый, от стен отскакивают звуки басов, создавая ощущение, будто это сцена из фильма ужасов про зомби.

Достигнув конца коридора, я сворачиваю направо, и в это ты момент мои шаги замедляются, в то время как сердце набирает обороты.

Кас.

Он стоит возле комнаты для инвалидов, прислонившись плечами к стене.

Он одет в синие джинсы и белую рубашку. Рукава подкатаны, обнажая потрясающие предплечья – я могла бы поиграть с его руками, – его волосы распущены и заправлены за уши.

Выглядит он потрясающе.

Но мне-то какая разница?

Вот до чего мне есть дело, так это, что он тут делает?

— Что ты здесь делаешь? — озвучиваю я свои мысли.

Он отталкивается от стены, становясь ровно.

— И тебе привет.

Я смотрю на него.

— Привет. Так что ты здесь делаешь?

Он склоняет голову набок.

— Мне нужно было воспользоваться уборной.

— Я имею в виду клуб. И, в любом случае, мужской туалет в другой стороне.

Я показываю в том направлении.

Улыбка касается уголков его губ. Он складывает руки на груди. Ткань натягивается на его бицепсах и становятся видны вены на его предплечьях, которые выглядят очень... "лизабельно".

Но мне все равно.

Да, конечно, именно так, Дэйзи.

— Где твой ухажёр? — спрашивает Кас.

Во мне внезапно вспыхивает чувство вины, но оно быстро сменяется подозрительностью.

Я прищуриваюсь, глядя на него.

— Откуда ты знаешь, что у меня сегодня свидание?

Он пожимает своими потрясающими плечами.

— Я босс, до меня доходят слухи.

— Что ж, тогда тебе следует знать, что мое свидание было отменено по причине того, что твои лошади разбежались и мой ухажёр был вынужден ехать и ловить их.

— Точно. Это досадно.

Мать твою!

— Звучит так, будто ты действительно расстроен.

Уголки его губ поднимаются вместе с плечами.

Мои глаза еще больше сужаются.

— Это ведь был ты? Ты выпустил лошадей.

Это не вопрос. Я знаю, что это его работа. Могу видеть это в его глазах.

Подонок.

Он оскорбленно смотрит на меня, но эта идиотская улыбка все ещё играет на его губах.

— И зачем, ради всего святого, мне это делать?

— Кто знает? — я вскидываю руки. — Чтобы испортить мне ночь? Чтобы позлить меня? Кто знает, зачем ты вытворяешь такое? Может, тебя заводит делать мою жизнь невыносимой.

Или он ревновал.

Меня?

Не похоже.

Я позволила этой мысли упорхнуть в темноту.

Он долго смотрит на меня, прежде чем сказать низким, хриплым голосом:

— Поверь мне, Дэйзи, когда я говорю о том, что меня заводит, я точно не имею в виду делать твою жизнь невыносимой.

Ох... вау.

Но я не позволяю его словам влиять на меня. Я удерживаю выражение своего лица и позволяю гневу сочиться.

— Нет? Получается, что ты делаешь мою жизнь невыносимой ради развлечения.

Что-то меняется в его лице, и он отводит от меня взгляд.

— Я правда делаю твою жизнь невыносимой? Его голос необычно тихий.

Я обнимаю себя руками.

— Ну, может, не невыносимой... но я также не могу сказать, что ты освещаешь мой день.

Ну, кроме тех моментов, когда ты меня целуешь. Но после этого ты сбегал и портил момент.

Он переключается на свои ноги.

— Я не хотел быть уродом по отношению к тебе.

Его взгляд возвращается ко мне, и в нем появляется некая серьезность.

— Ну, тогда не будь. — Мягко отвечаю я.

Он вздыхает, переводя взгляд на стену.

— Это непросто.

— Это настолько просто или настолько сложно, насколько ты сам делаешь это таковым.