Я прекратила танцевать.

— Да, знал.

Я нежно улыбаюсь ему.

Что-то меняется в груди, и тепло распространяется по всему моему телу, посылая мурашек.

— Хочешь попробовать снова? — спрашивает он.

— Да. — Улыбаюсь я. — Только снимешь это на мой телефон?

Я иду к своей сумке и достаю из нее телефон.

— Хочу показать Джессу. Думаю, он будет впечатлен.

— Конечно. — Он улыбается, принимая гаджет.

— Тебе нужно, чтобы я открыла камеру? — спрашиваю я.

— Нет, я справлюсь.

Он сдвигается с места, с которого прежде за мной наблюдал, а я возвращаюсь в позицию, готовая бежать.

— Скажи, когда будешь готов снимать. — Говорю я, зафиксировав взгляд на гимнастическом коне.

Он не отвечает, так что мне приходится посмотреть на него, и что-то в выражении его лица останавливает мое сердце.

Он смотрит вниз на мой телефон. Смесь растерянности, гнева и боли ясно читаются на его лице.

Что с ним не так?

А затем в мой мозг ударяет понимание.

Ох, блядь... нет...

Глава 27

Я быстро двигаюсь к Касу.

Он, кажется, чувствует мое приближение, и, затаив дыхание, я смотрю, как его взгляд скользит к моим глазам.

Затем наши глаза встречаются, и я вижу его мучительный взгляд.

Он видел ее.

Фотографию Хейли. Которая все еще в моем телефоне.

Почему, твою мать, я не удалила ее? Я такая тупица.

Останавливаюсь в нескольких футах от него, не уверенная в том, что мне делать.

— Кас. — Я произношу его имя мягко, неуверенно.

— Почему... — он прерывается.

Я вижу, как злобно сжимается его челюсть. Тело напряжено, словно он борется сам с собой за сохранение контроля.

По мне пробегает дрожь. Я обнимаю себя.

— Почему это хранится на твоем телефоне? — Его голос словно гранит.

Он протягивает мне телефон.

Я вижу снимок Хейли, который я сделала с ее фотографии.

Я бледнею.

— Я... Я могу объяснить.

— Тогда, блядь, объясни! — ревет он.

Я отпрыгиваю на шаг назад.

Я и раньше видела Каса рассерженным, но это качественно новый уровень злости. Он багровый от ярости. И имеет на это право.

— Я... Я... — я не могу остановить заикание.

Все мое тело трясется от нервов. Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Я нашла снимок... случайно. Это было на прошлой неделе после нашего поцелуя в клубе и последующего за этим спора. После того, как я покинула тебя, то пошла наверх и начала заправлять твою постель. Я сбила стакан с водой с ночного столика. Затем вытирала воду полотенцем и увидела, что верхний ящик слегка приоткрыт. Я волновалась, что вода попала внутрь. Там и увидела фотографию. И... — Я беспомощно пожимаю плечами.

— Ты увидела фотографию, — говорит он низким, убийственным тоном. — Но это не объясняет, какого хера снимок делает в твоем телефоне.

Мои глаза наполняются слезами. Я облажалась так сильно.

— Я не знаю. — Мои губы трясутся. — Мне просто было любопытно... И я ревновала... и я...

— Ревновала? — кричит он, снова заставляя меня подпрыгнуть. — С какого хера тебе ревновать?

— Я... она... в смысле, Хейли...

— Ты знаешь ее имя. — Его голос тих, но таит опасность.

Я киваю, и слеза скатывается по моей щеке. Освобождаю руку и смахиваю слезу.

Кас смотрит на меня, но так, как будто прямо сейчас он меня не видит.

— Что еще ты знаешь?

Я сжимаю губы, боясь отвечать.

— Что тебе известно? — спрашивает он криком.

Я становлюсь по стойке смирно.

— Я разыскивала Хейли в интернете.

Молчание ударяет как бульдозер по кирпичам, а взгляд Каса заставляет появиться желанию свернуться и умереть.

— Ты знаешь. — Это не вопрос.

Но я тороплюсь с ответом.

— Т-только то, что было в статьях. — Мой голос дрожит на каждом слове. — Чт-что Хейли была... что она была у-убита и...

Я прерываюсь, встречаясь с его горящим взглядом.

— Что кто-то еще был с ней той ночью, человек, который тоже... пострадал.

Его глаза закрываются, как будто он испытывает сильнейшую боль. Мука искажает его красивое лицо.

Я чувствую тошноту в животе.

— Мне жаль. — Шепчу я, пока по лицу скатывается больше слез.