– Почему здесь? – не отставала я, наблюдая, как парень обходит комнату, внимательно изучая взглядом каждый ее сантиметр.

– Он же был здесь, – Гален наконец-то отвлекся от своего созерцания и посмотрел на меня. – Чем хуже я?

– Ревнуешь? – изумилась я.

Парень расхохотался.

– Скорее злюсь, – Гален подошел ближе, теперь уже изучая меня с насмешливыми искорками в глазах. – Я не люблю, когда прикасаются к моим вещам.

– Я не твоя вещь, – стоило бы уже не удивляться такому поведению, но сравнение все равно было оскорбительным.

– Ты моя жена, – пояснил Гален как само собой разумеющееся, словно два этих понятия были тождественны. Пока я была поглощена собственным возмущением, он взял со стола незаконченное письмо.

– Отдай, – я следовала за ним, пытаясь вырвать листок, но он проворно отступил назад, пробегаясь по тексту взглядом.

– Надо же, а ты оказывается большая лгунья, тебе, значит, прекрасно живется и я заботливый муж.

– Можно подумать что-то изменится, скажи я правду, – хмуро заявила я, отбирая письмо обратно. Гален уже не сопротивлялся, он увидел все что хотел.

– Нет, это умно, твои письма наверняка читают перед тем как отправить. Не думаю, что твоему брату позволили бы узнать больше чем стоит. Война никому не нужна. Хотя он слишком молод и занят политикой, как и мой брат. В конце концов, когда политические браки были счастливыми?

Заканчивал свою фразу он уже из спальни, куда я проследовал за ним. Он изучал комнату настолько пристально, что мне стало не по себе.

– Что ты ищешь? – спросила я, пытаясь понять мотивы его действий.

– Просто изучаю, – на лице Галена появилась усмешка, – было бы неприятно узнать, что за моей женой подглядывают. Думаю, я бы сильно разозлился…

Мне окончательно стало не по себе.

Оставив стены в покое, принц стал стягивать с себя рубашку, судя по всему, действительно собираясь лечь спать. За рубашкой последовали скинутые ботинки. Я отвернулась, собираясь вернуться к письму, как вдруг дверь открылась и на пороге показалась служанка. По инерции она вступила внутрь и тут же застыла, заметив, что я не одна. Дина густо покраснела и опустила глаза в пол, чтобы не видеть принца, который, я не сомневалась, уже избавился от большей части своего гардероба. Повторяя извинения, она вышла за дверь, закрывая ее за собой.

– Берт сегодня получит занимательную сказку перед сном, – заметил Гален за моей спиной и, судя по звукам, добрался до кровати.

– Она не станет болтать, – я решила вернуться к письму утром. Повернувшись к кровати, я посмотрела на развалившегося в ней мужа. Принц лежал закинув руки за голову и наблюдая за мной. Судя по безмятежному виду, чувствовал он себя здесь вполне комфортно, в то время как мне было еще неуютней, чем в его комнате.

– Ты не собираешься ложиться? – спросил он у меня, продолжая наблюдать.

Промолчав, я отошла к зеркалу и стала снимать с себя украшения. Как бы меня не раздражал Гален, его присутствие здесь все же оберегало от непрошенного появления лорда Берта. В отражении зеркала я видела, как Гален продолжает неотрывно следить за мной. Чувствуя себя неуютно от его взгляда, я решила отвлечь его разговором.

– Ты, кажется, не очень-то ладишь с лордом Бертом, – я сложила украшения на стол. – Почему? Кажется, он близок с твоей семьей. Это из-за того, что он помогает Фрейе взять тебя под контроль?

Я заметила, как взгляд парня стал жестче. Он сел на кровати, окинув меня самодовольным взглядом.

– Хочешь задавать вопросы, умей оплачивать ответы.

Я растерялась, не ожидая подобных слов.

– Как? – недоуменно спросила я, не зная, что Галену от меня нужно.

– Допустим, я скажу столько слов, сколько вещей ты сможешь с себя снять.

Парень явно издевался, хотелось послать его подальше, но при этом я понимала, что он бросал мне этот вызов, уверенный, что я отступлю. Однако, если я сделаю то что он просит, принц будет вынужден дать мне ответ. Он вновь расслабленно откинулся на подушки.

– Почему в твоей комнате нет вина? – разочарованно протянул он. – Хочется выпить.

Я проигнорировала его слова и начала развязывать платье, мысленно считая, сколько вещей на мне надето.

– Раз, – платье упало на пол, и я осталась в одной нижней рубашке, – два, – я сняла и ее тоже, – три, – я скинула с ног мягкие туфли, в которых ходила по дворцу, – четыре, – я стянула трусики, последнее, что на мне осталось. Побороть стеснение было трудно, но не сложнее, чем в первый раз, когда я оказалась перед ним обнаженной, а он просто вышвырнул меня из своей спальни. Я вновь безраздельно завладела вниманием принца, который уже забыл о вине, удивленный моим поступком. Больше снимать мне было нечего, поэтому я приблизилась к постели, стараясь держаться уверенно, хотя мне и хотелось прикрыться от его взгляда. Но потом, не раньше, чем он сделает то, что обещал.