– Он вам нужен срочно?

– Нет.

Уже нет.

– Дискету, которую Фоскол прилепила к спине администратора Форсуассона, вы уже успели просмотреть? – продолжил Майлз. Он исхитрился не покоситься на госпожу Форсуассон.

– Бегло, – ответил Тумонен и посмотрел на Катриону, сведя таким образом на нет все усилия Майлза проявить деликатность. Она слегка поджала губы. – Я отдал ее нашему финансовому аналитику – полковнику, ни больше ни меньше, – которого прислали из штаб-квартиры заниматься финансовой частью расследования.

– О, прекрасно! Я как раз собирался спросить, прислали ли вам помощников, чтобы облегчить существование.

– Да, все, что вы затребовали. Техническая команда прибыла на опытную станцию примерно час назад. Оставленный Фоскол пакет – это вроде бы полный документальный отчет обо всех финансовых операциях, связанных с… э-э-э… платежами, сделанными группой Судхи администратору. Если все это не фальшивка, то данные сильно помогут вычленить схему казнокрадства из прочего мусора. Что довольно-таки странно, если подумать.

– Фоскол, вне всякого сомнения, любви к Форсуассону не питает, но наверняка все, что топит его, топит и самих комаррцев. Да, действительно весьма странно. – У Майлза было такое ощущение, что если бы его мозги в данный момент не представляли собой пульсирующий субпродукт, то он смог бы вывести из этого логическую цепочку. Ладно, займемся этим позже.

Из глубины квартиры выплыл техник СБ в черном комбинезоне с черным ящиком, идентичным тому – а скорее всего тем же самым, – что Тумонен использовал у госпожи Радоваш.

– Я закончил с коммами, сэр, – сообщил он начальнику.

– Спасибо, капрал. Возвращайтесь в контору и скопируйте файлы к нам, затем в Солстис и полковнику Гиббсу.

Техник кивнул и направился к до сих пор сломанной – как заметил Майлз – входной двери.

– Да, и, пожалуйста, направьте сюда кого-нибудь починить дверь госпоже Форсуассон, – попросил Майлз. – Может быть, он заодно сможет поставить и замок получше.

Катриона наградила его благодарным взглядом.

– Слушаюсь, милорд. И пока вы здесь, я, конечно, оставлю охранника.

Эдакую двухметровую дуэнью, надо полагать. Стоит попытаться добыть для госпожи Форсуассон что-нибудь получше. Подозревая, что уже достаточно нагрузил бедного невыспавшегося Тумонена всякими поручениями и приказами, Майлз лишь попросил, чтобы его немедленно поставили в известность, если удастся обнаружить Судху или кого-нибудь из его группы, и отпустил капитана заниматься его значительно возросшими обязанностями.

К тому времени, когда Майлз принял душ и переоделся в свой последний свежий серый костюм, таблетки сделали свое дело и он почти почувствовал себя человеком. Он выплыл из комнаты, и госпожа Форсуассон пригласила его пройти на кухню. Оставленный Тумоненом охранник торчал в гостиной.

– Не хотите ли позавтракать, лорд Форкосиган?

– А вы сами ели?

– Ну, вообще-то нет. Но я не голодна.

Скорее всего так и есть, но выглядела она такой же бледной и измученной, как и он сам.

– Я съел бы что-нибудь, если вы составите мне компанию, – придумал тактический ход Майлз. – Что-нибудь попроще, – предусмотрительно добавил он.

– Хлопья? – осторожно предложила она.

– Да, с удовольствием.

Майлз хотел было добавить «я их сам приготовлю» – приготовление блюда из хлопьев было вполне в пределах его способностей, – но ему не хотелось, чтобы она ушла, поэтому он сел, как послушный гость, и принялся наблюдать за ее передвижениями по кухне. Катриона казалась несколько не на месте, хотя вроде бы находилась в святая святых своего дома. Где же она будет смотреться лучше? В каком-нибудь более просторном месте.

Кэт села и налила им обоим. Они обменялись любезностями. Проглотив несколько ложек, она неубедительно улыбнулась и спросила:

– Это правда, что суперпентотал делает человека… несколько придурковатым?

– М-м-м… Как на любой наркотик, люди на него реагируют по-разному. Мне приходилось неоднократно присутствовать при допросах с суперпентоталом в рамках моей предыдущей деятельности. И я сам подвергался его воздействию дважды.

Последнее заявление вызвало у нее живой интерес.

– О?

– Я… хм… – Майлз хотел успокоить ее, но ему приходилось быть честным. «Никогда не лгите мне больше», – сказала она тогда голосом, полным сдержанной страсти. – Моя собственная реакция – полная идиосинкразия.

– Разве у вас нет аллергии, которую Имперская служба безопасности специально прививает… Нет, конечно, нет, иначе вас бы тут сейчас не было.

Имперская безопасность ограждала своих ведущих сотрудников от допросов с суперпентоталом, прививая им аллергическую реакцию, приводящую в случае применения препарата к анафилактическому шоку и смерти. Для этого, конечно, требовалось согласие человека, но, поскольку данная прививка открывала доступ к карьере, недостатка в добровольцах служба безопасности не испытывала никогда.