Я открываю новую вкладку и вбиваю: Кастор Мэтис, Хейли Халливел, убийство, 2009.

Я просматриваю новостные ленты, но ни в одной из них не упоминается имя Каса. Я удаляю запрос и ввожу: Хейли Халливел, 2009, раскрытое преступление.

Я кликаю на первую ссылку, датированную 6 июня 2010 года.

Год спустя полиция все ещё ищет свидетелей жестокого изнасилования и убийства Хейли Халливел, чтобы продвинуться в расследовании. Халливел, которой на тот момент было 17 лет, посетила свой выпускной бал, а затем пошла прогуляться в Гайд-Парк. Ее тело было найдено прохожим. Она была изнасилована и убита. До этого момента не найдены подозреваемые в совершении ужасного преступления, которое потрясло общественность.

Они так и не нашли убийц. Ее убийство осталось нераскрытым. Нигде не упоминается, жив ли второй человек, или умер. Но я предполагаю, что жив; в противном случае, они бы назвали его или ее имя. И это преступление было бы известно не только как убийство Хейли Халливел.

Кас знал и, вероятно, любил девушку, убитую таким жутким способом. И, вполне может быть, он был с ней в ночь убийства.

Мой телефон зазвонил, напугав меня.

Я поднимаю его и вижу, что звонит Джесс.

Я несколько раз вздыхаю, заставляя свой голос звучать нормально.

— Эй, привет. — Говорю я в трубку. — Как твои дела?

С самого инцидента с воровством в магазине между мной и Джессом наладились отношения. Мы общаемся почти каждый день и регулярно переписываемся по СМС.

— Привет. Чем занимаешься?

Мой взгляд мечется к экрану ноутбука.

— Ах, просто смотрю телевизор. Сиси допоздна работает. А ты что делаешь?

— Возвращаюсь с тренировки по футболу.

— Правда? Как прошла тренировка?

— Нормально. Я даже вижу, как он пожимает плечами при этих словах.

— Что планируешь на остаток вечера?

— Собираюсь просто расслабиться. Немного посмотрю телевизор... Я тут подумал... ладно, я тут подумал, возможно, ты бы хотела завтра чем-нибудь заняться?

Мое сердце подскакивает.

— С тобой?

— Да.

Он усмехается, и этот смех достигает моего сердца, заставляя его воспарить.

— Конечно, — отвечаю я, мой голос становится выше от волнения, — я с радостью. О чем ты думал?

— Думал, что мы могли бы сесть в поезд до Брайтона, как раньше. Могли бы провести время на пляже, если погода завтра будет способствовать. И там сейчас проходит ярмарка.

— Звучит отлично. — Улыбаюсь я. Мое сердце готово взорваться в груди. — Так мне заехать за тобой завтра? Я могу взять такси к тебе, и потом оно отвезет нас к железнодорожной станции.

— Здорово.

— Во сколько?

— А в котором часу поезда уходят?

— Мммм, не уверена. Давай так: я проверю расписание поездов и напишу тебе, чтобы сообщить время.

— Круто. Хорошо, ладно, я отключаюсь. Увидимся завтра.

— Да, увидимся.

Я сияю, когда отключаю звонок. Я прижимаю телефон к груди, чувствуя, как меня наполняет счастье.

Джесс хочет провести день со мной! Он звонил мне для того, чтобы попросить провести с ним день!

Не могу дождаться, чтобы рассказать Сиси!

Ладно, мне нужно расписание поездов на завтра.

Я открываю ноутбук, готовая искать расписание, и замираю при виде фото Хейли рядом со статьей, которую я читала.

Мое хорошее настроение мгновенно испаряется.

Она убита. И Кас мог быть тем, кто сопровождал ее в ту ночь.

То, свидетелем чего он мог быть...

От этой мысли меня начинает тошнить.

Даже если его там не было, он знал Хейли, и она была убита.

Причины сурового, грубого, злого поведения Каса теперь обретают смысл в моей голове. Потому что, если он стал свидетелем того, что случилось... и было ранение...

Я закрываю глаза перед устрашающими мыслями.

Мне следует обсудить это с ним. Но что, блядь, я скажу? В смысле, как, черт подери, завести такой разговор?

К тому же, мне не следовало знать о Хейли. Тот снимок был среди его личных вещей, а я сунула нос в чужие дела.

Кроме того, как, ради Бога, буду я объяснять, что погуглила ее, потому что ревновала и мне было интересно?

Это бы прозвучало так, будто я – гребаный сталкер.

Мне стоит лишь притвориться, будто я не в курсе.

Но как, твою мать, я собираюсь смотреть ему в глаза и притворяться, будто не знаю, какой ужас произошел с той, за которой он ухаживал?

А если он был тем вторым человеком... значит, эти ужасные вещи пережил и он тоже.

Я не могу вынести мысли о нем раненом, о его боли.