Быстро собрав своё оружие, включая метательные ножи, протерев их и убрав на место, я взял под узду своих лошадей и завёл повозку в лес, скрыв там, потом собрал лошадей холопов, их было ровно десять, по количеству павших воинов и тоже укрыл в лесу, привязав к повозке с разных сторон. Не хватало ещё чтобы случайные свидетели внезапно появились и застали меня за сбором трофеев. Одного коня я забрал и используя его для буксировки, утащил тела павших воинов с тракта в лес, а потом замёл и скрыл следы боя на дороге. Дальше уже более приятное дело, хоть и кровавое, сбор трофеев. Снял всё, вплоть до исподнего и убрал тюками в повозку. Одежду отдельно, кольчуги или сбрую отдельно, оружие тоже. Поискал и нашёл все три сулицы. А вот свой обеденный нож так и не нашёл, наверняка где лежит в траве, но не обнаружил. Его и на теле убитого воина не было, что перехватил тот, и на месте где нож был пойман, оказалось пусто. А искать по всему лесу у меня времени не было, и так трофеев прилично, есть что выбрать себе. После этого я выехал на дорогу и покатил по ней следом за боярами, весь табун привязанной веретеницей бежал за мной. Мне встретился караван, тот к селу шёл, конечно кони что были со мной караванщиков заинтересовали, и я не смог отказать себе в решении избавиться от них, раз те так удачно попались, продал полностью, с сёдлами и уздечками. Ладно я в чересседельных сумках пошарил, всё ценное снял, включая луки. А караванщикам наврал что кони московской рати, не вся ушла. Те уже об этом слышали и выкупили коней в охотку. Поверили. Всех продал, только тех что в повозке, этих оставил, мне и с ними дел много, чтобы ухаживать, а тут десяток дополнительный. Про оружие купцы спросили, сказал, что есть как и бронька. В общем, и это всё ушло. Правда, наличка у купцов закончилась, но те хотели всё приобрести, тем более продавал я почти что за полцены. Так что взял часть платы товаром. А именно, шесть тюков синего английского сукна, тёплого, тюк бархата, красный цвет, меди и свинца в слитках. Вот это тяжёлый груз, но взял. Почти по пятьдесят кило каждого металла.

Караван с довольными купцами пошёл дальше, их четверо там было, что всё в складчину выкупили у меня, и двинул дальше. Вскоре лес закончился и пошли поля. Все съезды с тракта я проверял, и быстро обнаружив нужные следы, свежие верховых, должно быть те, свернул и покатил по просёлочной дороге, укатанной телегами крестьян к точке на горизонте. Похоже там какие-то строения находились. С кем бы поспорить что это и есть то поместье куда и угнали моего Ворона?

Поправив дерюгу что укрывала моё имущество на повозке, я отошёл от неё и выйдя к опушке стал всматриваться в сторону постоялого двора, поглаживая за ухом Кнопку. То, что в деревеньке живые были, это я видел, заметил мельтешение, но что там с самим двором? После кражи у меня Ворона, прошло уже шесть дней, я не особо торопился, но всё же добрался до Заболотной. Про проникновение на территорию поместья говорить думаю особо и не стоит. Ворон вон, привязан к задку, так что тут всё в норме. Я больше скажу, за счёт того боярина я изрядно поднялся в деньгах. Почти шесть десятков кун серебром, и двенадцать золотых гривен. Огромные деньги. Да там всё быстро было, пользуясь своей врождённой способностью хорошо видеть в темноте, одетый в крестьянскую одежду, это чтобы не запачкать походную, я проник на территорию, собаки были, но гавкали слабо, и сначала забрался в дом боярина. В спальне его нашёл, почему-то одинокого, ну и прервал так сказать жизнь. Для этого были причины, узнав про убийство боевых холопов тот начнёт меня искать, а тут пусть вон по боярину убиваются, а я подальше уйду. Второго не нашёл, но поднял одного слугу и допросил, по-тихому, чтобы тот никого не поднял. Оказалось, второй боярин соседними землями владеет и уехал к себе. Дальше я его также отправил к праотцам, свидетеля мне не нужно, даже как-то легко это сделал, сам себе удивляюсь, ну и вскрыв несколько помещений осмотрел их. Не зря, в одном оказался арсенал, в другом сундук с деньгами и расписками. Ну все расписки я оставил, там ничего интересного для меня не было, а вот деньги, куны и гривны в тридцати двух кошелях забрал. Кстати, тут и арабские монеты были, как золотые, так и серебряные, чуть ли не треть от всего состояния что в сундуке хранился. Чёрт, да я даже медь забрал. Всю добычу в несколько приёмов отнёс на конюшню откуда вывел Ворона и одного из коней, молодого выбирал, поспокойнее, на него и погрузил деньги в мешках, после чего аккуратно вскрыв калитку, ворота не открывал, покинул территорию поместья. Никто так и не проснулся, и не поднял тревоги, даже оба часовых, да и куда им, со стрелами-то в шеях? А ведь те беспокоились, всматривались в горизонт, куда десяток их воинов делся и почему до сих пор не приехали? Боярин отправил двух слуг на их поиски, а сам отправился спать, да вот не проснулся. А по поводу арсенала скажу так, я там нашёл аж четыре сабли, и один ятаган, забрал всё, и одна из сабель, была настоящим дамаском, она сейчас висела у меня на боку. Да и ту что раньше висела на поясе я сменил на другую, из арсенала. Тут была простая сталь, но отличная, почти как у той что полусотника была, однако всё же заметно лучше. Я успел обе испортить, убрал все украшения и превратил на вид в простенькие ничем не примечательные сабли, в таких же простых ножнах.

Дальше добравшись до лагеря, где повозка находилась, лошадей я не распрягал, уложил трофеи в повозку, привязал обоих верховых к задку, и всю ночь двигайся прочь от поместья. Ушёл, были ли поиски или нет не знаю. Перебрался на территорию Московского княжества я подальше от порубежников, и выехав на тракт, забрав те деньги из дупла где освободил князя и других бояр, ну вот и подъехал к большой поляне, где находилась деревня и постоялый двор, где я прожил эти полтора года. Надо сказать, отличных года. За это время щенки ко мне привыкли, а я переодеваясь в крестьянина, покупал молоко в деревнях, не везде были коровы, но найти молоко удавалось всегда, хотя бы козы у деревенских имелись. Так что чем поить щенков мне было. У самого со съестным тоже порядок, из чересседельных сумок побитых боевых холопов добыл, кстати и утвари теперь много, хватало. Я вот два дня в лесу стоял, мази варил и готовил. Пришлось из берестяной коры делать средства для хранений, вроде шкатулок. Криво получилось, но хоть так. Жаль мази портятся быстро, но если потребуется ещё сделаю. Зубную пасту сделал, её ещё на неделю хватит, и средство вроде антисептика. Пока нормально.

Вот так постояв и определил, что на постоялом дворе определённо кто-то есть, также видно движение, как и в деревне, да и дым из труб идёт. В отличие от бани, в харчевне печник поработал, там стояли вполне неплохие печи. Правда, повариха наша всё равно на открытом очаге готовила и дым уходил в специальное отверстие в стене. Судя по дымку, баню затопили, видимо кто-то из клиентов попросил. Это хорошо, я тоже тогда попарюсь. Но сначала нужно проверить кто там находится, не сменились ли хозяева. Оставив повозку в лесу, я её от тракта убрал, оседлал Ворона и рысью направился по дороге к постоялому двору. К счастью все лица мне были знакомы, к сожалению, не все пережили налёт ордынцев, но я был рад выжившим. Когда я проехал ворота, наш конюх заорал, он тоже живой был, привлекая внимание. Так что, когда я соскочил с коня, меня уже окружили наши, Андрей Евсеевич, подошёл и обнял, поблагодарив за помощь и спасение. Про дочку тот тоже бы в курсе. Тут же он мне шепнул что знает про спасение князя, более того, Андрей Евсеевич ему сообщил что я тут оставил бочку на хранение, с ней кстати всё в порядке, только побыстрее бы вывезти, нервирует она хозяина, знает что такое огненное зелье, да ещё в таких количествах, ну и тот перед отъездом слугу тут оставил, со мной тот желает встретится. Поэтому, когда мы прекратили обниматься, ко мне подошёл слуга князя, знакомый, из тех что я освободил из полона.

— Здрав будь отрок Тит, — слегка поклонился тот. — Княже велел передать что благодарен тебе за спасание от ворогов, и желает, чтобы ты навестил его в Москве.

— Да я даже не знаю, как его зовут, — несколько смущённо проведя по шее, сказал я. — Как-то времени с ним познакомится не было. Да и где он проживает я не знаю.

— Я проведу.

— У меня тут дела, тем более повозка с вещами есть. Сам в Москву собрался, так что князя я навещу.

— Хорошо, — снова слегка поклонился тот. — Князя зовут Алексей Олегович Вознесенский, от посольского приказа он. Мы к тверскому князю посольством ездили, а обратно нас поганые встретили и напали, им боевые холопы боярина Лысова помогали, давнего ворога князя. Сына того князь в сече зарубил, не простил ему этого боярин. Узнал о посольстве, сговорился с погаными и напал. Четыре боярина сопровождали Алексея Олеговича, двое пали от стрел поганых. Живых двое остались, Алексей Павлович Веретенников, от посольского приказа, и думный боярин Олег Кириллович Шелестов…

Слуга быстро описал кто там есть и кем служил, так что я разобрался кого спас. К тому же выяснил что его не закрепили со мной на постоянно, чтобы тот обязательно передал слова князя мне и сопроводил к нему. Нет, тут было два выхода, вместе ехать к князю, или описать где тот живёт, чтобы мне найти дом и самостоятельно заехать. Кстати, описывая местонахождение дома Вознесенского, но не говорил улицу или номер дома. Мол такая-то улица от Кремля, такой-то дом. Да спросишь, там все знают где проживает князь. В общем, со слугой, его Михаилом звали, договорились, что я еду в Москву самостоятельно и обязательно навещу князя, сопровождать меня не надо. Мол, у меня повозка, ехать медленно буду, на что слуга легко согласился, приказ хозяина тот выполнил, а то что в месте отказался ехать, так это моё решение. Ну а я сообщил что дней через восемь-десять буду в Москве, так обязательно заеду. А почему и не заехать на самом-то деле?

Слуга ожидать не стал, ему уже оседлали коня, так что тот только махнул рукой и ускакал. А что, время к обеду близится, успеет за остаток дня изрядное расстояние проехать. Видимо надело ему тут столько времени меня ожидать, вот и поспешил отъехать. Я тоже не задержался. В том смысле что съездил за повозкой и вернулся уже с ней. Повозку загнали в амбар, он запирался, и оставили там. Бочку мне в повозку принесли и сгрузили. Тут всё нормально. Дальше передав всю одежду, даже ту в которой был, нашей прачке, чтобы та её постирала, я отправился в баньку. Она действительно приготовлена была. В руках у меня была мочалка из лыка, и туесок, в котором было жидкое мыло. Я всё-таки приготовил его, о чём ничуть не жалел. Тут ещё на пять омовений хватит, пару раз я купался в озёрах, пользовался, то что надо мыло получилось, хорошо пенилось и счищало грязь. И для тела и для волос годилось. Жаль довольно сложный процесс приготовления, не рассчитано на массовость, иначе можно было бы на поток поставить. Тут на Руси с мылом проблемы, щёлок да зола, вот и всё.

На постоялом дворе я занял лучшую комнату, причём бесплатно, все помнили кому обязаны свободой и жизнью. Сам я задержался тут на пару дней, по старой памяти добыв косулю и доставив её на постылый двор. Отдал бесплатно, подарок, за это мне жаркое и гуляш по-моему фирменному рецепту сделали. Случайно вышло, ездил за своими вещами, и вот косуля повстречалась, а так всё достал из схрона и теперь моё имущество хранится в повозке. А на третий день, запряг лошадей, обоих верховых к задку, и покинув постоялый двор, меня так тепло провожали, со слезами на глазах, я покатил в сторону Москвы. Не один, очень неплохой караван попался, на шесть повозок с дорогим товаром, да всего четверо охраны. Вкусняшка. Возниц и приказчика купца я не считаю. Отличная цель для татей, и я надеялся, что мы повстречаемся. Да, всё-таки Кнопки я лишился, Андрей Евсеевич попросил. Пса, что сидел на цепи, ордынцы стрелой побили, а собака нужна, как же без неё, вот тот и взял девочку, она ему вполне подходила, а как её кормить с помощью платка, дворне я объяснил. Так что проблем с кормлением особых не было. А через пару недель, край три, та и сама начнёт лакать молоко. Припасы в дорогу я взял, пирогов мне напекли с капустой как я любил, баба Проша расстаралась, корова свежим молоком одарила, не только для меня, а я был любителем, но и щенков, и вот так мы и покатили.