– И меня просили передать вам кое-что еще, – немного неуверенно сказала Дина, протягивая вторую коробочку.

– От кого это? – я уже открыла ее, увидев перед собой украшение для волос. Это была шпилька для моей прически, один из концов которой был украшен драгоценными камнями. Я провела по ней пальцем, ловя себя на мысли о том, что она невольно ассоциируется у меня с кинжалом. Маленьким и тонким как игла.

– Я не знаю, ваше высочество. Мне сказали, что это просил передать ваш друг. Этот подарок отдали вместе с подарком короля Томаса, видимо, кто-то прислал вам это.

Изучая заколку, я не нашла ни одной подсказки, даже не догадываясь, от кого это могло быть. В коробке так же не оказалось записки или карточки от отправителя.

– Мне убрать ее? – служанка протянула руку, чтобы забрать украшение.

Я еще немного подержала его в ладони, разглядывая, а потом взглянула на себя в зеркало.

– Нет, – я протянула ей заколку, – хочу использовать ее по назначению.

Она забрала украшение и аккуратно добавила его в мою прическу. На удивление заколка органично выглядела в сочетании с платьем и другими украшениями, любезно предоставленными мне королевой Фрейей.

Брат ждал меня, чтобы отвести в церемониальный зал. Казалось, он нервничал не меньше меня. Взяв его под руку, я почувствовала себя уверенней, чем минуту назад.

– Не верится, что я отдаю свою сестру замуж. – Сдержанно улыбнувшись, признался Томас. – Ты замечательно выглядишь.

– Спасибо за подарок, я не буду его снимать.

Я подавила в себе внезапный порыв обнять брата и, следуя его примеру, взяла себя в руки, чтобы выглядеть достойно и величественно, в соответствии со своим статусом и положением. Вместе мы направились в церемониальный зал, где его задачей было передать меня в руки будущего мужа. Волнение усиливалось, но как бы я не старалась контролировать эмоции, в моем горле стоял ком, а руки дожали.

Помня о своем долге, я прошла к алтарю с гордо поднятой головой, сдержанно улыбаясь. Я видела, как придворные шептались, обсуждая меня. Лица некоторых были мне знакомы, остальных лишь предстояло узнать. Но все вокруг для меня пропали, как только я ступила на постамент рядом с принцем.

Мы повернулись лицом к священнику, и он начал обряд. Слова его звучали для меня как сквозь вату и не вызывали должного трепета. Я отвечала «да» на звучавшие из его уст клятвы, но на самом деле все они оставались для меня пустым звуком, лишенным смысла. Это не значит, что я намеревалась нарушать клятву верности своему мужу или послушности, однако при этом не чувствовала, что приношу вообще какую-то клятву.

Во время таинства я не осмеливалась посмотреть на принца, но не сомневалась, что для него все это значило не больше, чем для меня. Весь этот обряд был пропитан фальшью и когда он завершился и от нас потребовалось скрепить союз поцелуем, я не испытала от легкого прикосновения его губ ничего, кроме отвращения. Когда он отстранился от меня, на его губах промелькнула усмешка, он явно насмехался над церемонией и над нашим браком в целом, однако, как и я, продолжил играть свою роль.

После церемонии вместе со всеми гостями мы направились в зал, где должен был пройти пир. Мне до сих пор не верилось, что только что я связала себя узами брака. Но сегодня мы с принцем сидела во главе стола, и каждый придворный по очереди подходил к нам, чтобы поздравить и преподнести свой дар.

Слуги тут же уносили подарки в другую комнату, а я уже чувствовала, как болят мои губы из-за широкой улыбки. Гостей было так много, что поток поздравлений никак н иссякал. Наконец последний из придворных отошел от нашего стала. Тут же заиграла веселая музыка, праздник переходил к менее официальной части. Я облегченно выдохнула, откидываясь в своем кресле и безмерно радуясь тому, что мне больше не нужно улыбаться. Посмотрев на мня, принц неожиданно наклонился ближе. Я вздрогнула, почувствовав, как его губы коснулись моей щеки, но после поцелуя он шепнул мне совсем не ласковые слова:

– Не забывай, ты должна выглядеть счастливой, а не измученной, дорогая женушка. Давай потанцуем, все ждут этого от нас.

Он поднялся с кресла, приглашая меня на танец. Я вложила свою ладонь в его руку и вышла из-за стола, придерживая платье. Танцевать мне не хотелось, но как выразился принц, теперь главным словом моей жизни было «должна» и сейчас я должна была танцевать. Пространство вокруг нас тут же опустело и послышались хлопки. Старясь улыбаться, я кружилась в танце вместе с принцем и неожиданно споткнулась, поймав на себе взгляд лорда Берта. Его лицо тут же слилось с множеством других лиц, но я сама отыскала в этой толпе мужчину и заметила рядом с ним Фрейю. Королева и советник пристально наблюдали за нами. Удерживать на лице улыбку стало сложнее.

– Думаю, хватит, – пробормотала я, взглянув на принца, – у меня закружилась голова.

– Хорошо, – покорно согласился он, тоже не горя желанием изображать праздное веселье. Мы вернулись обратно за стол.

Улыбаясь куда меньше я наблюдала за придворными, решив, что изображать интерес к танцам куда проще чем искреннюю улыбку. Вскоре между нашими стульями склонился король Сергун.

– Дорогая Алис, вы совсем ничего не едите, – дружелюбно обратился он сначала ко мне.

– Волнение, ваше величество, – смущенно ответила я. И не лукавила, кусок в горло действительно не лез.